Что позволяет контролировать русская военная база в сирийском Тартусе

Пункт материально-технического обеспечения в сирийском порте Тартус сегодня — единственная российская военная база за пределами постсоветского пространства. Хотя еще до начала Арабской весны 720-й ПМТО и базой-то назвать было сложно: там служило всего четыре российских военных моряка, а из двух плавучих пирсов только один был исправен. Однако с началом операции группировки воздушно-космических сил РФ в Сирии ситуация изменилась, и база в Тартусе обзавелась не только военно-стратегическим, но и экономическим значением.

Расстановка приоритетов

Советское наследие пункта в Тартусе к 2009 году составляло два плавучих причала, столько же небольших хранилищ на суше, административное здание, казарму и совсем мелкие хозяйственные объекты. Фактически базу можно было бы считать заброшенной, если бы не несколько моряков, составлявших штат объекта. Хотя и этого казалось достаточно, чтобы обслуживать нужды кораблей ВМФ России, которые совершали разовые походы в Средиземное море.


Конечно, планы модернизировать ПМТО в полноценную военно-морскую базу, способную принимать крейсеры и авианосцы, существовали. Но все они долгое время оставались на бумаге, как и мысли разместить пункты обеспечения на острове Сокотра в Йемене или в ливийском порту Триполи. Причина проста — реальной необходимости усиливать свое военное присутствие и влияние в регионе, как и возможности, у России не было.

Многое изменилось в 2011 году с началом Арабской весны. Перспективы разместить базы в Йемене и Ливии испарились вместе со старыми режимами в этих странах. Вот-вот повторить их судьбу могла и Сирия. Допустить этого Москва не могла ни в коем случае: на кону оказались как вопросы безопасности и мировой стабильности, так и банальные экономические интересы — от поставок оружия до торговли нефтью.

Именно поэтому Россия решила восстановить своё присутствие в Средиземноморье. В 2013 году «с учетом складывающейся военной-политической обстановки» в ВМФ РФ была создана действующая на постоянной основе Средиземноморская эскадра, в состав которой вошли 10 кораблей. В 2015-м восстановление присутствия в регионе было прописано в новой редакции Морской доктрины России. Все эти решения и предопределили судьбу 720-й ПМТО в Тартусе.

Второе дыхание

Уже с 2015 года началась активная модернизация пункта обеспечения. К сентябрю численность персонала на объекте превысила 1700 специалистов. Полным ходом велись работы по расчистке и углублению фарватера порта, укреплению пирсов, благодаря чему база теперь может принимать крупнотоннажные корабли. Параллельно совершенствовалась и инфраструктура базы.

Уже спустя два года между Россией и Сирией было подписано Соглашение о расширении ПМТО и заходах военных кораблей в территориальные воды и порты арабской республики. Документ вступил в силу 11 января 2018 года. По условиям договора, рассчитанного на 49 лет с автоматической пролонгацией на четверть века, база передается Москве в безвозмездное пользование. По соглашению Россия получила возможность размещать в пункте обеспечения до 11 кораблей, включая суда с ядерной установкой, одновременно.

Более того, в апреле 2019 года, после визита в Сирию вице-премьера РФ Юрия Борисова, стало известно, что в ближайшее время в аренду Москве на 49 лет будет передан весь порт Тартус — официально «для транспортно-экономического использования».

«Мы очень хорошо продвинулись в этом вопросе и надеемся, что в течение недели контракт будет подписан и на 49 лет порт Тартус перейдет в эксплуатацию российского бизнеса», — цитирует Борисова «Российская газета».

Все в наших руках

Такое внимание к базе, которая еще десять лет назад была скорее обузой, нежели местом, где пристойно проводить парады, теперь приковано неспроста. «Двигателем перестройки» в случае с ПМТО выступили события в Сирии — России просто пришлось перестраивать гавань ради успешной борьбы с террористами. Ведь обеспечение безопасности находящихся на вражеской территории сил зависело в том числе и от группировки ВМФ. Однако последующее расширение было связано уже с другими, более глобальными задачами.

В 2015 году сирийский президент Башар Асад приветствовал расширение российского присутствия в Средиземноморье словами о том, что оно «необходимо для поддержания баланса, который был потерян после распада СССР более 20 лет назад». Господство в Средиземном море Шестого флота ВМС США действительно вызывало большие вопросы. Ведь под контролем американцев по сути оказывались морские просторы Южной Европы и Северной Африки, а главное — важные торговые пути, в том числе Суэцкий канал. Такая гегемония не нравилась как самим государствам региона, так и России.

Понятно, что базу в Тартусе следует воспринимать не как форпост, откуда в любой момент можно ожидать нападения, а как логистический центр, из которого российские корабли смогут оперативно отреагировать на любую проблему в регионе. Без своего «уголка» возможности России в Средиземноморье были весьма ограничены: путь судов Северного флота до берегов той же Сирии мог занять две-три недели, причем гипотетически они могли быть заблокированы в Северном море или Ла-Манше. Силы же Черноморского флота вполне могли «застрять» при переходе через Босфор или Дарданеллы.

Теперь же российским кораблям, обосновавшимся в Тартусе, куда проще будет решать боевые задачи у берегов дружественных Сирии и Египта, в случае необходимости прийти на помощь Ливии или Тунису. В то же время влияние России уже не будет ограничиваться одним Средиземноморьем. Стоит учесть, что в 2010 году, когда речь о модернизации пункта зашла впервые, особый акцент делался на том, что базирующиеся там суда могли бы обеспечить защиту гражданского судоходства от сомалийских пиратов в районе Африканского рога. Кроме того, от Тартуса около шести-семи дней перехода до Гибралтарского пролива, через который корабли выходят в Атлантический океан, являющийся оперативной зоной Северного и Балтийского флотов.

Вести бизнес станет надежнее

Нельзя не учитывать и экономическую составляющую. В частности, полностью арендовав порт, Москва собирается использовать его в качестве перевалочного хаба для поставок в Сирию нефти, продовольствия и стройматериалов. Поставки энергоресурсов в арабскую республику оказались особенно важны после того, как Египет негласно начал блокировать прохождения через Суэцкий канал нефтяных танкеров из Ирана, бывший до этого главным поставщиком «черного золота» для Дамаска. Теперь Россия получит возможность реализовать излишки нефти, образовавшиеся после запрета экспорта на Украину, а Сирия — реанимировать свою промышленность.

Кроме того, военные корабли помогут Москве обезопасить экономические проекты в Средиземном море. В частности, компания «Роснефть» сегодня владеет долями в нескольких региональных месторождениях газа, в ее управлении также находится терминал по хранению нефтепродуктов в ливанском Триполи. Соглашение о разведке полезных ископаемых с правительством Ливана есть и у «Новатэка». И за их сохранность больше не приходится беспокоиться.