Стражи Ладоги. Как две советские подлодки обманули немецкий флот
Двенадцать боевых походов, десятки разведанных целей, охрана линий снабжения и режим абсолютной секретности: в канун 75-й годовщины снятия блокады Ленинграда Минобороны опубликовало архивные документы о действиях советских подводников на Ладожском озере. Две малые подводные лодки серии VI-бис с августа по декабрь 1943-го держали под наблюдением все важные объекты противника в своей зоне ответственности и ни разу не попались немцам на глаза.
Поезд особого назначения
Ладожское озеро играло важную роль в обороне Ленинграда. Через его неспокойные воды советское командование круглый год снабжало блокированный город едой, медикаментами, одеждой, а гарнизон и матросов Балтийского флота — еще и оружием с боеприпасами. Противник понимал все значение этого маршрута и не прекращал попыток перерезать «Дорогу жизни». Для ее защиты Народный комиссариат ВМФ в мае 1943-го принял решение о переводе на Ладожское озеро из Ленинграда двух подводных лодок — М-77 и М-79.
Субмарины этого класса на флоте прозвали «Малютками». Надводное водоизмещение лодки серии VI-бис — всего 208 тонн, длина — 40 метров, предельная глубина погружения — 60 метров, автономность плавания — десять суток, экипаж — 36 человек. Вооружение скромное: 45-миллиметровая пушка с боезапасом 195 снарядов и две торпеды в носовых аппаратах. Впрочем, немецкие и финские корабли на Ладоге были представлены в основном небольшими торпедными катерами и канонерскими лодками — противниками схожей весовой категории. Но советским подлодкам строго запрещалось вступать с ними в бой. М-77 и М-79 должны были действовать скрытно и не обнаруживать себя.
Уникальная операция по переброске субмарин из Ленинграда на Ладожское озеро железнодорожным транспортом проходила в обстановке строгой секретности. Использовали два состава со сцепкой из двух четырехосных 60-тонных платформ каждый, помимо обычных грузовых вагонов. Чтобы снизить нагрузку на пути, лодки решили максимально облегчить и сняли с них все, что только можно, а сами платформы усилили поперечными стальными балками.
Оба состава отправились со станции Дача Долгорукова в июне. Чтобы обмануть авиацию, лодки опутали маскировочной сетью и прикрыли ящиками и коробками. Скорость движения не превышала десяти километров в час. На пути следования демонтировали большинство высоковольтных линий электропередачи, пересекающих маршрут, — в противном случае негабаритный груз бы не прошел. Поезда отправлялись по очереди. Второй стартовал, только когда первый добирался до промежуточной остановки. Таким образом старались снизить риск гибели обеих «Малюток» в случае воздушного налета. Благодаря тщательной подготовке и грамотной реализации задуманного лодки к началу июля без происшествий прибыли к Ладожскому озеру.
«Глаза» флота
М-77 и М-79 начали выполнять боевые задания в августе — после тщательной подготовки самих лодок и изучения экипажами особенностей акватории. Субмарины действовали вдоль восточного побережья Ладожского озера на участке Андрусова губа — Видлица — остров Мантсинсаари, на подходах к району южнее островов Валаам, Вассинансаари, к базам противника Сортанлахти и Кексгольм, а также вдоль западного побережья — от острова Коневец до острова Рахмасаари. В ноябре М-77 проводила разведывательную операцию в северо-западной части озера в районе островов Рахмасаари и Меккерикэ, на подходах к базе противника Лахденпохья.
Немцы и финны никак не ожидали, что в Ладожском озере будет действовать советский подводный флот, поэтому не стали утруждать себя установкой минных заграждений и организацией противолодочной обороны. М-77 и М-79 действовали крайне осторожно, чтобы противник и дальше оставался в неведении. Лодки двигались в основном вдоль побережья, грамотно используя рельеф береговой линии, а на зарядку аккумуляторов уходили ближе к середине озера. Выходить на связь по радио экипажам разрешалось лишь в двух случаях: при боевом столкновении с противником или при аварии на борту.
Субмарины должны были уточнять данные, полученные от авиаразведки и катеров, а также добывать информацию, недоступную для других средств разведки. «Особое значение подводные лодки имели для выявления оперативного режима противника, изучения системы навигационного ограждения и длительного наблюдения за интересующими командование флотилии участками побережья с целью определения инженерного оборудования, охраны и характера деятельности противника в этих районах», — говорится в отчете по боевой деятельности Ладожской военной флотилии с 1 июля по 31 декабря 1943 года.
Бесценный опыт
Кроме того, экипажам ставилась задача по захвату пленных с рыбачьих шлюпок и катеров связи. Однако во всех случаях обстановка для абордажа была неблагоприятной. Лодки и катера, словно чувствуя незримое присутствие подводных «хищников», жались вплотную к берегу. Экипажи М-77 и М-79 неоднократно отрабатывали высадку разведывательно-диверсионных групп на побережье противника и их эвакуацию после выполнения боевой задачи. Для обеспечения скрытности делать это приходилось в самых тяжелых условиях.
