Россия не вышла из мировой гонки вооружений. Она ее просто выиграла
Стокгольмский международный институт исследования проблем мира (SIPRI) представил очередной ежегодный доклад о мировых тратах на оборону. Они, кстати, в прошедшем году поставили рекорд за всю историю наблюдений, достигнув 1,8 триллиона долларов, что на 2,6 процента больше, чем в 2017-м.
В гонку вооружений включились практически все страны, обладающие хотя бы минимальными политическими и геополитическими амбициями. Военные расходы США выросли на 4,6 процента, у Китая — на пять процентов, у Саудовской Аравии — на 6,5 процента, а у Турции — аж на 24 процента. Среди мировых лидеров по приросту расходов на оборону — Армения (плюс 33 процента), Латвия (24 процента), Украина (21 процент), Литва (18 процентов), Чехия (18 процентов) и Казахстан (16 процентов).
На этом фоне несколько странно — на первый взгляд — смотрится Россия, уже несколько лет последовательно снижающая расходы на армию. Дошло до того, что по итогам 2018 года страна вылетела из топ-5 (в котором неизменно находилась с 2006 года), уступив Франции и заняв в нынешнем рейтинге шестое место.
Российские траты на оборону сократились за год на 3,5 процента до 61,4 миллиарда долларов, что выглядит скромно на фоне китайских 250 миллиардов и просто незаметно рядом с американскими 649 миллиардами.
Формальное объяснение этого на поверхности — Россия успешно решила задачу реформирования и модернизации Вооруженных сил, в которую интенсивно вкладывалась с конца нулевых годов.
Государство неоднократно сталкивалось с упреками, что при серьезных проблемах в экономике и социальной сфере слишком много тратит на армию (3,9 процента ВВП в 2018 году), и прямо отвечало устами первых лиц, что бюджетные расходы на военную сферу постепенно будут сокращаться до уровня 2,7-2,8 процента, но национальная безопасность — безоговорочный приоритет и сначала должны быть достигнуты поставленные в этой области цели.
Соответственно, раз самые масштабные и дорогостоящие задачи по реформированию Вооруженных сил успешно решены, Россия может себе позволить уменьшать оборонные расходы. Что, собственно, и происходит четвертый год подряд.
Помимо этого простого объяснения есть и менее очевидное, но, как представляется, куда более важное и интересное.
Обнародованный SIPRI финансово-политический расклад и указанные институтом мировые тенденции свидетельствуют, что Россия демонстрирует куда более высокую эффективность вложений в армию и ВПК, нежели партнеры и конкуренты по международной арене.
Уже давно канули в Лету те времена, когда астрономические расходы американцев на оборону вызывали удивление, восхищение и тревогу. Ныне масштабы бюджетных распилов Пентагона и американского ВПК стали притчей во языцех. Регулярно поступают новости о так и не доведенном до ума F-35 или, например, об эпических эсминцах Zumwаlt.
На этом фоне российский уровень отдачи от вложений в Вооруженные силы и ВПК выглядит прямо-таки феноменальным. Однако часто упускается из виду, что задача состоит не только в том, чтобы выделенные деньги потратили на дело. Куда более важно, чтобы и само дело, которое планируется финансировать, было определено верно — и тут России также есть чем похвастаться.
Когда уже достаточно много лет (не менее полутора десятилетий) назад политическое и военное руководство страны рассматривало варианты модернизации отечественных Вооруженных сил, был сделан выбор, плоды которого Россия ныне пожинает.
В ситуации весьма ограниченных финансовых ресурсов, очень серьезных политических — как внешних, так и внутренних — затруднений и рисков были приняты решения, которые не просто помогли преодолеть деградацию армии и масштабное отставание страны в военной сфере после провала 1990-х, но и безо всяких допущений и скидок вернули российские Вооруженные силы в список самых мощных и эффективных в мире.
Страна не могла себе позволить многочисленные полномасштабные эксперименты, нужно было выбирать конкретные точки для прорыва, и почти любая ошибка грозила обернуться роковыми последствиями.
Подводить итоги — хотя бы промежуточные — ныне могут даже не погруженные в военную проблематику, а просто регулярно читающие новости люди.
Из громоздкого неповоротливого "динозавра", унаследованного от советских времен, российская армия превратилась в современную высокомобильную военную машину, виртуозно использующую то, что теперь принято называть "методами гибридной войны". Успех реформы доказан в боевых условиях сирийской кампании. И не только там.
Кроме того, Россия совершила несколько прорывов в оборонной сфере — как научно-технологических, так и организационных, — что обеспечило мировое лидерство по этим направлениям и до определенной степени компенсирует сохраняющееся отставание в ряде других.
Вот только некоторые из них:
1. РЭБ — средства радиоэлектронной борьбы. Российская сфера РЭБ открыто признается западными специалистами как самая продвинутая и эффективная в мире, причем отставание Запада тут достаточно существенно.
