Регистрация

Война в Сирии-2017: когда возвращаться солдатам

08.01.2017 00:30
879
0
Продолжаем публикацию прогнозов на 2017 год. Сегодня речь пойдет о перспективах российской боевой операции в Сирии. Как долго она продлится? И будет ли завершена в наступившем году?

Вообще-то спрогнозировать, когда и чем закончится наше участие в этой войне, - дело весьма неблагодарное. Многие пытались это сделать. Ни у кого пока не получилось. Слишком размыты исходные данные. Слишком непредсказуем, коварен, неуловим и могуч противник — международный терроризм. Слишком неясны критерии победы над ним. А ведь именно победу мы и объявили главной целью своей военной кампании на Ближнем Востоке.

Понятно, что с самого начала с плана операции в Сирии в Кремле пытались стряхнуть даже намек на повторение «Афгана». От опасных аналогий с первого дня вступления в войну принялись открещиваться как черт от ладана.

Так, 30 сентября 2015 года, спустя всего несколько дней после того, как в сирийской небе появились первые российские боевые самолеты, президент РФ Владимир Путин заявил, что Москва «не собирается погружаться в этот конфликт с головой». По словам Путина, мы будем воевать в Сирии лишь до тех пор, пока наступательные операции проводит правительственная армия Башара Асада.

Но что значит: «пока продолжаются наступательные операции правительственной армии»? Где продолжаются — под Идлибом? Под Алеппо? Под Дамаском? Или вообще — хотя бы где-либо в этой стране? Хотя бы за отдельно взятую деревню?

Ведь всем очевидно: бои в Сирии не первый год идут с переменным успехом. Армия Асада то бойко наступает по путям, прокладываемым российскими ракетами и бомбами, то легко сдает завоеванные позиции. Как это недавно случилось, скажем, в Пальмире. Если мы в этой стране собираемся быть столько, сколько продлится эта чехарда, то, боюсь, рискуем вообще никогда не покинуть Сирию.

Где тот рейхстаг, знамя над которым будет означать, что мы в этой стране, наконец, победили и можем уходить оттуда с высоко поднятой головой? Никто, включая президента Путина, этого пока не обозначил. И потому перспективы завершения операции на Ближнем Востоке пока скрываются из виду как стены древнего Дамаска в мареве частой в тех краях пыльной бури.

Однако сворачивать российское участие в войне все равно придется. И, судя по всему, очень скоро. К этому подталкивает ряд безжалостных факторов.

Определенно можно утверждать: многое в Сирии с самого начала пошло не так, как представлялось Кремлю в сентябре 2015 года. Исчерпывающе определенно об этом в сентябре 2016 года заявил заместитель главы МИД РФ Михаил Богданов: «Когда начинались наши активные действия и наши ВКС были подключены к борьбе с террористами, мы тогда рассчитывали, что операция продлится несколько месяцев. Сегодня мы отмечаем годовщину, и пока конца этой нашей работы не видно».

Более конкретно о сроках российского участия осенью 2015 года высказался председатель комитета Госдумы по международным делам Алексей Пушков. По словам депутата, боевые действия российской авиации и флота в восточном Средиземноморье завершатся в срок до четырех месяцев. Прошло уже четыре раза по четыре месяца, а конца эпопеи не видно.

Точно так же в сроках окончания операции ошибался, как стало ясно теперь, и официальный Дамаск. Там явно слишком легкомысленно оценивали боевые возможности своей армии, которой, как ни крути, отводится основная роль на поле боя. И полагали, что при энергичной поддержке Воздушно-Космических сил России за год справятся с террористическим интернационалом. Во всяком случае, сирийский посол в Москве Рияд Хаддад в октябре 2015 года заявлял: «Мы не можем конкретно назвать дату окончания операции, но я не считаю, что она продлится больше года».

Скоро полтора года воюем. И где победа?

Прямым следствие просчетов политиков стали совершенно очевидные сегодня ошибки Генерального штаба Вооруженных сил РФ в планировании боевых действий. Прежде всего — в их тыловом обеспечении.

Вполне понятно, что в начале осени-2015 военные собирались снабжать нашу группировку на авиабазе Хмеймим и в пункте материально-технического обеспечения в Тартусе исключительно Военно-транспортной авиацией ВКС РФ, а также большими десантными кораблями, танкерами, транспортными, буксирными и килекторными судами, имевшимися в распоряжении Военно-Морского флота РФ. Но когда стало понятным, что война опасно затягивается, пришлось искать дополнительные резервы для экстренного пополнения «сирийского экспресса».

В Турции по дешевке срочно закупили восемь крайне изношенных сухогрузов. В Новороссийске их привели в более-менее пристойное техническое состояние, зачислили в списки вспомогательных судов ВМФ РФ и под новыми флагами отправили на войну.

