Бжезинский предлагает Пекину выбрать между Москвой и Вашингтоном

Очень плохо, что первая поездка председателя КНР Си Цзиньпина состоится в Москву, заявил накануне визита председателя КНР бывший госсекретарь США, виднейший идеолог американской внешней политики Збигнев Бжезинский

Сегодня, после успешного завершения российско-китайских переговоров, можно утверждать, что эти эмоции в США усилились. В Вашингтоне оценивают визит как некий совместный политический вызов Китая и России США.

Судя по стилистике интервью, записанного 15 марта, классик американской геополитики раздражен и удивлен самим фактом поездки Си Цзиньпина в Москву в формате первого государственного визита. В Вашингтоне не только анализируют подписанные в Москве документы, но и оценивают поездку Си Цзиньпина с точки зрения американских глобальных интересов.


Ряд американских экспертов уже сегодня полагают, что уровень российско-китайского стратегического партнерства по степени мирового влияния равен китайско-американскому диалогу, и что именно визит Си Цзиньпина сделал возможным это равенство.

Дальнейшее сближение Москвы и Пекина на международной арене нежелательно для Вашингтона. Наоборот – задача американской дипломатии, как ее видит бывший советник президента по национальной безопасности - попытаться "перетянуть" Китай на свою сторону.

Бжезинский пытается реанимировать старую идею о том, что "США и Китай должны сотрудничать, поскольку они являются первой и второй экономикой мира". Как известно, эта идея ранее была мягко отклонена Китаем. В нынешнем варианте американский политолог ссылается на возможные перспективы взаимодействия двух стран в иранском, северокорейском и ряде других вопросов.

Пекин присоединился к известной резолюции СБ ООН о санкциях в отношении КНДР, выступает за урегулирование иранского вопроса. Но Китай вряд ли пойдет на предложения Бзежинского по созданию неких антииранских и антисеверокорейских "фронтов" под эгидой США. Иранские поставки углеводородов для Китая и китайские инвестиции в ИРИ чрезвычайно важны для Пекина. Да и наличие антиамериканского Ирана, (неофициально) вписывается в китайскую картину "сдержек и противовесов". Еще более экзотическими выглядят выкладки американского политолога, касающиеся АТР.

Идея Бзежинского дополнить американо-японский союз укреплением отношений Японии с США и Китаем для "поддержания стабильности в западной части Тихого океана", выглядит достаточно странной, учитывая нынешний уровень и характер отношений между Токио и Пекином. Это выглядит вдвойне странным, когда видный американский политолог предлагает Китаю "жить дружно" в рамках исключительно американского видения безопасности в Восточной Азии в Тихом океане.

Если продолжать логику политолога, то Пекин должен, например, поддержать ликвидацию КНДР и создание у себя на границах большой Кореи с новыми американскими военными базами.

В чем американский политолог прав, так это в намеке на возможность роста китайского национализма, который, как он отмечает, "имеет тенденцию стать опасно сильным, и если Китай не будет соблюдать осторожность, то это осложнит его отношения не только с Японией, но и с США". Идея председателя Си Цзиньпина о возрождении величия "китайской нации" привлекательна для жителей Поднебесной, но она же вольно или невольно несет искушение Китаю, которое может быть реализовано в разных формах – от активного регионального экспансионизма до пропаганды некоего превосходства китайской нации над другими. К слову, это пока только предположения. Все будет зависеть от воли новых руководителей КНР, а они, судя по первым впечатлениям, не склонны к эмоциональным импровизациям и играм с "национализмом".

Уже по первому официального визиту нового главы КНР видно, что политики пятого поколения принадлежат к категории прагматиков. Укрепление сотрудничества Москвой – это также прагматичный выбор, диктуемой национальными интересами двух стран.