Окружение Путина советует переделать грозные «Акулы» в подводные газовозы
12.04.2019 09:11
4 264
0
На Международном арктическом форуме, на днях завершившегося в Санкт-Петербурге, президент Национального исследовательского центра «Курчатовский институт» Михаил Ковальчук невольно придал новое дыхание давним дискуссиям о дальнейшей судьбе трех оставшихся у России гигантских атомных подводных ракетных крейсеров стратегического назначения проекта 941 типа «Акула» (SSBN «Typhoon» по кодификации НАТО). Ковальчук заявил: «Я бы предложил такую вещь, если идет речь о создании добычных подводных комплексов, почему бы не подумать о подводной транспортировке? Представьте, что мы делаем подводный газовоз: корпус подводной лодки с атомным двигателем».
Как пояснил Ковальчук, «данный аппарат после заправки на подводном месторождении мог бы, не всплывая, доставлять газ до крупных хабов в режиме шатла». По мнению директора «Курчатовского центра», такой вариант перевозки куда безопаснее, чем использование в тяжелых льдах огромных танкеров на 140 тысяч кубических метров сжиженного газа.
Как видите, в тот день Ковальчук ни слова не сказал именно об «Акулах». Речь он вел вроде бы исключительно о строительстве нового, абсолютно гражданского подводного транспортного корабля для перевозки подо льдами сжиженного газа. Однако если учесть, с какими трудностями мы в Северодвинске в последние десятилетия строим даже профильные для этого предприятия новые атомные подводные ракетные крейсера, то попытка в ближайшей перспективе заложить на Севмаше еще и первый в мире подводный газовоз выглядит совсем уж утопично. По многим причинам. И потому, что денег эта затея от страны потребует просто немеряных. И потому, что свободных производственных площадей завод, кроме строительства субмарин под завязку занятый еще и модернизацией тяжелых атомных ракетных крейсеров проекта 1144 «Орлан» (сейчас «Адмирала Нахимова», а следом — «Петра Великого»), попросту не имеет.
Словом, если что и обсуждать всерьез, то, на мой взгляд, единственное: стоит ли возвращать из почти что небытия много лет ожидающие в Северодвинске утилизации ТК-17 «Архангельск» (последнее боевое дежурство — с октября 2004 года по январь 2005 года) и ТК-20 «Северсталь» (последнее боевое дежурство в 2002 году)? А затем переоборудовать их в подводные транспорты для перевозки СПГ? Да еще — что дальше делать с их более удачливым собратом ТК-208 «Дмитрий Донской», единственной «Акулой», до сих находящейся в строю ВМФ РФ?
В свое время «Дмитрия Донского» переоборудовали по проекту 941УМ для испытаний межконтинентальных баллистических ракет «Булава». Свою исследовательскую миссию этот корабль, в общем-то, завершил. «Булавой» уже давно вооружают серийно строящиеся РПКСН проекта 955 «Борей». А что дальше делать с самим «Дмитрием Донским» — это еще предстоит решать.
Собственно, вариантов по «Акулам» на сегодня хотя бы в теории озвучено всего три. Первый и самый реальный — утилизация «Архангельска» и «Северстали». Как довольно туманно объявлено — «после 2020 года». По «Дмитрию Донскому» на этот счет никаких данных нет.
Второй — решительная модернизация заслуженных российских субмарин в платформы для сотен крылатых ракет (порядка 200 «Калибров», «Цирконов» и «Ониксов» на каждой) и возвращения их в боевой состав флота в принципиально новом качестве. Подобное преображение давно произошло с четырьмя американскими атомоходами типа «Огайо». Прежде — носителями межконтинентальных баллистических ракет, а затем получивших на вооружение по 154 крылатых «Томагавка».
Сторонниками такого поворота в боевой биографии «Акул» являются многие наши известные адмиралы. В частности — Владимир Комоедов и Игорь Касатонов.
В свое время Комоедов по этому поводу высказался так: «Я могу только высказать свое личное сожаление. Эти подводные лодки — самые мощные в мире, самые высокотехнологичные по производству. Одна „Акула“ несла 20 ракет с десятью боевыми блоками в каждой. Я на них выходил в море, будучи первым замом командующего Северным флотом. Они легки в управлении. Большего восторга я никогда не испытывал». И далее: «Я хотел бы выразить надежду на то, что решение об утилизации двух подводных крейсеров еще не принято, а если принято, то будет пересмотрено. Я бы даже разработал план модернизации».
