Президент Владимир Путин подписал закон о создании мегарегулятора финансового рынка на базе Банка России, который должен вступить в силу с 1 сентября 2013 года. Вместе с тем глава государства подписал указ об упразднении ФСФР и передаче ее полномочий ЦБ. Когда вступит в силу новый закон, Центробанк будет осуществлять контроль и надзор в сфере финансовых рынков, в том числе страховой, микрофинансовой деятельности, кредитной кооперации, рейтинговых агентств и агентств по инвестированию средств пенсионных накоплений. По мнению экспертов, в итоге на финансовом рынке страны появится еще одна "вертикаль власти", рычаги управления которой уходят прямиком в Кремль. Закон предусматривает также изменения внутри Центробанка: срок полномочий его председателя Эльвиры Набиуллиной увеличивается на год и теперь составляет 5 лет, а в совете директоров ЦБ будут заседать не 13, а 15 человек. Помимо этого создается на постоянной основе комитет финансового надзора, через который Центробанк будет реализовать свои полномочия в сфере финансовых рынков.
Процесс создания финансового мегарегулятора президент Путин запустил еще в октябре прошлого года, когда на инвестиционном форуме "ВТБ Капитала" глава государства призвал госчиновников и участников финансового рынка "поторопиться" с его созданием. Как заявил тогда бывший первый зампред ЦБ Алексей Улюкаев, "объективную обусловленность объединенного ведомства показывает глобальная практика". Дескать, сейчас "во многих странах идет сближение функций органов денежно-кредитной политики с поддержкой финансовой стабильности и надзором".
На самом деле это не совсем так. "Если мы посмотрим, как устроено регулирование финансовой системой в экономически развитых странах, то увидим, что федеральные власти стараются ни в коем случае не складывать все яйца в одну корзину и не допускать ситуации, когда один орган государственной власти регулирует всю финансовую систему страны, – говорит старший аналитик ИК "Риком-траст" Владислав Жуковский. – Ведь это создает колоссальные системные риски конфликта интересов, безнаказанного злоупотребления своим монопольным положением, понижает межведомственную конкуренцию в системе государственного управления, тем самым резко снижая эффективность всего государства".
Эксперт поясняет, что, например, в США, несмотря на то, что ФРС заметно усилила свои позиции в результате финансового кризиса и смогла расширить полномочия в сфере банковского регулирования (в частности, получила возможность частичного регулирования нефинансовых организаций и небанковских финансовых институтов), тем не менее, существует Комиссия по ценным бумагам и биржам (SEC), которая является независимым органом. Она и призвана следить за операциями на финансовом рынке и развитием финансовой системы в целом. В Великобритании контроль за финансовой системой, банковским сектором, фондовыми рынками, фьючерсами, страховыми организациями, брокерской деятельностью и инсайдерской торговлей также разделены, и Банк Англии не имеет монопольного контроля за этой сферой. Подобную ситуацию мы видим и в Японии, и в Канаде, и в Австралии, и в других экономически развитых странах.
Напомним: Центральный банк занимает особое место в системе власти – это независимый орган, не подчиняющийся ни президенту, ни правительству. Поэтому очень важно, кто стоит во главе мегарегулятора. В ближайшие пять лет это будет бывший министр экономики и помощник президента Эльвира Набиуллина, "независимость" которой от Кремля вызывает у экспертов большие сомнения.
Кроме того, Центробанк отвечает за проведение кредитно-денежной политики, сдерживает инфляцию, отвечает за валютный курс, надзирает за деятельностью коммерческих банков, управляет золотовалютными резервами и устанавливает правила бухучета для банков. И как будет заниматься всем этим, включая управление финансовыми рынками, Эльвира Набиуллина, которая ни разу в жизни даже обычным коммерческим банком, не говоря уже о рыночной компании, не управляла – остается только догадываться.
