Военный потенциал Украины: стоит ли относиться к нему серьезно
Стоящий на защите интересов Петра Порошенко украинский генпрокурор Юрий Луценко в последнее время предпринимает большие усилия для того, чтобы свести к минимуму значение скандала, разгоревшегося вокруг контрабанды из России низкосортных запасных частей к военной технике и перепродажи ее вооруженным силам по многократно завышенным ценам. То, что Луценко пытается оправдывать контрабандистов, рассказывая, как благодаря их поставкам обороноспособность армии повысилась, косвенным образом подтверждает выводы журналистов о причастности президента к коррупционным закупкам.
Но если убрать в сторону проблему виновности конкретных лиц, то генпрокурор отчасти прав: пусть запчасти и не выдерживают критики, но без них техника и вовсе представляла бы собой груду мертвого, ни на что не способного металла.
На сей раз, выступая на заседании временной комиссии Верховной рады, созданной для расследования обстоятельств хищений в государственном концерне «Укроборонпром», Луценко ошарашил депутатов рассказом о том, что новейшие украинские ракеты среднего радиуса действия сделаны благодаря контрабандному завозу деталей из России. При этом он посетовал, что в последнее время ФСБ перекрыла все каналы поставок.
О том, что украинская оборонка критически зависима от российских комплектующих, известно давно. Но информация с точным указанием конкретных узлов и агрегатов стала появляться только сейчас. Так, начальник вооружения Вооруженных Сил Украины генерал-майор Николай Шевцов заявил на брифинге в Киеве, что армии в первую очередь необходимы запчасти для танков Т-72, бронетранспортеров и зенитных ракетных комплексов советского производства.
Еще одна проблема украинского военно-промышленного комплекса — нехватка комплектующих для авиационной техники. «Наиболее критической номенклатурой являются лопасти несущих винтов вертолетов и запасные части к самолетам», — сказал генерал.
Понятно, что подобного рода публичные заявления делаются не просто так, а по указанию вышестоящего начальства. Петр Порошенко за две недели до выборов пытается притушить вовсю полыхающий скандал, который серьезно ударил по его и без того не слишком прочной репутации. Тем не менее сложившаяся ситуация вновь поставила вопрос о боеспособности армии и возможностях «Укроборонпрома» Украины, которые, как вроде бы выясняется, не в состоянии самостоятельно наладить замкнутый цикл производства и ремонта военной техники.
Действительно, что-то Украина сегодня еще не производит на своих военных заводах, но найти новых поставщиков той номенклатуры запасных частей, о которой говорил генерал Шевцов, — задача решаемая. Всем этим давно торгует Китай, где, кстати, по дешевке закупались и российские посредники, до тех пор пока после ряда случаев выхода некачественных узлов из строя не были пойманы за руку. Но с собственным производством вооружений у Украины все в порядке. Более того, оборонка стала единственной отраслью украинской экономики, которая не деградирует, а стремительно развивается в течение последних пяти лет.
Это легко объяснить. В условиях военных действий техника, которая прямо с конвейера отправляется на фронт, проходит контроль качества непосредственно в боях. Требования к поставщикам возрастают многократно. Флагман украинского танкостроения, Харьковский завод имени Малышева нарастил за годы войны объем производства в три раза. Предприятие работает в три смены и без выходных. С момента развала СССР и к 2013 году завод, на котором работали в советские времена 15 тысяч человек, сократил число работников до шести тысяч. Сейчас их количество выросло до восьми тысяч.
Определяющим фактором является приток в военную промышленность живых денег — за годы войны объем гособоронзаказа вырос почти в четыре раза. Украина заметно укрепила и экспортные позиции. Переломным моментом явился 2016 год, когда удалось продать за рубеж военной техники на 52% больше, чем в 2015 году, а в целом, по данным Стокгольмского института изучения проблем мира (SIPRI), доля украинских оружейников на мировых рынках выросла с 1,9 до 2,6%.
Не только Харьковский завод имени Малышева может похвастаться впечатляющими успехами. Запорожский «Мотор-Сич» также за минувшие годы нарастил экспорт в несколько раз. Работают житомирский и львовский танковые заводы, поставляющие в армию БТР и БМП, которые получили следующий после образцов советского времени порядковый номер в линейке. Из этого следует, что пополнение воинских частей Украины новой или отремонтированной после расконсервации техникой не просто идет непрерывно, но и растет в объемах.
Украина восстановила потерянную почти полностью в 2014 году боевую авиацию за счет закупок старых советских самолетов из Польши и Болгарии. Наладить собственное производство она пока не может — авиационные заводы под Киевом и в Харькове производят только ремонтные работы. Кстати, наши бывшие союзники по Варшавскому договору поставляют Киеву всю номенклатуру военной техники.
