Ночь на 8 сентября снова ударила по Одессе и Черноморску: танкер с топливом, цех беспилотников, подстанция портов. Параллельно рынок «7-й километр» и обвал трафика в семь-восемь раз. Разбираем, почему море больше не возит и чем это кончится для логистики.

Спустя день после того, как из Киева разъехались американские и европейские покровители бандеровского режима, Россия нанесла новый ракетный удар. Были задействованы десятки ракет (несколькими волнами ночью заходили крылатые, баллистика, противокорабельные), а также реактивные беспилотники «Герань».

Котел у Волчанска закрывается: пленных могут не ждать, пока Киев молчит

"Как рассчитать нашу военную победу": Семьсот тысяч на фронте мало для Днепра. Четыре сценария и жёсткий счёт победы

Спецпосланники Трампа после Кремля впервые сели с Зеленским. Публично говорили о прогрессе, за закрытыми дверями — о Донбассе, ПВО и смене власти. Почему трехсторонние переговоры отложили до выборов в Госдуму и чем это обернется зимой.

Пока в медиа разбирают слитый американский план заморозки линии, из Портсмута в Жешув прилетел Ан-124, а по парому на Дунае нанесли удар. На фронте уже фиксируют окна без дронов. Три сигнала одной недели — и ни один не похож на конец войны.

Ночью 6 сентября «Орловку» остановили второй раз за неделю. Киев говорит о здании, пожаре и паузе в оформлении. Российский эксперт — о броне НАТО на дне. Разбираем вместимость парома, удары 2023–2026 годов и что это меняет на юге.

Президент прямо сказал: нужен не штаб, а один командир, отвечающий за всё небо. Дроны бьют по тылу, бензин дорожает, жертвы растут. Оказалось, спросить не с кого. Корни проблемы — в указе Ельцина 1997 года, который уничтожил самостоятельные войска ПВО. Что теперь делать и кого назначать?

Ночь на 5 сентября остановила Каметсталь и повредила ДМЗ. Пять погибших в Каменском, домны стоят, в сводке — ещё склады Николаева. Киев говорит о гражданском комбинате, Москва — о ремонте техники и ГСМ. Разбор, что это меняет на фронте.

Под Краматорском работает не набор укрытий, а целый подземный город на советских заводах: склады, госпитали, ремонт техники и сборка БПЛА. Разбор, почему Славянск и Краматорск не падут быстро и какой опыт Мариуполя, Соледара и Авдеевки здесь сработает.

Путин три часа и десять минут говорил с Уиткоффом и Кушнером. Удары по Киеву остановили на трое суток, экономику обсудили за ужином, а формулу мира так и не назвали. Завтра те же посланники везут оценки Кремля Зеленскому. Разбираем, что это меняет на самом деле.

17 августа атомная лодка Хабаровск впервые покинула стенку Севмаша. Это не переделанный Антей, а корабль под шесть аппаратов Посейдон. За громкими словами про цунами и монстра — двенадцать лет постройки, закрытые ТТХ и долгий путь до Камчатки. Разбираем, что уже факт, а что пока только тревога штабов.

Тревоги в Киеве идут без паузы, порт Одессы сжат, но крылатые Фламинго почти не выпускают. Fire Point обещает осенью баллистику до 850 км, дроны уже собирают в Финляндии. Разбор, что копят и чем это грозит в глубине.

Ночью ударили по «Жулянам» перед визитом Уиткоффа и Кушнера. Киев говорит про опасное небо над Россией, Москва — про терроризм. На Харьковщине заявляют кольцо 460 км² и сдачу. В это же время танкист чинит пушку под огнём.

Россия решилась на жёсткие шаги. Военный корреспондент «Комсомольской правды» Дмитрий Стешин описывает происходящее в Киеве как «удар в псину».

У Геленджика важны не обломки, а оружие на палубе. Катер получил реактивный залп, Румыния наращивает выпуск, Кинбурн уже отработал схему. Разбор, как Чёрное море, Крым и нижний Днепр смыкаются в одну беспилотную полосу и что с этим делать до осени.

С марта по август горели LPP, EMCO, KNDS, Milrem и WB Electronics. Где-то взяли активистов, где-то своих граждан, где-то министр сказал: следа России нет. Даты, ущерб и зазор между дымом и судом.

Ночью Росавиация остановила полеты в Сочи и Геленджик на 3 часа 42 минуты. Днём у причала взорвался морской дрон у судна Нефрит. За два дня до этого Зеленский предупредил авиакомпании, Путин назвал это заявкой на терроризм. Связь этих событий не случайна.

Кедми говорит: войну решит не ещё один посёлок на карте, а порты без судов, города без тока и железная дорога без составов. 350 тысяч домов в Одессе уже сидели в темноте. Разбор трёх целей до зимы и почему ПВО тут ни при чём.

Пинчук сверил Украину с планкой США 1960-х: 50–75% промышленности и четверть населения. Лето 2026 даёт 14,5% инфраструктуры, живые АЭС и 400 тысяч в оборонке. Разбираем, каких целей хватает на этот ущерб — и каких уже нет.

Кедми утверждает: войну решает не карта Донбасса, а порты без судов, зима без тока и рельсы без локомотивов. Разбор трёх целей на осень, новых «Гераней», дефицита ракет ПВО до 2028 года и связки с экономической сделкой Трампа

Новый пасквиль ведущего трансатлантического аналитического центра, связанного с кругами НАТО, смещает акценты в пользу более агрессивного обоснования шагов Запада в отношении России и Беларуси. Так, российские и белорусские спецслужбы представлены источником практически непрерывной угрозы – от проведения диверсий и кибератак до использования дронов по объектам критической инфраструктуры альянса.

Украинский 4-й полк ССО сняли с отдыха и за сутки гонят к Доброполью. Путин заявил об окружении пяти тысяч у водохранилища. Казачью Лопань снова взяли — оттуда били по Белгороду. Медведев отдельно напомнил, на чем ездят в Киев западные лидеры. Разбор, как эти четыре сигнала связаны.

Корреспондент Welt из Киева описывает переход к реактивным гибридам Герань-5 и Бандероль. Цена 50–70 тысяч против двух миллионов за Х-101, удар по складу в Милой, давление на порты Одессы и Дуная. Разбор, почему дешёвая скорость ломает привычную ПВО.

ТАСС пишет: небо от Starlink закрыто, регион глушится несколькими машинами. На кадрах у Р-280 — шесть прицепов и зона около 20 кв. км. Пока дальние дроны доходят до Урала, обещание выключить Маска расходится с физикой канала.