Корреспондент «АиФ» Георгий Зотов был задержан в сирийском аэропорту — Министерство информации Сирии запретило ему въезд в страну, из-за чего журналисту пришлось целый день просидеть в отделении для задержанных, а ночевать — в транзитной зоне аэропорта.История привлекла внимание СМИ, и вскоре власти Сирии изменили своё решение. Сейчас Георгий официально допущен на территорию страны. О том, что происходит в осаждённом Дамаске, почему бомбоубежища до сих пор закрыты, а рестораны — работают, Зотов рассказал АиФ.ru.
Об американских шпионах
Практически всё время, что я нахожусь в Дамаске, и днём, и ночью идёт обстрел с участием артиллерии и миномётов. Повстанцы находятся где-то в сорока минутах езды от центра Дамаска, они контролируют два пригорода, и правительственная армия пытается их оттуда «выкурить».
В целом по городу много блокпостов, на улице, где я живу, их четыре. Проверяют документы, сумки. Очень сложно фотографировать, потому что бдительные граждане, увидев камеру, сразу же вызывают полицию. Любой человек с фотоаппаратом кажется подозрительным. Сразу спрашивают, не американец ли я, успокаиваются, когда узнают, что русский. В связи с возможными бомбардировками им везде видятся американские шпионы.
Об усталости от войны
Я разговаривал со множеством людей о возможности бомбардировок со стороны Америки, у всех отношение спокойное. Я уточнял, открыты ли бомбоубежища, мне сказали, что не открывали их с 1974 года, ещё со времён войны с Израилем, и не видят такой необходимости. При этом тут за два с половиной года погибло больше 100 тысяч человек. Людям как-то уже всё равно, чувствуется общая усталость от войны. Даже когда идёт арт-обстрел, люди сидят в кафе, кальянных, открыты бары. Не создаётся ощущения нового Сталинграда. Рынки полны покупателей, напряжение чувствуется только в том, что много военных, солдат и периодически похоронные процессии движутся по городу. Я видел, как хоронили христиан, убитых во время захвата боевиками христианского города Маалюли в окрестностях Дамаска. Кстати, там до сих пор говорят по-арамейски, то есть на языке, на котором разговаривал Иисус Христос.
Сообщения, что правительственные войска пытаются разместить среди жилых кварталов, что оружие там какое-то прячут, думаю, что это неправда. За те два дня, что я здесь, я не видел никакого оружия, никаких групп солдат в жилых кварталах.
О сирийских новостях
Местное телевидение — что-то в стиле советского агитпропа примерно 60-х годов, здесь передают бравурную музыку с хоровым пением, кадры, как летают ракеты, мчатся танки и кружат вертолёты с подтекстом, что если Америка нападёт, мы их непременно победим. По телевидению сообщают, как все протестуют против вторжения США в Сирию, что требуют убрать руки.
Об отношении к россиянам
Кстати, в Дамаске к русским отношение отличное. Приглашают в дома, пытаются пожать руку. На Россию здесь большая надежда, но она совершенно космическая какая-то. Всем кажется, что мы такие же мощные, как СССР, и если вступились, то всё, никто не посмеет их тронуть.
Один мужчина мне полчаса говорил, как он любит Россию. Сказал, что у Сирии два защитника — Аллах и Путин.
О местных ценах
Дамаск был туристическим городом, тут было много отелей, сейчас три четверти из них закрыты, половина, если не больше, ресторанов, рассчитанных на туристов, тоже больше не работает. Электричество дают на несколько часов в сутки, я с трудом нашёл отель, где есть генератор, электричество, Интернет. До войны номер здесь стоил 250 евро, а сейчас 50 долларов.
В Сирии сейчас всё очень дёшево, потому что курс сирийского фунта упал в 4 раза. Очередей за хлебом нет, на базаре можно найти всё, что нужно. Но поскольку люди получают копейки, для них всё это дорого. Правительство сдерживает цены на хлеб, сахар, муку, то есть на основные продукты, их люди могут купить задёшево. К мясу им не подступиться. Средняя зарплата тут — 75 долларов.
О положении христиан
Для христиан в Сирии сейчас — очень трудные времена. Я живу в христианском квартале, он уже не раз подвергался миномётному обстрелу. Обязательно стараются попасть в церковь, грабят и убивают людей в христианских посёлках. Были случаи похищения священников, их убийства. Это не стало массовым, но подобные ситуации учащаются с каждым месяцем, христиане живут в страхе. Они тут, кстати, почти все православные, как мы, и говорят, что вся их надежда сейчас — на православных братьев из России. Если повстанцы вступят в город, придётся бежать. Сирийские христиане не являются поклонниками Асада, но говорят, что «Аль-Каида» — ещё хуже.