"Если посмотреть работу Набиуллиной на прежних постах, то ее характерная особенность видится очень простой – это политически ориентированный руководитель, – считает управляющий активами на фондовом рынке Юрий Чеботарев. – По моему мнению, назначение ее на должность главы Центрального банка – чисто политическое решение Путина. Скорее всего, это делается для того, чтобы ЦБ находился в фарватере политических решений Кремля, и Набиуллина для этого очень хорошо подходит. В отличие от прежнего главы ЦБ Сергея Игнатьева, она станет безукоризненно выполнять те инструкции, которые будут приходить сверху".
Именно это больше всего пугает игроков финансового рынка. Многие рыночники были озадачены таким решением президента, хотя Путин накануне назначения нового главы Центробанка сказал, что он "всем понравится". Дело в том, что председатель Центрального банка должен быть, в первую очередь, фигурой креативной, имеющей позитивный опыт работы в финансовой сфере, причем – практический, а не теоретический. Набиуллина в этом отношении человек для рыночников абсолютно непонятный, без банковского и рыночного опыта принятия решений. Поэтому они воспринимают ее как "варяга", который непонятно что будет делать в текущей, а тем более в кризисной ситуации.
"Это тоже имеет значение, потому что ситуация в мире сейчас напряженная, кризис так и не преодолен, рано или поздно будет вторая его волна, – говорит трейдер Чеботарев. – А Россия – это большой нефтяной фьючерс, производный финансовый инструмент от мировой стоимости нефти на рынке. Стоит завтра упасть цене нефти – государственный бюджет рухнет, рубль обрушится, и в этой ситуации многое будет зависеть от действий мегарегулятора, от того, кто его возглавляет. И "ручное управление" из Кремля здесь Набиуллиной уже не поможет, потому что и в Кремле сейчас нет никого, кто смог бы справиться с этой мегазадачей. Лучшие российские финансисты, если они не находятся за рубежом, то задвинуты далеко в угол отечественной экономики. А нынешняя экономическая власть просто не способна решить структурные проблемы России".
Ситуация складывается действительно пугающая: при всей величине российской экономики ее финансовая система сильно подвержена риску. По размеру суммарных активов банковской системы – 50,6 трлн рублей или 1,6 трлн долларов, Россия уступает не просто отдельно взятым развитым государствам, но даже и отдельно взятым крупным международным банкам. Для сравнения: активы HSBC достигают 2,69 трлн долларов, Bank of America – 2,2 трлн, J.P. Morgan Chase – 2,5 трлн, BNP Paribas – 2,4 трлн, Citi Group – 1,86 трлн, Wells Fargo – 1,4 трлн, а UBS – 1,37 трлн долларов.
В похожей ситуации неконтролируемая экспансия крупнейших американских, европейских и японских банков, при либерализации внешнеэкономического законодательства, в 1990-е годы на территории Южной и Восточной Европы обернулась утратой контроля национальных правительств и национального капитала за ключевым сектором экономики – финансовой системой. Доля иностранного капитала в суммарном капитале банковского сектора стран европейской периферии выросла с 3-5% до 95-98% в настоящее время.
Как показал мировой опыт кризисных 2008-2009 годов, потеря контроля над инвестиционно-банковской системой и доминирование иностранного капитала в финансовом секторе несет серьезные риски не только национальной экономике и финансовой системе, но и финансово-экономическому суверенитету страны и управляемости государства. В условиях острого дефицита ликвидности и свободных ресурсов, международные банки "пылесосом" выкачивали финансовые ресурсы из стран европейской периферии.
Этот механизм "откачки" финансовых ресурсов из обескровленных экономик спровоцировал масштабное бегство капитала и глубочайший финансово-экономический кризис. Нигде в мире в разгар кризиса не было зафиксировано столь стремительного и глубокого обвала производственной и экономической активности, как в недавно присоединившихся к Евросоюзу периферийных странах "Старого Света" Латвии, Литве, Эстонии, Словакии и так далее. В случае новой волны кризиса нечто подобное может ожидать и Россию.