2. Россия выскользнула из "удавки" Договора о ракетах средней и меньшей дальности, обессмыслив его для США. От "Калибров" до новейшего гиперзвукового оружия — все нацелено на сохранение глобальной системы ядерного сдерживания.
3. Арктика. Последние два десятилетия мир бурно обсуждал усиливающуюся политическую и экономическую роль арктического региона в XXI веке. Однако, когда это стало реальностью, выяснилось, что русские уже развернули там такую оборонную систему (от ледоколов и военных баз до — банально — новейшего обмундирования военнослужащих), что с ними даже близко никто не может тягаться.
В свете этих обстоятельств доклад SIPRI начинает играть дополнительными красками, а неоднократные заявления российского руководства, что Россия не позволит втянуть себя в новую гонку вооружений, приобретают еще больший вес.
За последние годы мир привык, что Москва регулярно демонстрирует оперативно-тактическое превосходство над Западом, действуя в самых разных уголках мира — от Крыма до Сирии, от Центральноафриканской Республики до Венесуэлы, успешно применяя при этом и военный фактор.
За этими успехами куда реже замечается, что Россия обыгрывает вероятного противника и стратегически. Впрочем, не зря Запад частенько обвиняет Москву в том, что там слишком хорошо усвоили правила и методы гибридной войны.
В гонку вооружений включились практически все страны, обладающие хотя бы минимальными политическими и геополитическими амбициями. Военные расходы США выросли на 4,6 процента, у Китая — на пять процентов, у Саудовской Аравии — на 6,5 процента, а у Турции — аж на 24 процента. Среди мировых лидеров по приросту расходов на оборону — Армения (плюс 33 процента), Латвия (24 процента), Украина (21 процент), Литва (18 процентов), Чехия (18 процентов) и Казахстан (16 процентов).
На этом фоне несколько странно — на первый взгляд — смотрится Россия, уже несколько лет последовательно снижающая расходы на армию. Дошло до того, что по итогам 2018 года страна вылетела из топ-5 (в котором неизменно находилась с 2006 года), уступив Франции и заняв в нынешнем рейтинге шестое место.
Российские траты на оборону сократились за год на 3,5 процента до 61,4 миллиарда долларов, что выглядит скромно на фоне китайских 250 миллиардов и просто незаметно рядом с американскими 649 миллиардами.
Формальное объяснение этого на поверхности — Россия успешно решила задачу реформирования и модернизации Вооруженных сил, в которую интенсивно вкладывалась с конца нулевых годов.
Государство неоднократно сталкивалось с упреками, что при серьезных проблемах в экономике и социальной сфере слишком много тратит на армию (3,9 процента ВВП в 2018 году), и прямо отвечало устами первых лиц, что бюджетные расходы на военную сферу постепенно будут сокращаться до уровня 2,7-2,8 процента, но национальная безопасность — безоговорочный приоритет и сначала должны быть достигнуты поставленные в этой области цели.
Соответственно, раз самые масштабные и дорогостоящие задачи по реформированию Вооруженных сил успешно решены, Россия может себе позволить уменьшать оборонные расходы. Что, собственно, и происходит четвертый год подряд.
Помимо этого простого объяснения есть и менее очевидное, но, как представляется, куда более важное и интересное.
Обнародованный SIPRI финансово-политический расклад и указанные институтом мировые тенденции свидетельствуют, что Россия демонстрирует куда более высокую эффективность вложений в армию и ВПК, нежели партнеры и конкуренты по международной арене.
Уже давно канули в Лету те времена, когда астрономические расходы американцев на оборону вызывали удивление, восхищение и тревогу. Ныне масштабы бюджетных распилов Пентагона и американского ВПК стали притчей во языцех. Регулярно поступают новости о так и не доведенном до ума F-35 или, например, об эпических эсминцах Zumwаlt.
На этом фоне российский уровень отдачи от вложений в Вооруженные силы и ВПК выглядит прямо-таки феноменальным. Однако часто упускается из виду, что задача состоит не только в том, чтобы выделенные деньги потратили на дело. Куда более важно, чтобы и само дело, которое планируется финансировать, было определено верно — и тут России также есть чем похвастаться.
Когда уже достаточно много лет (не менее полутора десятилетий) назад политическое и военное руководство страны рассматривало варианты модернизации отечественных Вооруженных сил, был сделан выбор, плоды которого Россия ныне пожинает.
В ситуации весьма ограниченных финансовых ресурсов, очень серьезных политических — как внешних, так и внутренних — затруднений и рисков были приняты решения, которые не просто помогли преодолеть деградацию армии и масштабное отставание страны в военной сфере после провала 1990-х, но и безо всяких допущений и скидок вернули российские Вооруженные силы в список самых мощных и эффективных в мире.
Страна не могла себе позволить многочисленные полномасштабные эксперименты, нужно было выбирать конкретные точки для прорыва, и почти любая ошибка грозила обернуться роковыми последствиями.
