Четыре страны и один союз

20 декабря в России, в городе Сочи прошла встреча Владимира Путина, Реджепа Эрдогана и Хасана Роухани, посвященная проблемам сирийского урегулирования. Этот саммит имел определяющее значение для развития ситуации не только в Сирии, на Ближнем Востоке, но и в странах постсоветского пространства, для которых Турция и Иран – ближайшие соседи.

В то же время, в Баку прошла трехсторонняя встреча министров иностранных дел Азербайджана, Турции и Ирана - Эльмара Мамедъярова, Мевлюта Чавушоглу и Мохаммеда Джавада Зарифа. Министры договорились продолжить формат трехсторонних встреч и расширить сотрудничество, используя потенциал в таких сферах, как энергетика, транспорт и туризм.

В Баку четко понимают приоритет встреч и формирование определенного климата в отношениях с Турцией, Россией и Ираном. Безусловно, формат Турция-Россия-Иран существенным образом сказываются на ситуации в СНГ. Дело в том, что эти страны по-разному, но в значительной степени влияют на Южный Кавказ через тюркскую близость и государства Центральной Азии, будучи странами мусульманского мира.


Чем еще важна эта тройственная встреча? Многие отмечают, что координация между Россией, Ираном и Турцией определенно поможет стабилизации ситуации в Карабахе. Несмотря на то, что власти Турции сейчас больше озадачены сирийской проблематикой, в странах Центральной Азии Турция также ведет достаточно активную работу. Спонсирует, к примеру, открытие там мусульманских университетов, строит мечети. В определенной степени тюркское проникновение и влияние чувствуется во всех постсоветских странах, хотя в меньшей степени, нежели в предыдущие годы.

У Ирана есть стремление расширить свое влияние на центрально азиатские государства, но получается не столь масштабно. Два месяца назад в крупнейшем тегеранском университете один из профессоров задал вопрос: почему не складываются конструктивные отношения с центрально азиатскими лидерами? Ответ прост – именно со стороны Ирана они чувствуют конкуренцию. В этих государствах власть авторитарная, но принципиально светская. А Иран – государство теократическое, и этого опасаются.

Турки и персы конкурируют и в региональной части Ближнего Востока – обе страны считают себя вправе быть лидером, они борются за это. Тем не менее главы Турции и Ирана встретились на саммите в Сочи, а их министры в Баку. Почему? Исходя из реальности. Каждая из сторон участвует в сирийском конфликте, причем Иран вовлечен в него в гораздо большей степени, чем у нас это показывают. Все хотят получить зоны влияния в Сирии, имея для того значительные рычаги и возможности. Думаю, на саммите в Сочи проводились некие разграничительные линии. То есть шел прагматический торг тех, кто в настоящий момент владеет ключами от Сирии. При этом все три стороны чувствуют желание американцев после окончания войны прибежать, переделить все в свою пользу и объявить себя победителями. И стараются этого не допустить.

В Баку же согласовывались проекты и их реализация в транспортной, энергетической и других взаимовыгодных сферах, в целях формированная так называемого "нового альянса". Здесь уместно добавить, что в ходе чрезвычайного саммита по Иерусалиму в Стамбуле Эрдоган выступил с неожиданной политической инициативой: заявил о формировании большого "нового альянса" стран в защиту права палестинцев на владение частью священного города. Однако подобный союз мог бы стать реальностью только в случае смягчения вековых суннитско-шиитских противоречий, раздирающих исламский мир.

В целом, будущее суннитско-шиитского сближения целиком зависит от отношений между Тегераном и Анкарой, которые строятся на основе ситуативного сближения. Иран, Турция и Россия поделили сферы влияния в Сирии, вместе выступают против независимости курдов и внешнеполитического курса США. Я считаю, что Азербайджан и Россия должны сделать все, что бы этот союз поддержать. Тем более что, решение Дональда Трампа по палестинской проблеме делает обе эти страны еще ближе друг к другу.