Однако эти рассуждения сторонники скорой отправки чудом уцелевших «Акул» в мартены неизменно парируют рассуждениями о чрезвычайной дороговизне их эксплуатации. По опубликованным данным, на каждый крейсер проекта 941 даже не для глубокой модернизации — лишь для поддержания этого корабля в боеспособном состоянии — и в самом деле ежегодно требуется не менее 300 миллионов рублей.
Можно, на первый взгляд, согласиться: «Ужас, ужас, ужас!». Но обладание современным ракетно-ядерным флотом для любой страны вообще штука весьма затратная. Зато несколько сотен высокоточных крылатых ракет в обычном сооружении с помощью модернизированных «Акул» в угрожаемый период можно заранее быстро перебазировать поближе к побережью Соединенных Штатов, сократив подлетное время до критических для американцев пределов. И тем обеспечить очень эффективный вариант неядерного сдерживания Вашингтона.
Увы, пока, складывается впечатление, никто кроме российских военачальников, об этом особо не задумывается. По всяком случае, серьезных разговоров про модернизацию «Акул» в носители крылатых ракет никто больше, кроме отставных адмиралов, на высоком уровне пока не ведет. Что остается для «Акул», если не мартены? Тот самый вариант, о котором на арктическом форуме вскользь упомянул Михаил Ковальчук. То есть — превратить крейсеры проекта 941 в огромные подводные транспорты.
Чисто технически это, скорее всего, возможно. «Акулы» — самые крупные в мире корабли такого класса. Они просто поражают размерами. Водоизмещение подводное — 48000 тонн. Средняя осадка по КВП — 11,2 метра. Длина — как у двух примыкающих одно к другому футбольных полей. На верхней палубе способны свободно разъехаться два КамАЗа. Неудивительно, что идея подобной «конверсии» находящихся в подвешенном состоянии подводных ракетных крейсеров давно носится в воздухе. В 90-е годы в России была даже сделана первая попытка ее практического осуществления. Правда, как и многое в то смутное время — в совершенно гротесковой форме. Потому что подводникам-атомникам Северного флота в 1995 году поручили подо льдами доставить с Кольского полуострова на полуостров Ямал банальную картошку.
Дело было так. В 1994 году питерскому конструкторскому бюро «Рубин», издавна занимающемуся проектированием подлодок, дали необычное задание. Необходимо было проработать вопрос доставки с Ямала в Мурманск нефти и газового конденсата с помощью так называемых «водовозов» — предварительно разоруженных и тоже очень крупных атомных подводных ракетных крейсеров проекта 949 «Антей», предназначенных для уничтожения авианосных соединений США. На «Антеи» вместо ракетной палубы, на которой стояли 12 парных пусковых установок крылатых ракет комплекса П-700 «Гранит», собрались побортно приделать две специальные емкости объемом 10 тысяч тонн каждая.
Но прежде, чем начать обезоруживать первый «Антей», решено было на практике испробовать атомную подлодку поменьше в качестве подледного транспортника. Как рассказывал журналистам участник эксперимента Герой России капитан 1 ранга в отставке Аркадий Ефанов, в адрес тогдашнего премьер-министра РФ Виктора Черномырдина администрацией Ямало-Ненецкого автономного округа было направлено письмо. В нем такие строки: «Как Вам хорошо известно, большой объем грузов на полуостров Ямал доставляется морем с ледокольной проводкой и выгрузкой на припай. До окончания строительства железной дороги море и зимник (автомобильная дорога, эксплуатация которой возможна только в зимних условиях) будут являться основными путями доставки грузов на месторождения. Ряд руководителей предприятий и специалистов ВМФ считают, что часть перевозок можно осуществить атомными подлодками… В Арктике проходят трассы учебных боевых походов кораблей, которые можно совместить с коммерческими без ущерба боевой подготовке».
Как известно, основатель «Газпрома» Черномырдин особенно чутко относился к запросам своих недавних коллег. Возможно, поэтому Москва согласилась на достаточно нелепый, по сути, эксперимент. В 1995 году экипаж одной из многоцелевых атомных подлодок проекта 671РТМ получил приказание грузить в отсеки тонны картофеля. А потом, не всплывая на поверхность, доставить его в заполярный порт Харасавэй на Ямале.
