28 тысяч штыков: где и зачем воюют Штаты

Боевой и численный состав подразделений и военных частей вооруженных сил США, развернутых за границами страны в районах боевых действий, существенно превышает официально заявленную численность. При этом далеко не всегда американские контингенты играют в горячих точках конструктивную роль.

Численность военного контингента США в Ираке в настоящее время составляет 8 892 человек, в Афганистане — 15 298, а в Сирии — 1720 чел. В общей сложности это 25 910 солдат и офицеров, находящихся с 30 сентября 2017 года в трех районах боевых действий (по данным министерства обороны США). Такие цифры были опубликованы 17 ноября как часть ежеквартального отчета минобороны США о численности солдат и офицеров, находящихся на действительной военной службе, в запасе, подразделениях охраны, а также гражданского персонала.

Однако минобороны США в эти цифры традиционно не включило часть сил специальных операций или временный персонал, сменяющий друг друга в горячих точках на ротационной основе. Таким образом, фактическое число американских военнослужащих в зонах ведения боевых действий может быть значительно больше, чем это заявлено официально.


При этом эксперты в США полагают, что министр обороны Джеймс Мэттис в подобных цифрах должен демонстрировать значительно больше прозрачности, нежели чем его предшественники, пишет издание Defense News.

Ранее официальные ответы минобороны США на запросы о количестве войск за рубежом должны были соответствовать так называемому «уровню управления силой». Это цифры, установленные еще предыдущей администрацией во времена Барака Обамы. Используя эти «уровни», Пентагон ранее заявлял, что в Ираке находится всего 5262 американских военнослужащих.

Однако Центр обработки данных минобороны США по личному составу, который отслеживает фактическую численность подразделений и частей ВС США, сообщил, что в Ираке насчитывается 6812 солдата и офицера.

Численность личного состава в Сирии также существенно выше, чем ранее подтвержденная по официальным каналам цифра. Не так давно американцы объявили, что в Сирии всего 503 военнослужащих ВС США. Но фактическая численность более чем втрое выше — 1720 солдат и офицеров плюс три гражданских лица из минобороны США. И это согласно американской базе данных.

Несмотря на то, что американцев в Сирии сравнительно немного, их наличие вносит свои коррективы в ход военного конфликта. В частности, во время недавних боев за Дэйр-эз-Зор между российскими военными и американцами шли очень жесткие переговоры по разграничению сфер влияния в этом районе. По словам источников «Газеты.Ru», дело доходило, причем на самом высоком уровне, до ненормативной лексики и взаимных угроз по применению зенитного вооружения по самолетам обеих стран.

По словам собеседника, российские военные прямо заявляли американцам: «Если будете поддерживать формирования ИГ («Исламское государство», запрещено в России), будем сбивать ваши самолеты. Если там действуют силы специальных операций США — укажите точные координаты». С большим трудом удалось установить линию разграничений действий сторон, то есть определить соответствующие зоны для США и курдов.

Однако присутствие военных США в Сирии может грозить гораздо большими неприятностями.

В восточной и северо-восточной части страны, где в настоящее время присутствуют американские силы специальных операций, Вашингтон может с помощью сирийской оппозиции создать свое, параллельное Сирии государство, наподобие сегодняшнего Бенгази в Ливии. Такое государство нарушит территориальную целостность Сирии.

В Афганистане же на 30 сентября 2017 года было 15 298 американских военных и 1202 лиц гражданского персонала. То есть в настоящее время там 16 500 военнослужащих. Американские эксперты подчеркивают, что вооруженные силы США в Афганистане все еще заняты достижением положительных результатов в самой долгой войне в истории Америки.

Президент Трамп и министр обороны Мэттис в общих чертах подготовили новую стратегию американского участия в Афганистане. Генералы ВС США в Афганистане отреагировали на новую стратегию Трампа положительно и охарактеризовали ее как возобновленную поддержку вооруженных сил и «недрогнувшее лидерство из Белого дома президента Дональда Трампа». «Это то, в чем мы нуждались», — заявили американские военачальники.

По мнению генералов, слишком долго стратегию Америки в Афганистане определяла политика, которая приводила к произвольным ограничениям и неблагоразумным расписаниям вывода войск. По словам военных, там, где администрация Обамы видела стратегию ухода как предвыборное обещание, враги Соединенных Штатов видели удобный момент для продолжения вооруженной борьбы и отсутствие твердости со стороны Вашингтона.

В настоящее время все ограничения сняты. По мнению экспертов США, президент Трамп и министр обороны Мэттис дали войскам то, в чем они больше всего нуждаются: схему для ясного продолжения вооруженной борьбы в Афганистане. И похоже, этот план уже осуществляется. В основе его лежит региональный подход.

Нельзя решить проблемы Афганистана без Пакистана, и нельзя решить проблемы Пакистана без Индии. Это, по мнению американских экспертов, и есть ключ для достижения мира и стабильности в этом районе земного шара.

Как отмечают специалисты США, сейчас сохраняется поддержка террористических групп в этом регионе со стороны самых высоких эшелонов руководства Пакистана. Пока Талибан и Аль-Каида могут найти для себя зоны безопасности на территории Пакистана, борьба с ними не может быть успешной. И в Исламабаде для начала должны отказаться от государственной поддержки террористических формирований.

Американские военные отдают себе отчет в том, что в приграничных областях между Афганистаном и Пакистаном отмечается самая большая концентрация террористических групп в мире. Существующий вакуум безопасности в обеих странах может позволить экстремистам планировать и предпринять новые террористические атаки на Западе и в США.

План президента Трампа предполагает совместные операции в приграничной зоне, вдоль линии Дюранда, афганских и пакистанских частей и соединений. Это, по мнению американцев, поможет построить доверительные отношения между Кабулом и Исламабадом, уменьшить территории безопасных для террористов зон и улучшить взаимодействие между афганскими и пакистанскими вооруженными силами.

Насколько реалистичным и успешным окажется «План Трампа», покажет уже ближайшее будущее.