Утомившись выяснять принадлежность спорных островов в Южно-Китайском
море, Пекин и Токио решили помериться силами на Африканском континенте. В
первые дни нового года жаркие страны принимали у себя главу китайского
МИД и японского премьер-министра. Обещания при этом звучали щедрые:
Синдзо Абэ предложил африканским друзьям 14 миллиардов долларов
инвестиций, Ван И поднял ставку до 20 миллиардов. Визит главы МИД КНР в Африку в начале года, как утверждают во внешнеполитическом ведомстве, это традиция китайской дипломатии, сложившаяся за прошедшие десятилетия. Не нарушил ее Пекин и в наступившем 2014-м. Министр Ван И посетил Эфиопию, Джибути, Гану и Сенегал, а также встретился с лидерами сторон конфликта в Южном Судане. Подводя итоги, в МИД отметили: первая после формирования нового правительства Китая поездка помогла укрепить позиции Пекина в этих странах.
Западная пресса китайскую традицию, конечно, не оставила без внимания. К приезду Ван И в Эфиопию «The Wall Street Journal» вспомнила о скандале, который тянется еще с лета прошлого года. Аддис-Абеба заключила контракт с китайскими производителями телекоммуникационного оборудования ZTE и Huawei на запуск сетей 3G. Сумма — 1,6 миллиарда долларов, сделка обеспечена льготным финансированием Экспортно-импортного банка Китая, а выплаты растянуты на 13 лет. Но, как говорят, дело не обошлось без подкупа при определении победителя международного тендера на этот проект.
По поводу методов, которые Пекин использует для укрепления позиций на Черном континенте, мнения у специалистов зачастую диаметрально противоположные. Так, эксперт Института Африки Татьяна Дейч подчеркивает, что Китай делает сейчас для Африки так много, как никто другой.
«Естественно, Африка это ценит. В общем, с Китаем трудно конкурировать даже странам Запада. Во многих случаях, признают сами африканцы, западные страны обусловливают свою помощь какими-то политическими условиями. Китай этого не делает. Он сотрудничает со всеми. Его главный принцип: „мы не вмешиваемся во внутренние дела африканских стран, мы помогаем"».
В самом деле, за последние семь лет Пекин вложил в экономику Африки около 50 миллиардов долларов. Как Китай расставляет приоритеты, можно понять на примере одной страны — Сенегала. 99% сенегальского экспорта в Китай — рыба. Но главный интерес — внутри страны. Китайские специалисты модернизируют для государственной сенегальской энергетической компании Senelec электрические сети. Компании из Поднебесной взяли на себя модернизацию системы общественного транспорта, портов Каолак и Фундиунг. С 2007 года China Henan International (CHICO) проводит полную модернизацию дорог, каналов, электричества и водоснабжения в городе Туба, одном из самых влиятельных исламских центров Сенегала.
И тут же, конечно, трудятся специалисты по электронике из Huawei и ZTE. Как отметила на днях российский публицист Юлия Латынина, китайцы фактически контролируют всю энергетическую, транспортную и телекоммуникационную структуру страны. И все это — на кредиты, предоставленные китайскими госбанками сенегальскому правительству. По той же схеме — и уже давно — действуют китайцы в других африканских странах. Такая «аполитичность» и неразборчивость в средствах позволяет Китаю стремительно наращивать свое преимущество, считает замдиректора Института политического и военного анализа Александр Храмчихин.
«То, что Китай в Африке все скупает, безусловно, это так. У него такая политика — без комплексов. Китай совершенно не волнует, какой в стране режим, ему нужна именно экономическая экспансия. И главное для него не рыба, конечно, а нефть. Вообще, он интересуется всякими ресурсами, и, поскольку в Африке они самые дешевые, для него это очень хорошее направление экспансии. Тем более что Пекин с удовольствием использует коррупционные схемы, то есть он сначала покупает руководство стран, а потом уже их ресурсы».
На фоне китайских достижений попытка Японии вклиниться в африканские дела выглядит сомнительным начинанием. Тем более что визит Синдзо Абэ стал первой поездкой японского премьера в Африку за последние 8 лет. Однако Токио ставит перед собой амбициозные цели: укрепить свой статус глобальной державы, составить конкуренцию Китаю и найти поставщиков энергоресурсов. Хотя экономические интересы на сей раз, скорее всего, второстепенны, считает российский востоковед, профессор МГИМО Дмитрий Стрельцов.
«В Африке, безусловно, идет конкуренция моделей развития и так называемой мягкой силы. Китай позиционирует себя как развивающаяся страна, а Япония представляет развитые страны, Запад. Поэтому перед африканскими странами встает задача выбора модели развития. И в данном случае меньше речь идет о прагматических интересах Японии, а больше — о глобальных вещах и позиционировании себя Японией как ответственной мировой державы».
Учитывая некоторую специфичность режимов, стоящих у власти в большинстве государств Африки, можно сказать, что выбор политической модели беспокоит их в последнюю очередь. А вот экономика — это близко и понятно. Так что Токио, скорее всего, придется пересмотреть методы борьбы: идеология в Африке нынче — товар не ходовой.
Дмитрий Стрельцов
