НАТО в шоке: «Русская эскадра» грозит шестому флоту США

Тест на опьянение: супруга просит поздно вернувшегося домой мужа произнести слово «Гибралтар». Тот не справляется четко произнести название пролива, который соединяет Атлантику со Средиземным морем, не соображая, что это еще и Британская заморская территория, наравне с Акротири и Декалией. Вряд ли хмельной человек вспомнит, что в состав Средиземноморских стран входит еще 17 стран, плюс два непризнанных (Палестина и Северный Кипр), но уверенно скажет, что Средиземное море (Mare Mediterranea) находится под контролем американских ВМС. И тут несостоявшийся филолог окончательно ошибется — превосходство американского флота поставлено под большое сомнение.

Сомнения в превосходстве НАТО в Средиземном море возникли и в самом альянсе. Если следовать заявлению официального представителя этой организации Оаны Лунгеску, они зафиксировали «значительное увеличение числа российских кораблей у берегов Сирии». Натовцы насчитали 19 боевых кораблей с предположительным присутствием атомных подводных лодок. ВМФ России утверждает, что в регионе несут боевое дежурство 10 кораблей и 2 дизельные субмарины из состава Черноморского флота. Чем же так испугала «русская эскадра» 6-й американский флот и корабли стран НАТО, берега которых омывает Средиземное море?

Начнем с того, что США уже давно считает Средиземноморье своим внутренним морем и держит здесь шестой флот US NAYY, который непременно дополнен авианосной группировкой и еще несколькими десятками боевых кораблей. Под контролем этой группировки находятся не только страны Средиземноморского бассейна, но и практически вся Европа, Ближний Восток и весь Север Африки. Рукой подать — Черное море. Сейчас основное внимание американского флота сосредоточено на Сирии и Ливане, частично на Кипре и Израиле, где-то на Турции. Но основное предназначение — противодействие постоянному оперативному соединению ВМФ России в Средиземном море, которое заметно усилилось в последнее время.


По заявлениям Пентагона, 6-й флот является «орудием устрашения» и постоянно находится в высокой степени боевой готовности и даже в мирное время укомплектован по штатам военного времени. Являясь базой для формирования ВМС НАТО на Южно-Европейском театре военных действий он может действовать самостоятельно и обеспечивать проведение политики США в районе Средиземного моря, даже не опираясь на совместную политику деятельности с остальными партнерами Североатлантического альянса. То есть, есть флот США, и есть остальные союзнические силы, на которых, в определенных ситуациях, американцам глубоко наплевать.

— Стандартная тактика США — навязать условия конфликта в регионе, а затем выступить в качестве «миротворцев», — говорит директор Центра анализа стратегий и технологий (АСТ) Руслан Пухов. — Так в мировой истории было не раз. Нынешнее нагнетание истерии в Средиземном море — уже не первое в истории. Сейчас оно сместилось к границам Сирии, где американцы потерпели полное фиаско, но не признают поражение и предпочитают вести вооруженное давление. Традиционно — со стороны моря, не применяя сухопутное вторжение. Но подобная практика уже себя изжила, «огонь возмездия» уже не имеет такого поддерживающего значения, как в Ливии или Ливане. Груда плавающего железа еще может изрыгать огонь, но помимо его неэффективности эти действия еще упираются в противодействие, так скажем, третьей силы. Понятно, что этому активно противостоит Россия, но и многие союзники США по НАТО не всегда разделяют агрессивность своего «патрона». «Средиземноморье — это курортная зона, мы хотим зарабатывать здесь деньги, а не вести войну, — говорят они. — У нас нет интереса к чужой нефти или к чужим амбициям, нам нужна своя прибыль». И американцы отправляют эсминцы и авианосцы, чтобы изменить их мнение. Эти действия США уж точно не смогут повлиять на политику России, которая уверенно восстанавливает свое влияние в Средиземном море, и уж точно не пугается американской эскадры, которой может вполне достойно противостоять".

Не вдаваясь в исторические факты, когда советский ВМФ достойно противостоял ВМС США в Средиземном море, сегодня можно констатировать, что российский флот уверенно вернул былые позиции. Ранее здесь несли вахту и тяжелый ракетный атомный крейсер «Петр Великий», и тяжелый авианесущий крейсер «Адмирал Кузнецов», и многие другие ударные корабли российского флота — от Черного, Балтийского и Северного флотов сюда легко добраться.

Сейчас в состав ударного соединения входят ракетный крейсер «Маршал Устинов», большой противолодочный корабль «Североморск», сторожевой корабль «Пытливый», фрегат «Адмирал Григорович», сторожевые корабли «Адмирал Эссен» и «Адмирал Макаров», малые ракетные корабли «Град Свияжск», «Великий Устюг», «Вышний Волочек» и дизель-электрические подводные лодки Б-268 «Великий Новгород» и Б-271 «Колпино». На подходе еще несколько кораблей. На крейсере «Маршал Устинов» развернут мощный противокорабельный ракетный комплекс «Вулкан», а восемь боевых кораблей — носители крылатых ракет «Калибр», которые так напрягают НАТО. Для снабжения многочисленной группировки в Средиземное море направлен большой морской танкер Черноморского флота «Иван Бубнов».

Мощная эскадра, слов нет, но, как отмечают многие военные эксперты, нынешняя российская группировка по своим боевым возможностям не превосходит 6-й флот США и союзных флотов средиземноморских стран. И нынешние «страхи» и озабоченность НАТО по поводу увеличения состава российской эскадры у берегов Сирии, мягко говоря, преувеличены. Тут, вероятно, есть свои нюансы.

Во-первых, страны-члены альянса в Средиземноморье не готовы ввязываться в американские авантюры, а уж тем более с ведением военных действий в регионе. Во-вторых, вооружение российских кораблей крылатыми ракетами, способными пустить ко дну любого плавучего исполина, вплоть до авианосца, а заодно и сопровождающую группу с эсминцами и фрегатами. Тем более, что есть еще «сухопутный авианосец» Крым, из которого поддержать огнем за Босфором и Дарданеллами могут даже корабли, стоящие у причальной стенки в Севастополе. Ну, в-третьих, российская Дальняя авиация ВКС постоянно барражирует в регионе и, как показал опыт во время операции в Сирии, она способна наносить точечные удары. Возможность поражения морских целей тоже предусмотрена, что означает конец господству авианосцев.

Есть еще и «китайский фактор». Прецедент уже был — в апреле нынешнего года китайским военным кораблям в Средиземном море был отдан приказ вступить в состав ВМФ России в случае, если США решатся на массированный обстрел Сирии. Все военные корабли Китая, которые в конкретный момент атаки будут находиться в Средиземном море, должны выдвинуться в район сирийского порта Тартус (там находится база ВМФ РФ). В настоящий момент в Средиземноморье находится как минимум три китайских корабля из состава антипиратских сил. Тоже неплохое подспорье, особенно на фоне нынешнего российско-китайского военного сотрудничества.

Похоже, что в Средиземном море образовался некий паритет военно-морских сил, с небольшим российским превосходством, которое привело к предложению со стороны сил НАТО «проявлять сдержанность и воздерживаться от возможности ухудшить и без того катастрофическую гуманитарную ситуацию в Сирии». Традиционный аргумент из уст представителей альянса, когда «бряцать мускулами» не представляется возможным. А «гуманитарка» Сирии, по словам заместителя генсека ООН Марка Лоукока, в 2018 году требует 3,5 миллиарда долларов. Пока реально помогает сирийцам только Россия.

Свободная Пресса