Сланцевый блеф: почему американская нефтянка погрязла в долгах
31.10.2018 08:43
3 155
0

Выручка от продажи четверти добываемой в США сланцевой нефти целиком идет на оплату процентов по корпоративным долгам. Для полного погашения кредитов сланцевикам потребовалось бы столько нефти, сколько ее извлекли из земных недр за всю историю отрасли.
Количество против прибыли
В середине этого года США вышли на уровень добычи в 11 миллионов баррелей в сутки. Достичь такого показателя удалось исключительно благодаря активности производителей сланцевой нефти: сейчас они добывают порядка 6,2 миллиона баррелей черного золота ежедневно.
Казалось бы, столь большие объемы должны приносить огромные доходы, но, к величайшему разочарованию инвесторов, этого не происходит. По оценкам The Wall Street Journal, совокупный убыток 50 компаний, занятых в добыче сланцевой нефти на территории страны, превысил два миллиарда долларов только во втором квартале.
Одна из главных причин этого — закредитованность сланцевых нефтяников. По данным Федерального агентства энергетической информации США, только на обслуживание долгов компаний, занятых в индустрии, ежедневно уходит стоимость 1,5 миллиона баррелей, а это четверть всей добываемой сланцевой нефти.
С общим долгом ситуация еще интереснее: чтобы его погасить, необходимо добыть девять миллиардов баррелей нефти. Это почти столько же, сколько сланцевики извлекли из недр за все время существования отрасли (около десяти миллиардов баррелей).
В абсолютных величинах долги достигают 300 миллиардов долларов. Это как весь внешний долг Греции.
Помимо высоких затрат на обслуживание долгов, выйти в прибыль мешают постоянно растущие затраты на модернизацию буровых установок.
Логично было бы финансировать ее из доходов компаний, но вместо этого представители отрасли предпочитают выпускать все новые акции, накачивая и без того раздутый биржевой пузырь. Так, один из ключевых игроков на рынке сланцевой нефти Pioneer Resources с 2011-го по 2016 год выпустил акций на 5,4 миллиарда долларов. Почти на ту же сумму разместила ценные бумаги на бирже и Continental Resources, несмотря на постоянные убытки.
Таким образом производители сланцевой нефти легко могут превратить любой биржевой кризис в энергетический. Если инвесторы начнут массово избавляться от акций, сланцевики остановятся, из-за чего общий объем американской нефтедобычи сократится на 56%.
Стоит обратить внимание и на то, что в сланцевой индустрии между ростом капитальных затрат и увеличением добычи нет прямой связи. В некоторых случаях ситуация обратная: та же Pioneer Resources во второй половине 2017-го затратила 1,36 миллиарда долларов, добывая более 30 тысяч баррелей в день, а в первой половине текущего года израсходовала 1,7 миллиарда долларов, добыв втрое меньше.
Сланец не в чести
Перспективы сланцевой индустрии вызывают все больше вопросов.
В американской Комиссии по ценным бумагам и биржам (SEC) считают, что запасы сланцевой нефти в трех самых крупных местах добычи — Пермском бассейне, формациях Игл Форд и Баккен — могут оказаться гораздо меньше, чем ожидалось: всего 13,8 миллиарда баррелей.
Иными словами, расплатившись с долгами, сланцевые компании будут располагать для извлечения прибыли запасами в 4,8 миллиарда баррелей, а этого хватит всего на два года.
Кроме того, сама по себе сланцевая нефть относится к легким сортам с низкой плотностью и малым содержанием серы. Она идеальна для бензина, однако ни дизельное, ни авиационное топливо из легкой нефти не получишь.
Между тем в ближайшие годы наиболее востребованными в США будут именно авиационное и судовое топливо, а спрос на бензин продолжит сокращаться из-за увеличения числа электромобилей и повышения энергоэффективности бензиновых двигателей.
Но ключевая проблема в другом. Дополнительные объемы легкой нефти просто негде перерабатывать. По заверениям представителей американской сланцевой индустрии, в предстоящие пять лет они готовы увеличить добычу более чем на четыре миллиона баррелей в сутки.
Но для переработки придется закупать специальное оборудование, предназначенное для легкой нефти. Эти затраты включат в себестоимость сланцевого топлива, что еще больше снизит рентабельность отрасли.
Переизбыток легкой сланцевой нефти неминуемо скажется и на ее цене. Уже сейчас сырье из Баккена (Северная Дакота) на биржах котируется на пять-шесть долларов дешевле, чем нефть марки WTI. Этот разрыв будет расти, не позволяя сланцевым компаниям выйти на пристойные показатели рентабельности.
РИА Новости
Количество против прибыли
В середине этого года США вышли на уровень добычи в 11 миллионов баррелей в сутки. Достичь такого показателя удалось исключительно благодаря активности производителей сланцевой нефти: сейчас они добывают порядка 6,2 миллиона баррелей черного золота ежедневно.
Казалось бы, столь большие объемы должны приносить огромные доходы, но, к величайшему разочарованию инвесторов, этого не происходит. По оценкам The Wall Street Journal, совокупный убыток 50 компаний, занятых в добыче сланцевой нефти на территории страны, превысил два миллиарда долларов только во втором квартале.