Харьков является тыловой базой конфликта в Донбассе. Там расположены госпитали и ремонтные мастерские передового базирования. Американцы проявляют к этой второй столице Украины глубокий интерес. США заключили соглашение о сотрудничестве с отдельно взятой Харьковской областью. В открытой части договора фигурируют научно-образовательные и научно-технические программы, совместные разработки с «Энергомашем» и «Турбоатомом». О чем идет речь в закрытой части, естественно, неизвестно, но по косвенным данным можно предположить, что это именно сотрудничество в военной области. Так, харьковский авиастроительный завод (ХГАПП) в ноябре 2017 года получил инвестиции в размере 150 миллионов долларов от американского инвестиционного фонда Oriole Capitale Group. Его возглавляют два бывших сотрудника корпорации Boeing Паша Салех и Бредли Форман. А бывший директор Агентства перспективных оборонных исследований (DARPA) Министерства обороны США в 2001-2009 годы Энтони Тефер стал членом наблюдательного совета «Укроборонпрома».
Понятно, что украинская оборонка не может похвастаться образцами военной техники последних поколений, но то, что она делает, проходит проверку на фронте, и постоянно растущий экспорт говорит о качестве производимых вооружений. К ней стоит относиться серьезно хотя бы потому, что заокеанские кураторы Украины, не слишком заботясь о ее экономическом процветании, вкладывают серьезные средства в оборонный и военный потенциал страны, превращая ее в собственную военную базу.
Но если убрать в сторону проблему виновности конкретных лиц, то генпрокурор отчасти прав: пусть запчасти и не выдерживают критики, но без них техника и вовсе представляла бы собой груду мертвого, ни на что не способного металла.
На сей раз, выступая на заседании временной комиссии Верховной рады, созданной для расследования обстоятельств хищений в государственном концерне «Укроборонпром», Луценко ошарашил депутатов рассказом о том, что новейшие украинские ракеты среднего радиуса действия сделаны благодаря контрабандному завозу деталей из России. При этом он посетовал, что в последнее время ФСБ перекрыла все каналы поставок.
О том, что украинская оборонка критически зависима от российских комплектующих, известно давно. Но информация с точным указанием конкретных узлов и агрегатов стала появляться только сейчас. Так, начальник вооружения Вооруженных Сил Украины генерал-майор Николай Шевцов заявил на брифинге в Киеве, что армии в первую очередь необходимы запчасти для танков Т-72, бронетранспортеров и зенитных ракетных комплексов советского производства.
Еще одна проблема украинского военно-промышленного комплекса — нехватка комплектующих для авиационной техники. «Наиболее критической номенклатурой являются лопасти несущих винтов вертолетов и запасные части к самолетам», — сказал генерал.
Понятно, что подобного рода публичные заявления делаются не просто так, а по указанию вышестоящего начальства. Петр Порошенко за две недели до выборов пытается притушить вовсю полыхающий скандал, который серьезно ударил по его и без того не слишком прочной репутации. Тем не менее сложившаяся ситуация вновь поставила вопрос о боеспособности армии и возможностях «Укроборонпрома» Украины, которые, как вроде бы выясняется, не в состоянии самостоятельно наладить замкнутый цикл производства и ремонта военной техники.
Действительно, что-то Украина сегодня еще не производит на своих военных заводах, но найти новых поставщиков той номенклатуры запасных частей, о которой говорил генерал Шевцов, — задача решаемая. Всем этим давно торгует Китай, где, кстати, по дешевке закупались и российские посредники, до тех пор пока после ряда случаев выхода некачественных узлов из строя не были пойманы за руку. Но с собственным производством вооружений у Украины все в порядке. Более того, оборонка стала единственной отраслью украинской экономики, которая не деградирует, а стремительно развивается в течение последних пяти лет.
Это легко объяснить. В условиях военных действий техника, которая прямо с конвейера отправляется на фронт, проходит контроль качества непосредственно в боях. Требования к поставщикам возрастают многократно. Флагман украинского танкостроения, Харьковский завод имени Малышева нарастил за годы войны объем производства в три раза. Предприятие работает в три смены и без выходных. С момента развала СССР и к 2013 году завод, на котором работали в советские времена 15 тысяч человек, сократил число работников до шести тысяч. Сейчас их количество выросло до восьми тысяч.
Определяющим фактором является приток в военную промышленность живых денег — за годы войны объем гособоронзаказа вырос почти в четыре раза. Украина заметно укрепила и экспортные позиции. Переломным моментом явился 2016 год, когда удалось продать за рубеж военной техники на 52% больше, чем в 2015 году, а в целом, по данным Стокгольмского института изучения проблем мира (SIPRI), доля украинских оружейников на мировых рынках выросла с 1,9 до 2,6%.