На линию Новороссийск-Тартус срочно поставили даже большой морской сухогрузный транспорт специального назначения «Яуза», находящийся в подчинении 12-го Главного управления Министерства обороны России. Имеющее усиленный ледовый пояс, это судно предназначено для обеспечения нашего ядерного полигона на архипелаге Новая Земля. А вышло, что пригодилось в водах почти тропических.

Принятые меры позволили несколько снизить напряжение на линии «сирийского экспресса». Но, конечно, окончательно проблему не решили. Моторесурс судов и кораблей, в непрерывном режиме обеспечивающих боеприпасами, продовольствием, оружием и боевой техникой нашу группировку в Сирии, совершенно точно не беспределен. Один за другим героические участники «сирийского экспресса» выходят из строя. Как это уже произошло, например, с большим десантным кораблем «Кондопога» (Северный флот), минувшей осенью после похода в Сирию отправленным в незапланированный ремонт. Увы, судя по всему, этот процесс в ближайшие месяцы просто обречен ускориться.

Впрочем, все обостряющиеся проблемы технического обеспечения войны — не единственные, заставляющие Кремль подумывать о том, как с достоинством выйти из сложнейшей политической ситуации на Ближнем Востоке. И даже — не главные. Главные факторы все же финансовые.

И российские, и зарубежные эксперты примерно сходятся в расчетах: каждый день участия в сирийской войне обходится нашей стране в сумму от $ 2 500 000 (подсчеты экспертов агентства РБК, сделанные в 2015 году) до $ 4 000 000 (мнение британского аналитического центра IHS Jane’s).

При этом уже упомянутый IHS Jane’s детализировал свои вычисления. По ним каждый час полета боевого самолета в среднем стоит $ 12 000, вертолета — $ 3 000. Учитывая, что один вылет штурмовика или фронтового бомбардировщика для нанесения ракетно-бомбового удара обычно длится где-то по 90 минут, а «вертушки» летают приблизительно по часу в день, только по этой статье Москва расходует примерно $ 710 000 каждые 24 часа.

Ежедневно, считают британские эксперты, российская авиация сбрасывает на позиции террористов боеприпасов примерно на $ 750 000. Удары высокоточным оружием, естественно, намного дороже. Так, полагает IHS Jane’s, каждая крылатая ракета большой дальности «Калибр» корабельного базирования обходится казне РФ в $ 1 200 000.

Далее: содержание личного состава авиабазы Хмеймим - примерно $ 440 000 в день. Еще $ 200 000 — на топливо и продовольствие для кораблей нашего оперативного соединения в Средиземном море. На логистику, сбор разведданных и инженерно-технические работы — еще $ 250 000 в день. Складываются очень серьезные миллионы.

Когда операция только начиналась, Москва не раз заявляла, что дополнительных средств она не потребует. Все, дескать, вписывается в рамках статьи «Боевая подготовка» оборонного бюджета страны. Бомбы стоят одинаково — что сброшенные на террористов, что на полигон где-нибудь под Воронежем или Липецком.

И это, конечно, убедительно. Действительно, многие военные эксперты уверены, что год боевых действий на Ближнем Востоке в исполнении нашей очень немногочисленной группировки не требует топлива и боеприпасов больше, чем любые крупные учения внутри страны. Но дело в том, что, допустим, в минувшем году мы вынуждены были одновременно с продолжением войны в Сирии организовывать еще и крупнейшие стратегические командно-штабные учения «Кавказ-2016». На нынешний год запланированы еще более грандиозные маневры «Запад-2017». Причем, одновременно с серьезным сокращением оборонного бюджета страны.

Поэтому очень сомнительно, что и эти маневры, и сирийская кампания, как в 2015 году, вписываются в бюджетную статью Минобороны на боевую подготовку. Ну, не бывает чудес на свете. Как не бывает и бесплатных войн.

Неудивительно, что в Кремле, без сомнений, давно ищут пристойный выход из затянувшейся экспедиции. Впервые это стало очевидным, когда 14 марта 2016 года Путин отдал приказ о выводе основных сил российской группировки с сирийской авиабазы. Однако не похоже, что интенсивность боевых действий снизилась синхронно с этим решением. Во всяком случае, зарубежные информационные агентства отмечали, что объем грузоперевозок между Новороссийском и Тартусом после заявления президента РФ не только не снизился, но и возрос.

Потом завертелось вокруг Алеппо. Потом группировку ПВО в Хмеймим пришлось усиливать батареей ЗРС С-300ВМ. Потом в восточное Средиземноморье отправилось крупнейшее в истории нашего ВМФ авианосное соединение во главе с «Адмиралом Кузнецовым». Потом в Сирию направили крупное подразделение российской военной полиции. Следом — многочисленных саперов с роботами разминирования «Уран-6».

Согласитесь, как-то совсем не похоже на сокращение военного присутствия на этих берегах. Скорее — наоборот.

Новую попытку потихоньку выходить из войны руководство РФ решило сделать, похоже, несколько недель назад. В декабре 2016 года министр обороны Сергей Шойгу отрапортовал, что «действия Воздушно-Космических сил России переломили ход борьбы с терроризмом» в Сирии. И, следовательно, можно оттуда выбираться. 29 декабря президент РФ заявил, что согласен с предложением Минобороны по сокращению военного присутствия в Сирии.

