Европа грозится выгнать Россию — и требует платить

В российском инфополе неожиданно актуализировалась тема "изгнания России из Европы", причем на этот раз "изгнание" ассоциируется не с экономическими санкциями, а с возможным выходом России из ПАСЕ. Российскую общественность упорно пытаются убедить в том, что выход из ПАСЕ — это как отказ от некоего "европейского цивилизационного первородства" и что разрыв с этим европейским органом межпарламентского сотрудничества будет не просто трагедией, а свидетельством ужасного в своей ошибочности цивилизационного выбора России, которая после этого окончательно скатится в беспросветную азиатчину.

Эти пропагандистские штампы нельзя оставить без ответа, но нужно признать, что самое сложное при любой попытке обсудить эту аргументацию "плакальщиков по выходу России из Европы" заключается в необходимости сдерживать гомерический хохот. Те, кто говорят, что членство в ПАСЕ — самоценность, просто застряли душой и сердцем в "лихих 90-х", а стереотипное мышление просто не позволяет им признать, что сейчас российская власть — это не столько "единственный европеец в России", сколько "последний европеец в Европе". Если бы де Голль и Черчилль сегодня посмотрели на своих формальных "преемников" и на то, во что они превратили великую Европу, то пришли бы в российские посольства за политическим убежищем, а потом писали бы колонки на французских и английских сайтах RT.

По поводу ПАСЕ жестко, но справедливо высказался Вячеслав Володин: "Если говорить о Парламентской ассамблее Совета Европы, это не Европа. Это возможность для европейских стран обсуждать общие проблемы. Но эти проблемы надо обсуждать, когда тебя слышат. А сегодня Парламентская ассамблея Совета Европы, как это ни парадоксально, возможности такой не дает." Получается, что как раз Парламентская ассамблея Совета Европы — это не место для дискуссий. Возникает вопрос: а на основании каких прав и заслуг откровенно антидемократическая организация пытается чего-то требовать от России и еще учит нас демократии?


С одной стороны, Россию действительно могут исключить из Совета Европы, если Москва не возобновит платежи в бюджет организации в следующем году, но с другой — многие в Парламентской ассамблее Совета Европы и в самом Совете Европы понимают, что без России сам смысл существования этих организаций будет поставлен под сомнение. Законотворчеством в Евросоюзе занимается Европарламент, а ПАСЕ и Совет Европы после создания органов власти Евросоюза превратились в инструмент внешней европейской политики, в основном на восточном направлении. Если на такой площадке нет России, то зачем она тогда? И зачем тратить на нее деньги европейских налогоплательщиков, особенно в условиях, когда им придется не только платить за бесполезную синекуру для вышедших в тираж европейских политиков, но еще и взять на себя те расходы, которые когда-то была готова нести Москва?

Высшее руководство Совета Европы осознает этот риск, и, например, генсек Совета Европы Турбьёрн Ягланд подчеркивает, что Европа нуждается в России, а Россия — в Европе: "Мое мнение хорошо известно: Россия является частью Европы и занимает свое место в этой уникальной общеевропейской организации. Мы нужны друг другу: Европе нужна Россия, а России нужна Европа". Он же утверждает, что нужно предотвратить так называемый Рукзит. Рукзитом, по аналогии с Брекзитом, европейский чиновник называет выход России из Совета Европы. Тут, кстати, напрашивается неприятная для ПАСЕ в частности и для европейских политиков в целом параллель — никто ведь не утверждает, что Великобритания перестала быть европейской страной после Брекзита? Тогда почему кто-то смеет утверждать о том, что Россия "перестанет быть Европой" или даже "уже никогда не станет Европой" после ухода из ПАСЕ?

Аргумент о том, что Россия окажется (в который уже раз) в тотальной дипломатической изоляции, тоже не выдерживает критики. Дипломатия — это все-таки двусторонний процесс, в котором все участники ищут взаимоприемлемый компромисс, и Россия однозначно готова вести дискуссии и искать точки соприкосновения с теми, кто разговаривает на языке предложений и компромиссов, а не оскорблений и ультиматумов. Есть два очевидных направления, по которым российский парламент уже ищет замены ПАСЕ, переставшей быть эффективной площадкой для диалога: это двусторонние встречи с делегациями парламентов европейских стран и совещание спикеров парламентов Евразии. Как подчеркнул спикер Госдумы: "До конца года в Государственную думу приедут делегации Сербии, Австрии, Чехии. Наши коллеги скоро выезжают с ответным визитом в бундестаг". Ну, а совещание спикеров парламентов Евразии "возможно, где-то заместит Парламентскую ассамблею Совета Европы".

Российская парламентская дипломатия прекрасно работает без ПАСЕ. Вопреки расхожему мнению, встречи с российскими парламентариями — это не удел западных маргиналов (например, в Думу приезжали главы комитетов конгресса США), все наоборот, маргиналы — это те, кто отказывается от взаимодействия с российской парламентской дипломатией.

Если посмотреть на ситуацию прагматично, то нельзя не отметить, что усилия по выталкиванию России из ПАСЕ, предпринимаемые делегациями некоторых европейских стран, идут вразрез с той политикой, которую на российском направлении демонстрируют руководители ведущих европейских государств. Это указывает на то, что ниточки, за которые дергают некоторых депутатов ПАСЕ, ведут совсем не в Брюссель или Берлин, а скорее в Вашингтон. На фоне строительства "Северного потока — 2", поддерживаемого Ангелой Меркель, несмотря на американское давление, и заявлений председателя Еврокомиссии Жан-Клода Юнкера о необходимости дедолларизации импорта энергоносителей в Евросоюз попытки испортить отношения по линии ЕС — Россия с помощью ПАСЕ смотрятся одновременно смешно и неэффективно. Если кому-то в Вашингтоне кажется, что исключением из ПАСЕ Россию можно как бы "лишить прописки в Европе", то это очень странный и по-американски наивный взгляд на вещи.

Российская принадлежность к европейской цивилизации — это даже не "Достоевский и Толстой, Прокофьев и Чайковский". О праве России быть Европой свидетельствует тот неоспоримый факт, что именно наши солдаты (надо признать, с нехарактерным для европейцев милосердием) спасли Европу от нее самой, вылечили от коричневой чумы и по факту создали ее заново.

Современная Европа, конечно, сейчас снова больна — на сей раз вирусом черной неблагодарности в тяжелой форме. Но ничего, и от этого мы ее тоже обязательно вылечим.