Одно из самых нелепых заданий Родины наверняка чертыхавшимися североморцами было выполнено. Ставшая просто золотой картошка дошла до адресатов. На поскольку люки на атомоходах очень узкие, ее разгрузка заняла столько времени, что продукт наверняка просто вымерз на причале и пришел в негодность. Во всяком случае, больше таких рейдов Северному флоту не поручали.
Тем не менее, вопрос об использовании подводных атомоходов (уже тогда речь шла главным образом об «Архангельске» и «Северстали») в качестве транспортников в 1999 году рассматривал Совбез России под председательством Владимира Путина. И инициативу одобрил.
В ее развитие РАО «Норильский никель» пообещало для начала выделить 80 миллионов долларов. На эти деньги ЦКБ «Рубин» должно было приступить к проектированию из бывшей субмарины уникального подводно-надводного судна, готового возить в океанских глубинах из порта Дудинка до 10 000 тонн руды, преодолевать в надводном положении ледяные поля сплоченностью 8−10 баллов и толщиной до двух метров.
Но что-то тогда, как говорится, не срослось. И вот теперь, после выступления близкого к Путину Ковальчука, события, похоже, готовы начать движение по новому кругу. Вот только согласятся ли с этим военные?
Свободная Пресса
Как пояснил Ковальчук, «данный аппарат после заправки на подводном месторождении мог бы, не всплывая, доставлять газ до крупных хабов в режиме шатла». По мнению директора «Курчатовского центра», такой вариант перевозки куда безопаснее, чем использование в тяжелых льдах огромных танкеров на 140 тысяч кубических метров сжиженного газа.
Как видите, в тот день Ковальчук ни слова не сказал именно об «Акулах». Речь он вел вроде бы исключительно о строительстве нового, абсолютно гражданского подводного транспортного корабля для перевозки подо льдами сжиженного газа. Однако если учесть, с какими трудностями мы в Северодвинске в последние десятилетия строим даже профильные для этого предприятия новые атомные подводные ракетные крейсера, то попытка в ближайшей перспективе заложить на Севмаше еще и первый в мире подводный газовоз выглядит совсем уж утопично. По многим причинам. И потому, что денег эта затея от страны потребует просто немеряных. И потому, что свободных производственных площадей завод, кроме строительства субмарин под завязку занятый еще и модернизацией тяжелых атомных ракетных крейсеров проекта 1144 «Орлан» (сейчас «Адмирала Нахимова», а следом — «Петра Великого»), попросту не имеет.
Словом, если что и обсуждать всерьез, то, на мой взгляд, единственное: стоит ли возвращать из почти что небытия много лет ожидающие в Северодвинске утилизации ТК-17 «Архангельск» (последнее боевое дежурство — с октября 2004 года по январь 2005 года) и ТК-20 «Северсталь» (последнее боевое дежурство в 2002 году)? А затем переоборудовать их в подводные транспорты для перевозки СПГ? Да еще — что дальше делать с их более удачливым собратом ТК-208 «Дмитрий Донской», единственной «Акулой», до сих находящейся в строю ВМФ РФ?
В свое время «Дмитрия Донского» переоборудовали по проекту 941УМ для испытаний межконтинентальных баллистических ракет «Булава». Свою исследовательскую миссию этот корабль, в общем-то, завершил. «Булавой» уже давно вооружают серийно строящиеся РПКСН проекта 955 «Борей». А что дальше делать с самим «Дмитрием Донским» — это еще предстоит решать.
Собственно, вариантов по «Акулам» на сегодня хотя бы в теории озвучено всего три. Первый и самый реальный — утилизация «Архангельска» и «Северстали». Как довольно туманно объявлено — «после 2020 года». По «Дмитрию Донскому» на этот счет никаких данных нет.
Второй — решительная модернизация заслуженных российских субмарин в платформы для сотен крылатых ракет (порядка 200 «Калибров», «Цирконов» и «Ониксов» на каждой) и возвращения их в боевой состав флота в принципиально новом качестве. Подобное преображение давно произошло с четырьмя американскими атомоходами типа «Огайо». Прежде — носителями межконтинентальных баллистических ракет, а затем получивших на вооружение по 154 крылатых «Томагавка».