Так, например, с 17 по 24 ноября 1943-го М-79 высаживала разведгруппу на восточном побережье озера Линдоя для захвата «языка» и минирования железнодорожного пути. Операция проходила ночью, в условиях сильного шторма. Подлодка подошла как можно ближе к берегу, рискуя сесть на мель, однако успешно высадила десант. В этот же период М-77 вела свободную охоту на коммуникациях Лахденпохья — Сортавала и Лахденпохья — Питкяранта. В случае благоприятных условий экипаж получил разрешение атаковать надводные корабли противника торпедами. Советская подлодка действовала в этом районе Ладоги впервые. Однако во время похода начался сильный шторм и объект для атаки обнаружить не удалось.
В общем и целом командование Балтийского флота высоко оценило деятельность М-77 и М-79. Советские подводники держали под наблюдением все крупные базы противника на Ладожском озере и своевременно сообщали на берег о маршрутах движения вражеских кораблей. Благодаря этой информации многим судам и кораблям, доставлявшим в Ленинград продовольствие, удалось избежать засад. А опыт скрытной высадки разведчиков на берег с подводной лодки очень пригодился советскому флоту в дальнейшем. Многие наработки тех лет до сих пор используются спецназом ВМФ России.
Поезд особого назначения
Ладожское озеро играло важную роль в обороне Ленинграда. Через его неспокойные воды советское командование круглый год снабжало блокированный город едой, медикаментами, одеждой, а гарнизон и матросов Балтийского флота — еще и оружием с боеприпасами. Противник понимал все значение этого маршрута и не прекращал попыток перерезать «Дорогу жизни». Для ее защиты Народный комиссариат ВМФ в мае 1943-го принял решение о переводе на Ладожское озеро из Ленинграда двух подводных лодок — М-77 и М-79.
Субмарины этого класса на флоте прозвали «Малютками». Надводное водоизмещение лодки серии VI-бис — всего 208 тонн, длина — 40 метров, предельная глубина погружения — 60 метров, автономность плавания — десять суток, экипаж — 36 человек. Вооружение скромное: 45-миллиметровая пушка с боезапасом 195 снарядов и две торпеды в носовых аппаратах. Впрочем, немецкие и финские корабли на Ладоге были представлены в основном небольшими торпедными катерами и канонерскими лодками — противниками схожей весовой категории. Но советским подлодкам строго запрещалось вступать с ними в бой. М-77 и М-79 должны были действовать скрытно и не обнаруживать себя.
Уникальная операция по переброске субмарин из Ленинграда на Ладожское озеро железнодорожным транспортом проходила в обстановке строгой секретности. Использовали два состава со сцепкой из двух четырехосных 60-тонных платформ каждый, помимо обычных грузовых вагонов. Чтобы снизить нагрузку на пути, лодки решили максимально облегчить и сняли с них все, что только можно, а сами платформы усилили поперечными стальными балками.
Оба состава отправились со станции Дача Долгорукова в июне. Чтобы обмануть авиацию, лодки опутали маскировочной сетью и прикрыли ящиками и коробками. Скорость движения не превышала десяти километров в час. На пути следования демонтировали большинство высоковольтных линий электропередачи, пересекающих маршрут, — в противном случае негабаритный груз бы не прошел. Поезда отправлялись по очереди. Второй стартовал, только когда первый добирался до промежуточной остановки. Таким образом старались снизить риск гибели обеих «Малюток» в случае воздушного налета. Благодаря тщательной подготовке и грамотной реализации задуманного лодки к началу июля без происшествий прибыли к Ладожскому озеру.
«Глаза» флота
М-77 и М-79 начали выполнять боевые задания в августе — после тщательной подготовки самих лодок и изучения экипажами особенностей акватории. Субмарины действовали вдоль восточного побережья Ладожского озера на участке Андрусова губа — Видлица — остров Мантсинсаари, на подходах к району южнее островов Валаам, Вассинансаари, к базам противника Сортанлахти и Кексгольм, а также вдоль западного побережья — от острова Коневец до острова Рахмасаари. В ноябре М-77 проводила разведывательную операцию в северо-западной части озера в районе островов Рахмасаари и Меккерикэ, на подходах к базе противника Лахденпохья.
Немцы и финны никак не ожидали, что в Ладожском озере будет действовать советский подводный флот, поэтому не стали утруждать себя установкой минных заграждений и организацией противолодочной обороны. М-77 и М-79 действовали крайне осторожно, чтобы противник и дальше оставался в неведении. Лодки двигались в основном вдоль побережья, грамотно используя рельеф береговой линии, а на зарядку аккумуляторов уходили ближе к середине озера. Выходить на связь по радио экипажам разрешалось лишь в двух случаях: при боевом столкновении с противником или при аварии на борту.