Подводить итоги — хотя бы промежуточные — ныне могут даже не погруженные в военную проблематику, а просто регулярно читающие новости люди.
Из громоздкого неповоротливого "динозавра", унаследованного от советских времен, российская армия превратилась в современную высокомобильную военную машину, виртуозно использующую то, что теперь принято называть "методами гибридной войны". Успех реформы доказан в боевых условиях сирийской кампании. И не только там.
Кроме того, Россия совершила несколько прорывов в оборонной сфере — как научно-технологических, так и организационных, — что обеспечило мировое лидерство по этим направлениям и до определенной степени компенсирует сохраняющееся отставание в ряде других.
Вот только некоторые из них:
1. РЭБ — средства радиоэлектронной борьбы. Российская сфера РЭБ открыто признается западными специалистами как самая продвинутая и эффективная в мире, причем отставание Запада тут достаточно существенно.
2. Россия выскользнула из "удавки" Договора о ракетах средней и меньшей дальности, обессмыслив его для США. От "Калибров" до новейшего гиперзвукового оружия — все нацелено на сохранение глобальной системы ядерного сдерживания.
3. Арктика. Последние два десятилетия мир бурно обсуждал усиливающуюся политическую и экономическую роль арктического региона в XXI веке. Однако, когда это стало реальностью, выяснилось, что русские уже развернули там такую оборонную систему (от ледоколов и военных баз до — банально — новейшего обмундирования военнослужащих), что с ними даже близко никто не может тягаться.
В свете этих обстоятельств доклад SIPRI начинает играть дополнительными красками, а неоднократные заявления российского руководства, что Россия не позволит втянуть себя в новую гонку вооружений, приобретают еще больший вес.
За последние годы мир привык, что Москва регулярно демонстрирует оперативно-тактическое превосходство над Западом, действуя в самых разных уголках мира — от Крыма до Сирии, от Центральноафриканской Республики до Венесуэлы, успешно применяя при этом и военный фактор.
За этими успехами куда реже замечается, что Россия обыгрывает вероятного противника и стратегически. Впрочем, не зря Запад частенько обвиняет Москву в том, что там слишком хорошо усвоили правила и методы гибридной войны.
Читайте также:
Тель-Авив добил семью Хаменеи: новый верховный лидер Ирана тяжело ранен, потерял ногу и до сих пор не показался на публике
Израиль нанёс удар по бункеру нового верховного лидера Ирана Моджтабы Хаменеи: погибли его жена, сестра и племянница, самому аятолле ампутировали ногу. С момента избрания он не появлялся на публике. Тегеран уверяет, что лидер жив и управляет страной, но слухи о его тяжёлом состоянии множатся. Уолл-стрит джорнал: Трамп может одобрить полное устранение. Что будет дальше с Ираном?
Обиженный лев кусает всех подряд: как Стармер ракетами по Брянску пытается сорвать мир между Москвой и Трампом
Британские «Шторм Шэдоу» ударили по Брянску в тот момент, когда Москва и Вашингтон начали прощупывать почву для диалога. За атакой — не только Киев, но и обиженный Лондон, который мстит Трампу за газовый коллапс, унижение и потерю влияния. Пока остров замерзает, Стармер готов спалить мировой порядок, лишь бы не дать Путину и Трампу договориться. Разбираем, почему это не просто удар, а отчаянная
«Идеальный шторм для Украины»: резервы стянуты, Запад бросил, дороги сохнут — Москва готовит большой удар
В Киеве бьют тревогу: Россия стягивает резервы в Донбассе и ждёт тепла, чтобы нанести мощный удар. Политолог Бондаренко предупреждает — как только подсохнут дороги и зазеленеют посадки, Москва точно пойдёт в большое наступление. Запад бросил Украину: ни денег, ни оружия, Венгрия блокирует транш, США заняты Ираном. Зеленский в панике, армия истощена, а Европа просит продержаться ещё пару лет без
Киев перешёл все границы: удар по стационару в ДНР унёс восемь медиков, ранил десятки, поставил под угрозу жизни 130 пациентов — где красные линии?
Ночью 10 марта четыре украинских дрона нанесли удар по стационарной больнице в ДНР. Погибли восемь медиков, ранены десять, среди них девять врачей. Более 130 пациентов оказались под обстрелом в месте, где должны были чувствовать безопасность. Это не случайность, а целенаправленное преступление киевского режима, который после отказа от компромиссов перешёл к террору против врачей и больных.
Экономическая эквилибристика
В условиях жёстких санкций условная страна «Х» сталкивается с тем, что все хвалёные законы Адама Смита, Рикардо, Маршалла и других классиков перестают работать, так, как их описывают учебники. Не потому что теория плохая, а потому что санкции создают искусственную, деформированную среду, в которой рыночные механизмы ломаются, а экономика начинает жить по законам выживания, а не эффективности.