Сторонниками такого поворота в боевой биографии «Акул» являются многие наши известные адмиралы. В частности — Владимир Комоедов и Игорь Касатонов.
В свое время Комоедов по этому поводу высказался так: «Я могу только высказать свое личное сожаление. Эти подводные лодки — самые мощные в мире, самые высокотехнологичные по производству. Одна „Акула“ несла 20 ракет с десятью боевыми блоками в каждой. Я на них выходил в море, будучи первым замом командующего Северным флотом. Они легки в управлении. Большего восторга я никогда не испытывал». И далее: «Я хотел бы выразить надежду на то, что решение об утилизации двух подводных крейсеров еще не принято, а если принято, то будет пересмотрено. Я бы даже разработал план модернизации».
Однако эти рассуждения сторонники скорой отправки чудом уцелевших «Акул» в мартены неизменно парируют рассуждениями о чрезвычайной дороговизне их эксплуатации. По опубликованным данным, на каждый крейсер проекта 941 даже не для глубокой модернизации — лишь для поддержания этого корабля в боеспособном состоянии — и в самом деле ежегодно требуется не менее 300 миллионов рублей.
Можно, на первый взгляд, согласиться: «Ужас, ужас, ужас!». Но обладание современным ракетно-ядерным флотом для любой страны вообще штука весьма затратная. Зато несколько сотен высокоточных крылатых ракет в обычном сооружении с помощью модернизированных «Акул» в угрожаемый период можно заранее быстро перебазировать поближе к побережью Соединенных Штатов, сократив подлетное время до критических для американцев пределов. И тем обеспечить очень эффективный вариант неядерного сдерживания Вашингтона.
Увы, пока, складывается впечатление, никто кроме российских военачальников, об этом особо не задумывается. По всяком случае, серьезных разговоров про модернизацию «Акул» в носители крылатых ракет никто больше, кроме отставных адмиралов, на высоком уровне пока не ведет. Что остается для «Акул», если не мартены? Тот самый вариант, о котором на арктическом форуме вскользь упомянул Михаил Ковальчук. То есть — превратить крейсеры проекта 941 в огромные подводные транспорты.
Чисто технически это, скорее всего, возможно. «Акулы» — самые крупные в мире корабли такого класса. Они просто поражают размерами. Водоизмещение подводное — 48000 тонн. Средняя осадка по КВП — 11,2 метра. Длина — как у двух примыкающих одно к другому футбольных полей. На верхней палубе способны свободно разъехаться два КамАЗа. Неудивительно, что идея подобной «конверсии» находящихся в подвешенном состоянии подводных ракетных крейсеров давно носится в воздухе. В 90-е годы в России была даже сделана первая попытка ее практического осуществления. Правда, как и многое в то смутное время — в совершенно гротесковой форме. Потому что подводникам-атомникам Северного флота в 1995 году поручили подо льдами доставить с Кольского полуострова на полуостров Ямал банальную картошку.
Дело было так. В 1994 году питерскому конструкторскому бюро «Рубин», издавна занимающемуся проектированием подлодок, дали необычное задание. Необходимо было проработать вопрос доставки с Ямала в Мурманск нефти и газового конденсата с помощью так называемых «водовозов» — предварительно разоруженных и тоже очень крупных атомных подводных ракетных крейсеров проекта 949 «Антей», предназначенных для уничтожения авианосных соединений США. На «Антеи» вместо ракетной палубы, на которой стояли 12 парных пусковых установок крылатых ракет комплекса П-700 «Гранит», собрались побортно приделать две специальные емкости объемом 10 тысяч тонн каждая.
Но прежде, чем начать обезоруживать первый «Антей», решено было на практике испробовать атомную подлодку поменьше в качестве подледного транспортника. Как рассказывал журналистам участник эксперимента Герой России капитан 1 ранга в отставке Аркадий Ефанов, в адрес тогдашнего премьер-министра РФ Виктора Черномырдина администрацией Ямало-Ненецкого автономного округа было направлено письмо. В нем такие строки: «Как Вам хорошо известно, большой объем грузов на полуостров Ямал доставляется морем с ледокольной проводкой и выгрузкой на припай. До окончания строительства железной дороги море и зимник (автомобильная дорога, эксплуатация которой возможна только в зимних условиях) будут являться основными путями доставки грузов на месторождения. Ряд руководителей предприятий и специалистов ВМФ считают, что часть перевозок можно осуществить атомными подлодками… В Арктике проходят трассы учебных боевых походов кораблей, которые можно совместить с коммерческими без ущерба боевой подготовке».
