The National Interest (США): Российский разворот к Азии?

Трудные времена, которые Россия переживает из-за санкций и падения цен на нефть, заставили Москву начать политику импортозамещения и разворота на Восток. При этом кажется, что Россия пытается усидеть на двух стульях — не оттолкнуть Европу и наладить связи с Азией, пишет «Нэшнл интерест».

В последние годы Россия переживает достаточно сложные времена. Замедление темпов экономического роста, обвал цен на нефть и западные санкции, лишившие Москву дешевых денег и технологий — все это подтолкнуло кремлевских стратегов сконцентрироваться на политике импортозамещения, реорганизации цепочек поставок импорта, снижении зависимости от экспорта нефти и развороту страны в сторону Азию.

По мнению Москвы, Азия является быстро растущей альтернативой нынешней западно-ориентированной системе международных экономических и политических отношений. Более того, Кремль считает, что эта система не отражает сегодняшние экономические и политические реалии. Вот почему Россия начала вкладывать много времени и сил в построение и развитие прочных отношений, основанных на взаимном уважении и интересах с партнерами в Азии.


По поводу недавней «одержимости» Москвы в связи с ее поворотом в сторону Азиатско-Тихоокеанского региона все еще остаются сомнения: сможет ли она сделать это за счет своих западных партнеров? Однако, похоже, Москва пытается усидеть на двух стульях. Кремль не может позволить себе полностью оттолкнуть Европу, потому что она является основным экономическим партнером России (с более чем 40-процентной долей в торговле — прим. автора), а также поставщиком технологий. В то же время Россия строит и развивает связи с Азией, ищет новых партнеров и рынки, которые потенциально могли бы диверсифицировать ее имеющуюся на данный момент экономическую деятельность.

С 2015 года Россия организует клон Петербургского международного экономического форума (ПМЭФ) на Дальнем Востоке страны — Восточный экономический форум (ВЭФ), целью которого является открытие новых возможностей для российских компаний на востоке и для азиатского бизнеса в России. Если сравнивать эти две крупные экономические площадки, то понятно, какая из них становится более важной. Достаточно просто посмотреть на громких гостей обоих форумов. В 2018 году в ВЭФ приняли участие лидеры Китая, Японии, Южной Кореи и Монголии, в то время как ПМЭФ посетили только президент Франции Эммануэль Макрон и премьер-министр Японии Синдзо Абэ. Общий размер соглашений, подписанных в ходе последнего ВЭФ, составил более 46 миллиардов долларов, в то время как ПМЭФ собрал контракты на сумму в 38 миллиардов долларов.

СПРОС НА НЕФТЕХИМИЮ

Мировой рынок нефтепродуктов является наиболее быстрорастущим, и он, как ожидается, значительно увеличится в течение следующих пяти лет, показывая рост с 1,464 миллиона тонн в год в 2015 году до 1,708 миллиона тонн в год в 2020 году и до 1,9315 миллиона тонн в 2026 году. Кроме того, согласно прогнозу «BP Energy Outlook» за 2018 год, нефтехимия станет самым быстрорастущим источником спроса. Основным драйвером такого роста станет Азия, а крупнейшим потребителем нефтехимической продукции — Китай.

В России на химическую продукцию приходится 4,4 процента (19 миллиардов долларов — прим. автора) всего экспорта. Продукция отрасли занимает третье место в структуре экспорта страны после полезных ископаемых и металлов. И создается впечатление, что промышленность страны хочет наращивать свои мощности.

Бизнесмен Сейфеддин Рустамов, контролирующий «Метафракс», одного из трех крупнейших производителей синтетических смол в Европе, а также крупнейшего производителя и экспортера метанола в России, сообщил, что его компания планирует инвестировать более 950 миллионов евро (1,1 миллиарда долларов — прим. автора) в строительство химического комплекса в городе Губаха, расположенном в Пермском крае. На предприятии планируется производить до 575 тысяч тонн карбамида, 308 тысяч тонн аммиака и 41 тысячу тонн меламина в год. Проект является крупнейшей инвестицией компании за последние десятилетия.

В октябре 2017 года «Метафракс» подписала контракт на сумму 388 миллионов евро (447 миллионов долларов — прим. автора) с компанией «Swiss Casale SA» (мировым лидером по созданию и лицензированию собственных технологий в производстве аммиака, метанола, карбамида и меламина — прим. автора), которая будет предоставлять услуги по составлению проектной документации, технологические ноу-хау, наладку оборудования и управление строительством. Такое сотрудничество подтверждает зависимость российских производителей от европейских поставщиков технологий и лицензий.

При этом 40 процентов доходов «Метафракс» поступают от экспорта в Великобританию, Финляндию, Австрию, Германию, Швейцарию и другие страны. Крупнейшими потребителями продукции компании являются европейские страны.

В феврале 2018 года для расширения своей деятельности в Азиатско-Тихоокеанском регионе компания Рустамова создала совместное предприятие «SamyangMeta» с корейской корпорацией «Sunghong Co». Интересно, что «Метафракс» также надеется поставлять свою продукцию на европейский рынок через это совместное предприятие. Это все больше напоминает попытку найти альтернативные пути увеличения своего присутствия в Европе.

Тем не менее, попытки Москвы выйти на азиатские рынки в стремлении диверсифицировать свой выбор экономических партнеров — это, по сути, вполне рациональная политика с учетом перспектив роста азиатского рынка.

Однако это стремление, хотя и очень привлекательное, выглядит сложным в плане реализации. Несмотря на то, что российская экономика достаточно успешно справляется со стоящими перед ней экономическими вызовами, ей все еще не хватает структурных реформ, необходимых для поддержания долгосрочного экономического развития страны. Политика «разворота в сторону Азии» не может в одиночку решить все экономические проблемы России и не сгладит конфронтацию Москвы с Западом. Поэтому Кремль не должен развивать связи с Азией в ущерб своим отношениям с Европой. Необходимо найти здоровый баланс, который позволит России успешно развиваться, пользуясь преимуществами обоих миров.

ИноСМИ