Это не взрослые мужчины с бородами из движения «Братьев-мусульман» и не сторонники Фронта национального спасения светской оппозиции — на улицы Каира и Александрии вышел плебс, подростки из кварталов бедноты. Они глубоко чужды идеологическим распрям. Представители исламистов и светской оппозиции, они исповедуют принцип войны всех против всех. В Египте не могли «поделить» революцию, которой исполнилось ровно два года. Ее затевали уличные активисты одной силы, а власть оказалась у другой.
Среди атакующих полицейские кордоны выделяются люди в черном — это радикальные анархисты — аналог европейского Black block. Их сторонники уже сутки удерживают Тахрир, атакуя то здание парламента, то закрывшееся от греха посольство США, то офис Лиги арабских государств, то многоэтажку МВД.
В Суэце они разгромили полицейскую казарму, сожгли и разграбили арсенал огнестрельного оружия. Теперь карабины, револьверы и даже автоматы не только у спецназовцев.
«Это фанаты футбольных клубов, они теперь хозяйничают. Они избивают и терроризируют всех остальных», — говорит один из местных жителей.
Футбольные болельщики местного клуба «Аль-Масри» по сути захватили промышленный и портовый Порт-Саид. Штурмовали тюрьму и окружной суд. Шли на приступ полицейского участка. Пытались отбить у властей своих товарищей — 21 фаната, приговоренного к смертной казни за бесчинства и поножовщину на городском стадионе 2 февраля 2011 года. Тогда погибли 74 человека.
Накануне в столкновениях с полицией — еще тридцать. Убитых похоронили. На улицы Порт-Саида вышли сотни тысяч горожан. По пути на кладбище разорили полицейский офицерский клуб. В ответ получили пули и слезоточивый газ — новые жертвы.
По аналогии с китайским «восстанием боксеров» вековой давности в Порт-Саиде можно говорить о «восстании футболистов». Жизнь парализована. Учреждения, магазины, лавки закрыты. Введено чрезвычайное положение. На улицах — танки и БТРы. На крышах — снайперы.
Полицейский спецназ и военные подразделения были задействованы во всех сколько-нибудь крупных городах Египта. Во второй половине дня выяснилось, что личного состава просто не хватает для того, чтобы держать ситуацию в стране под контролем.
Падение курса египетского фунта, остановленные предприятия, подорожавшие товары первой необходимости, отсутствие инвестиций, дышащий на ладан туризм. На третий год революции на улицы вышли дети окраин, те, кто отчаялся разорвать порочный круг нищеты.
«Всем теперь плохо. У власти нет головы. Такого Египта еще никто никогда не видел», — говорят протестующие.
Радикальные исламисты призывают президента применить силу, задействовать армию и ввести чрезвычайное положение во всей стране. Оппозиция настаивает на создании коалиционного правительства национального согласия. Сам Мухаммед Мурси убеждает сограждан прекратить насилие, но, похоже, его уже не слышат.