Почти тут же, 6 января, начальник Генерального штаба ВС РФ генерал армии Валерий Герасимов объявил, что приказал авианосцу «Адмирал Кузнецов» и кораблям сопровождения покинуть Средиземное море и возвращаться в Североморск.

Впрочем, на самом деле с распоряжением Путина эта новость никак не связана — чистой воды совпадение. Что именно в январе «Кузнецову» предстоит возвращаться восвояси, было известно с самого начала его похода. В феврале авианосец должен встать на многолетнюю модернизацию в Северодвинске. Место у причала и деньги на это давно выделены, оборудование закупается, простой огромного завода невозможен.

Тем не менее, означают ли все эти факты, что окончание нашего участия в войне в Сирии не за горами? И конкретнее — что операция будет свернута уже в 2017 году? С этими вопросами мы обратились к заместителю директора Института политического и военного анализа Александру Храмчихину.

— Я сомневаюсь, что нам удастся в обозримой перспективе прекратить операцию. На это влияет масса политических, военных и прочих обстоятельств. Мой прогноз — скорее «нет», чем «да». Все останется на том же уровне.

«СП»: — Но решение Путина о сокращении российского военного присутствия в Сирии разве не начало движения в обратном направлении?

— Путин однажды уже заявлял о подобном решении, но ничего не изменилось. Ведь понятно, что чем ниже уровень нашего присутствия в Сирии, тем ниже результаты борьбы с международным терроризмом.

«СП»: — В таком случае, когда же нам удастся без ущерба для своих интересов прекратить боевые действия в этой стране?

— Когда победим террористов.

«СП»: — А как должна выглядеть такая победа? Каковы ее критерии?

— Критерий один — возвращение всей Сирии под контроль президента Асада.

«СП»: — Вы полагаете, это возможно? Особенно с учетом турецкого фактора? Анкара же не просто так вторглась в Сирию и начала там свою операцию «Щит Евфрата». Тоже, как минимум, захочет, наверное, получить кусок этой страны. Да и Асад не самый большой друг президента Эрдогана, с которым мы на сегодняшний день почти союзники в регионе. Не воевать же еще и с ним за Сирию?

— Пока Турция на Ближнем Востоке ведет фактически нашу игру. Для меня удивительно, как вообще удалось этого добиться. Но как-то договорились. Возможно, сумеем находить общий язык и в будущем.

Свободная Пресса
Уважаемые читатели! Подписывайтесь на нас в Твиттере, Вконтакте, Одноклассниках или Facebook.

0 0
Рейтинг: 0
Комментарии (0)
Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи
Войти с помощью:
Читайте также:
Митинги 26 марта по всей России
26.03.2017 18:49
info-leaks.ru
0
Митинги 26 марта по всей России.
Писатель высмеял «европейскость» Латвии: облупленные хрущёвки, всюду мусор
26.03.2017 20:48
politpuzzle.ru
0
«В этой стране очень красивые дома, расписанные по фасадам известными художниками. Там очень много исторических объектов и шедевров архитектуры. В их домах очень ухоженные и красивые подъезды, где каждый почтовый ящик украшен индивидуально. А какие там парки!», — в рассказе о Риге иронизирует публицист Юрий Алексеев, добавляя фотографии
Европейский шантаж: Запад пытается опустить Лукашенко на колени
26.03.2017 18:27
newinform.com
0
Представители Евросоюза ополчились на Белоруссию за невыполнение их воли и грозятся насильственными методами экспортировать туда демократию.
Санкционные традиции: почему Трамп пока не победил антироссийский тренд
26.03.2017 13:41
rueconomics.ru
0
Санкции США против российских компаний никаких серьезных последствий иметь не будут, при этом лишний раз подтверждая, что скорого налаживания отношений между странами ждать не приходится. Такое мнение высказал руководитель Центра политических исследований Института экономики РАН Борис Шмелев.
«Черти тихого омута»: мигрант насиловал детей в толерантной шведской школе
27.03.2017 10:55
politexpert.net
0
Швеция – тихая гавань мирской жизни. Европейская страна, в которой отмечен очень высокий уровень жизни. Однако, как известно, «в тихом омуте черти водятся». И, к сожалению, шведов эта поговорка не обошла стороной.
Последние комментарии
хм... а дороги строить, это уже устаревшая технология?
Старший лейтенант
Так их задача её обрушить, а потом выдать кредиты на восстановление. и кабала.
Лейтенант
Ще нэ вмэрла? Идейка конечно хорошая - свой истребитель. Если ещё вспомнить, сколько стран на планете могут самостоятельно делать истребители: - Россия, Китай, пиндостан, Швеция, Франция. Две последние наверно сами уже не смогут, Израиль уже также спёкся. Ну что,...
Капитан