Как известно, основатель «Газпрома» Черномырдин особенно чутко относился к запросам своих недавних коллег. Возможно, поэтому Москва согласилась на достаточно нелепый, по сути, эксперимент. В 1995 году экипаж одной из многоцелевых атомных подлодок проекта 671РТМ получил приказание грузить в отсеки тонны картофеля. А потом, не всплывая на поверхность, доставить его в заполярный порт Харасавэй на Ямале.
Одно из самых нелепых заданий Родины наверняка чертыхавшимися североморцами было выполнено. Ставшая просто золотой картошка дошла до адресатов. На поскольку люки на атомоходах очень узкие, ее разгрузка заняла столько времени, что продукт наверняка просто вымерз на причале и пришел в негодность. Во всяком случае, больше таких рейдов Северному флоту не поручали.
Тем не менее, вопрос об использовании подводных атомоходов (уже тогда речь шла главным образом об «Архангельске» и «Северстали») в качестве транспортников в 1999 году рассматривал Совбез России под председательством Владимира Путина. И инициативу одобрил.
В ее развитие РАО «Норильский никель» пообещало для начала выделить 80 миллионов долларов. На эти деньги ЦКБ «Рубин» должно было приступить к проектированию из бывшей субмарины уникального подводно-надводного судна, готового возить в океанских глубинах из порта Дудинка до 10 000 тонн руды, преодолевать в надводном положении ледяные поля сплоченностью 8−10 баллов и толщиной до двух метров.
Но что-то тогда, как говорится, не срослось. И вот теперь, после выступления близкого к Путину Ковальчука, события, похоже, готовы начать движение по новому кругу. Вот только согласятся ли с этим военные?
Свободная Пресса
Читайте также:
«Ковёр» с Су-57 уже бьёт по тылам Украины: НАТО обвиняет Путина в восстановлении СССР, Трамп в ярости от плана Ирана и вот-вот объявит ответ
28 апреля взорвались сразу три новости, которые меняют всё. Су-57 впервые применил новую ракету «Ковёр» по украинским тылам, НАТО открыто обвиняет Москву в восстановлении границ СССР, а Трамп в ярости от иранского плана и готовит жёсткое заявление из Белого дома. Что это значит для фронта, Европы и цен на нефть? Разбираем факты, цифры и реальные последствия — без воды и домыслов.
Клей Лейконат: химический состав, свойства и технология горячей вулканизации
28.04.2026 18:45
Процесс крепления невулканизованных резин к металлическим поверхностям требует формирования связи, превосходящей по прочности сам эластомер.
«Четвертый рейх» готов к атаке: удар по России запланирован на лето
28.04.2026 18:59
За столетия соседства с европейским хищником мы в России привыкли, что там лгут как дышат — особенно когда готовятся к очередному нападению на нас.
«Когда Россия начнёт воевать по-настоящему?» Генерал Балуевский задал вопрос, который переполнил чашу терпения военных
Экс-начальник Генштаба генерал армии Юрий Балуевский 26 апреля открыто спросил с трибуны: «Когда мы начнём воевать по-настоящему?» Зал с офицерами СВО взорвался овациями. Он назвал «красные линии», которые давно перестали работать, и предупредил: время до 2028 года работает против нас. Почему генерал решил сказать вслух то, что раньше обсуждали только в кулуарах? Полный разбор самого жёсткого
Ким Чен Ын шлёт спецназ под Славянск — Белоусов вернулся с пятилетним договором, от которого в НАТО вздрогнули
Министр обороны Белоусов только что вернулся из Пхеньяна с сенсационными договорённостями. Спецназ Ким Чен Ына может уже этим летом появиться под Славянском, а Россия получила полноценный пятилетний военный план до 2031 года. Почему Курская область стала лишь пробой, что реально меняется на фронте и отчего в НАТО серьёзно напряглись — жёсткий разбор внутри.