Одна из главных причин этого — закредитованность сланцевых нефтяников. По данным Федерального агентства энергетической информации США, только на обслуживание долгов компаний, занятых в индустрии, ежедневно уходит стоимость 1,5 миллиона баррелей, а это четверть всей добываемой сланцевой нефти.
С общим долгом ситуация еще интереснее: чтобы его погасить, необходимо добыть девять миллиардов баррелей нефти. Это почти столько же, сколько сланцевики извлекли из недр за все время существования отрасли (около десяти миллиардов баррелей).
В абсолютных величинах долги достигают 300 миллиардов долларов. Это как весь внешний долг Греции.
Помимо высоких затрат на обслуживание долгов, выйти в прибыль мешают постоянно растущие затраты на модернизацию буровых установок.
Логично было бы финансировать ее из доходов компаний, но вместо этого представители отрасли предпочитают выпускать все новые акции, накачивая и без того раздутый биржевой пузырь. Так, один из ключевых игроков на рынке сланцевой нефти Pioneer Resources с 2011-го по 2016 год выпустил акций на 5,4 миллиарда долларов. Почти на ту же сумму разместила ценные бумаги на бирже и Continental Resources, несмотря на постоянные убытки.
Таким образом производители сланцевой нефти легко могут превратить любой биржевой кризис в энергетический. Если инвесторы начнут массово избавляться от акций, сланцевики остановятся, из-за чего общий объем американской нефтедобычи сократится на 56%.
Стоит обратить внимание и на то, что в сланцевой индустрии между ростом капитальных затрат и увеличением добычи нет прямой связи. В некоторых случаях ситуация обратная: та же Pioneer Resources во второй половине 2017-го затратила 1,36 миллиарда долларов, добывая более 30 тысяч баррелей в день, а в первой половине текущего года израсходовала 1,7 миллиарда долларов, добыв втрое меньше.
Сланец не в чести
Перспективы сланцевой индустрии вызывают все больше вопросов.
В американской Комиссии по ценным бумагам и биржам (SEC) считают, что запасы сланцевой нефти в трех самых крупных местах добычи — Пермском бассейне, формациях Игл Форд и Баккен — могут оказаться гораздо меньше, чем ожидалось: всего 13,8 миллиарда баррелей.
Иными словами, расплатившись с долгами, сланцевые компании будут располагать для извлечения прибыли запасами в 4,8 миллиарда баррелей, а этого хватит всего на два года.
Кроме того, сама по себе сланцевая нефть относится к легким сортам с низкой плотностью и малым содержанием серы. Она идеальна для бензина, однако ни дизельное, ни авиационное топливо из легкой нефти не получишь.
Между тем в ближайшие годы наиболее востребованными в США будут именно авиационное и судовое топливо, а спрос на бензин продолжит сокращаться из-за увеличения числа электромобилей и повышения энергоэффективности бензиновых двигателей.
Но ключевая проблема в другом. Дополнительные объемы легкой нефти просто негде перерабатывать. По заверениям представителей американской сланцевой индустрии, в предстоящие пять лет они готовы увеличить добычу более чем на четыре миллиона баррелей в сутки.
Но для переработки придется закупать специальное оборудование, предназначенное для легкой нефти. Эти затраты включат в себестоимость сланцевого топлива, что еще больше снизит рентабельность отрасли.
Переизбыток легкой сланцевой нефти неминуемо скажется и на ее цене. Уже сейчас сырье из Баккена (Северная Дакота) на биржах котируется на пять-шесть долларов дешевле, чем нефть марки WTI. Этот разрыв будет расти, не позволяя сланцевым компаниям выйти на пристойные показатели рентабельности.
РИА Новости
Читайте также:
Да, Россию сдерживают от ударов по противнику. Почему? Мнение Хазина
Почему громкие и жёсткие заявления всё чаще расходятся с реальными действиями, которые выглядят гораздо более осторожными?
Вот и британцы допрыгались: наступает ключевой момент в зоне СВО
Киев намерен резко обострить ситуацию. Украинские инсайдеры распространили сведения о планах Владимира Зеленского начать масштабную кампанию ударов по России с помощью дальнобойных беспилотников.
«Дело идет к концу»: Песков объяснил слова Путина о скором мире на Украине и когда операция может остановиться
Путин после Парада Победы впервые заявил: «дело идет к завершению». На следующий день Песков раскрыл, что стоит за этими словами: накопленный «багаж наработок», посредничество Трампа и готовность Москвы остановить операцию в любой момент. Но почему именно сейчас? Что требует Кремль от Киева и насколько реален мир в ближайшие месяцы?
Ядерный Еврорейх уже на подходе: СВР показала, как Брюссель без Трампа создаёт атомную бомбу против Москвы
Разведка России только что выложила карты на стол: Евросоюз тайно прорабатывает производство собственного ядерного оружия. Без американского «зонтика», без оглядки на Трампа и с одной целью — новый поход на Восток. Германия, Франция и ещё семь стран уже готовы перейти от слов к делу. Что это значит для России и почему ядерный удар стал реальностью — полный разбор в материале.
Смартфон или суперкомпьютер? На что способен новый iPhone 17 Pro
12.05.2026 21:39
Семнадцатое поколение «прошек» — это не просто очередной шаг вперед, это переосмысление того, как кремниевые вычисления могут влиять на наш повседневный комфорт.