Субмарины должны были уточнять данные, полученные от авиаразведки и катеров, а также добывать информацию, недоступную для других средств разведки. «Особое значение подводные лодки имели для выявления оперативного режима противника, изучения системы навигационного ограждения и длительного наблюдения за интересующими командование флотилии участками побережья с целью определения инженерного оборудования, охраны и характера деятельности противника в этих районах», — говорится в отчете по боевой деятельности Ладожской военной флотилии с 1 июля по 31 декабря 1943 года.
Бесценный опыт
Кроме того, экипажам ставилась задача по захвату пленных с рыбачьих шлюпок и катеров связи. Однако во всех случаях обстановка для абордажа была неблагоприятной. Лодки и катера, словно чувствуя незримое присутствие подводных «хищников», жались вплотную к берегу. Экипажи М-77 и М-79 неоднократно отрабатывали высадку разведывательно-диверсионных групп на побережье противника и их эвакуацию после выполнения боевой задачи. Для обеспечения скрытности делать это приходилось в самых тяжелых условиях.
Так, например, с 17 по 24 ноября 1943-го М-79 высаживала разведгруппу на восточном побережье озера Линдоя для захвата «языка» и минирования железнодорожного пути. Операция проходила ночью, в условиях сильного шторма. Подлодка подошла как можно ближе к берегу, рискуя сесть на мель, однако успешно высадила десант. В этот же период М-77 вела свободную охоту на коммуникациях Лахденпохья — Сортавала и Лахденпохья — Питкяранта. В случае благоприятных условий экипаж получил разрешение атаковать надводные корабли противника торпедами. Советская подлодка действовала в этом районе Ладоги впервые. Однако во время похода начался сильный шторм и объект для атаки обнаружить не удалось.
В общем и целом командование Балтийского флота высоко оценило деятельность М-77 и М-79. Советские подводники держали под наблюдением все крупные базы противника на Ладожском озере и своевременно сообщали на берег о маршрутах движения вражеских кораблей. Благодаря этой информации многим судам и кораблям, доставлявшим в Ленинград продовольствие, удалось избежать засад. А опыт скрытной высадки разведчиков на берег с подводной лодки очень пригодился советскому флоту в дальнейшем. Многие наработки тех лет до сих пор используются спецназом ВМФ России.
Читайте также:
Удар по Павлограду разнёс главный тыловой арсенал Украины: почему Мерц в панике требует от Путина заморозить фронт
Мощный взрыв в Павлограде уничтожил ключевой логистический и производственный узел ВСУ. В тот же день канцлер Германии Фридрих Мерц призвал Россию срочно заморозить фронт. Что стоит за внезапной «миролюбивостью» Берлина и почему этот удар оказался особенно болезненным для Киева? Разбор реального положения дел на фронте и в тылу.
Россия включила «План Б»: точечные удары по тылам, проблемы с «Геранями» и угроза сотен ракет по Киеву
Ночью 25 июня российские силы нанесли серию точечных ударов по военным объектам в шести областях Украины. Это не хаос, а новый «План Б» — системное разрушение логистики, складов и ремонтных баз. Пока Киев хвалится перехватом «Гераней», Москва методично истощает тыл ВСУ. Что стоит за сменой тактики и к чему это приведёт?
Крым под блокадой: почему британцы выбрали «херсонский сценарий» вместо штурма и к чему это приведёт
Штурма Крыма не будет. Вместо него — тихая, но беспощадная блокада: очереди за бензином по 8 часов, удары по логистике, отрезанные артерии и растущий дефицит всего. Лондон и Киев запустили «херсонский сценарий» — медленное удушение. Почему это опаснее прямого удара и чем ответит Россия? Разбор реальной картины на полуострове.
«Ад в Киеве уже начался»: генерал раскрыл, почему битва за столицу Украины может вспыхнуть в ближайшие недели
На левом берегу Киева — массовые отключения света, а в Черниговской области с 1 июля начинается обязательная эвакуация 12 приграничных сёл. Генерал Владимир Попов прямо заявил: Киев готовит провокацию против Белоруссии, но в ответ Россия может пойти до столицы. Что стоит за новой тактикой ударов и насколько реальна битва за Киев уже этим летом?
«Заставил Белоруссию — заставлю и Россию»: какое секретное оружие Зеленский требует от Запада против Москвы
Зеленский заявил, что уже «заставил» Беларусь и теперь заставит Россию. Он требует от Запада некое «секретное оружие», которое якобы позволит оперативно сломать Москву. Что именно скрывается за этими словами — от дальнобойных ракет и экономического удушения до опасных красных линий? Разбор реальных угроз и шансов Киева.