Не только Харьковский завод имени Малышева может похвастаться впечатляющими успехами. Запорожский «Мотор-Сич» также за минувшие годы нарастил экспорт в несколько раз. Работают житомирский и львовский танковые заводы, поставляющие в армию БТР и БМП, которые получили следующий после образцов советского времени порядковый номер в линейке. Из этого следует, что пополнение воинских частей Украины новой или отремонтированной после расконсервации техникой не просто идет непрерывно, но и растет в объемах.
Украина восстановила потерянную почти полностью в 2014 году боевую авиацию за счет закупок старых советских самолетов из Польши и Болгарии. Наладить собственное производство она пока не может — авиационные заводы под Киевом и в Харькове производят только ремонтные работы. Кстати, наши бывшие союзники по Варшавскому договору поставляют Киеву всю номенклатуру военной техники.
Харьков является тыловой базой конфликта в Донбассе. Там расположены госпитали и ремонтные мастерские передового базирования. Американцы проявляют к этой второй столице Украины глубокий интерес. США заключили соглашение о сотрудничестве с отдельно взятой Харьковской областью. В открытой части договора фигурируют научно-образовательные и научно-технические программы, совместные разработки с «Энергомашем» и «Турбоатомом». О чем идет речь в закрытой части, естественно, неизвестно, но по косвенным данным можно предположить, что это именно сотрудничество в военной области. Так, харьковский авиастроительный завод (ХГАПП) в ноябре 2017 года получил инвестиции в размере 150 миллионов долларов от американского инвестиционного фонда Oriole Capitale Group. Его возглавляют два бывших сотрудника корпорации Boeing Паша Салех и Бредли Форман. А бывший директор Агентства перспективных оборонных исследований (DARPA) Министерства обороны США в 2001-2009 годы Энтони Тефер стал членом наблюдательного совета «Укроборонпрома».
Понятно, что украинская оборонка не может похвастаться образцами военной техники последних поколений, но то, что она делает, проходит проверку на фронте, и постоянно растущий экспорт говорит о качестве производимых вооружений. К ней стоит относиться серьезно хотя бы потому, что заокеанские кураторы Украины, не слишком заботясь о ее экономическом процветании, вкладывают серьезные средства в оборонный и военный потенциал страны, превращая ее в собственную военную базу.
Читайте также:
Путин намекнул на Одессу, «Герани-5» сожгли эшелоны Харькова, ВСУ расстреляли своих — что меняет ход СВО
Путин расширил горизонты целей, а «Герани-5» превратили железнодорожный узел и танковое училище в Харькове в груду горящих обломков. Тем временем отступающие бойцы ВСУ попали под огонь заградотрядов. Как эти события ломают логистику Украины и приближают решающую фазу конфликта — подробный разбор.
"На старте ядерный "Искандер": В Киеве паника после слов Лаврова об эвакуации - раскрыта главная цель России
29.06.2026 15:56
Украинцы паникуют после повторного призыва Лаврова эвакуироваться из Киева. Кулеба предупредил: Россия может готовить удар ядерным "Искандером". Цель уже известна, думает экс-дипломат.
Путин ночью раскрыл: Россия пошла на компромиссы по Украине, но войска уже в шаге от Славянска и Доброполья
Путин неожиданно вышел в эфир поздно вечером и раскрыл ключевые детали: Россия согласилась на компромиссы по Украине ещё в Анкоридже с Трампом, но наступление в Донбассе не остановится. 8 км до Славянска, прорыв под Добропольем, дефицит топлива и жёсткий расчёт — что стоит за этим заявлением?
Лукашенко отказал Путину, «Цирконы» ударили по 11 целям — жёсткое заявление президента, которое нельзя пропустить
28 июня Лукашенко после закрытых переговоров на Валдае отказал в более глубоком вовлечении. В ту же ночь «Цирконы» и «Искандеры» поразили 11 ключевых объектов Украины, включая завод ракет «Фламинго». Путин на съезде заявил: «Россия будет только сильной — или её не будет». Что это значит для войны, союзников и будущего страны?
Почему Путин вернулся к Стамбулу и Анкориджу: Украина как дымовая завеса перед главной битвой с Западом
Путин подтвердил готовность к переговорам на базе Стамбула и Анкориджа, но политолог Алексей Ярошенко жёстко предупреждает: Украина — лишь дымовая завеса. Реальное противостояние с Западом впереди и растянется на долгие годы. Почему иллюзий быть не должно и к чему России готовиться всерьёз.