Просто газа нет: Европа потребовала срочно достроить "Северный поток — 2"
Не успела Дания разрешить строительство «Северного потока — 2» на своем континентальном шельфе, как на пути газопровода возникло очередное препятствие. Немецкий парламент не принял закон, ограничивающий действие газовой директивы ЕС.
Что в пакете
Третий энергопакет газовой директивы ЕС предполагает, что оператор любого международного газопровода в Европе должен зарезервировать половину мощности для сторонних поставщиков топлива. Речь шла о трубах, проложенных по суше, но в мае этого года требование расширили и на те, что идут по морскому дну, — с прицелом на «Северный поток — 2».
Чиновники ЕС твердят о диверсификации и энергобезопасности. Это понятно. Но дело в том, что российский газопровод напрямую соединяет Усть-Лугу Ленинградской области с немецким Грайфсвальдом.
Никаких дополнительных подключений не предусмотрено. Да и сколько-нибудь серьезной газодобычи, позволившей бы наладить экспорт в Западную Европу, ни одна из стран балтийского региона не ведет.
Выходит, что в соответствии с буквой европейского закона одна из двух нитей российского газопровода — а это 27,5 миллиарда кубометров в год — будет простаивать. Для «Газпрома» и западных инвесторов проекта это означает напрасно потраченные на строительство пять миллиардов евро, для европейских потребителей — нехватку топлива.
Немцы это прекрасно понимают, поэтому депутаты бундестага внесли законопроект об исключении из требований Третьего энергопакета иностранных газопроводов, если они были профинансированы до 23 мая 2019-го, их первая точка соединения с общей сетью Европы находится в Германии и нет угрозы конкуренции и безопасности в ЕС.
«Северный поток — 2» этим условиям полностью соответствует: европейские инвесторы — OMV, Wintershall, Shell, Uniper и Engie — выделили деньги на проект задолго до мая этого года.
Но голосов не хватило: всего 133, а надо было 355. Повторное обсуждение отложено на неопределенный срок.
Кто против
Берлин отложил этот законопроект, не желая конфликтовать с Еврокомиссией. А та всячески отстаивает интересы Украины и Польши, которые больше всего потеряют от запуска СП-2.
Накануне голосования в бундестаге замминистра экономики, торговли и сельского хозяйства Украины Тарас Качка назвал немецкий законопроект в защиту СП-2 «попыткой Москвы сохранить устаревшую модель газовых отношений» и заявил о намерении обжаловать его в суде Евросоюза.
Разразившаяся в Киеве истерика вполне объяснима: «Северный поток — 2» вместе со второй нитью «Турецкого потока» через Болгарию, Сербию и Венгрию избавит «Газпром» от необходимости прокачивать газ в Европу через украинскую ГТС. Максимум что останется Киеву при таком раскладе — 15 миллиардов кубометров в год, а значит, бюджет не досчитается двух с половиной миллиардов долларов.
Но самая большая проблема для Берлина отнюдь не Киев. Польша тоже лишается части транзита: по оценкам экспертов, в течение десяти лет — 17 миллиардов кубометров. Это не так много, как у Украины, но в отличие от Киева Варшава — полноправный член Евросоюза и пользуется большим влиянием в Брюсселе.
Причем поляки не стесняются предъявлять претензии к остальной Европе, и сразу после голосования по ограничению газовой директивы в бундестаге польский антимонопольный регулятор UOKiK оштрафовал французскую Engie почти на 40 миллионов евро.
«Мы наложили на Engie Energy штраф в размере 172 миллионов злотых за постоянный и необоснованный отказ в отправке запрошенных нами документов. Дело касается разбирательств в отношении предприятий, ответственных за строительство газопровода «Северный поток — 2», — сообщает регулятор в твиттере.
Москва понимает, что Берлин не хочет идти на открытую конфронтацию с Брюсселем, поэтому в «Газпроме» придумали запасной вариант, позволяющий всем сохранить лицо, но добиться цели.
По данным издания Handelsblatt, российский газовый холдинг создал компанию, которая станет оператором участка «Северного потока — 2» длиной 12 морских миль, проходящего по территориальным водам Германии, то есть подпадающим под газовую директиву ЕС (остальная трасса проложена в международных водах, где требования ЕС не действуют).
В результате директива об обязательном разделении функций поставщика газа и оператора трубопровода будет выполнена и «Северный поток — 2» заработает на полную мощность.
Что в пакете
Третий энергопакет газовой директивы ЕС предполагает, что оператор любого международного газопровода в Европе должен зарезервировать половину мощности для сторонних поставщиков топлива. Речь шла о трубах, проложенных по суше, но в мае этого года требование расширили и на те, что идут по морскому дну, — с прицелом на «Северный поток — 2».
Чиновники ЕС твердят о диверсификации и энергобезопасности. Это понятно. Но дело в том, что российский газопровод напрямую соединяет Усть-Лугу Ленинградской области с немецким Грайфсвальдом.
Никаких дополнительных подключений не предусмотрено. Да и сколько-нибудь серьезной газодобычи, позволившей бы наладить экспорт в Западную Европу, ни одна из стран балтийского региона не ведет.
Выходит, что в соответствии с буквой европейского закона одна из двух нитей российского газопровода — а это 27,5 миллиарда кубометров в год — будет простаивать. Для «Газпрома» и западных инвесторов проекта это означает напрасно потраченные на строительство пять миллиардов евро, для европейских потребителей — нехватку топлива.
Немцы это прекрасно понимают, поэтому депутаты бундестага внесли законопроект об исключении из требований Третьего энергопакета иностранных газопроводов, если они были профинансированы до 23 мая 2019-го, их первая точка соединения с общей сетью Европы находится в Германии и нет угрозы конкуренции и безопасности в ЕС.
«Северный поток — 2» этим условиям полностью соответствует: европейские инвесторы — OMV, Wintershall, Shell, Uniper и Engie — выделили деньги на проект задолго до мая этого года.
Но голосов не хватило: всего 133, а надо было 355. Повторное обсуждение отложено на неопределенный срок.
Кто против
Берлин отложил этот законопроект, не желая конфликтовать с Еврокомиссией. А та всячески отстаивает интересы Украины и Польши, которые больше всего потеряют от запуска СП-2.
Накануне голосования в бундестаге замминистра экономики, торговли и сельского хозяйства Украины Тарас Качка назвал немецкий законопроект в защиту СП-2 «попыткой Москвы сохранить устаревшую модель газовых отношений» и заявил о намерении обжаловать его в суде Евросоюза.
Разразившаяся в Киеве истерика вполне объяснима: «Северный поток — 2» вместе со второй нитью «Турецкого потока» через Болгарию, Сербию и Венгрию избавит «Газпром» от необходимости прокачивать газ в Европу через украинскую ГТС. Максимум что останется Киеву при таком раскладе — 15 миллиардов кубометров в год, а значит, бюджет не досчитается двух с половиной миллиардов долларов.
Но самая большая проблема для Берлина отнюдь не Киев. Польша тоже лишается части транзита: по оценкам экспертов, в течение десяти лет — 17 миллиардов кубометров. Это не так много, как у Украины, но в отличие от Киева Варшава — полноправный член Евросоюза и пользуется большим влиянием в Брюсселе.
Причем поляки не стесняются предъявлять претензии к остальной Европе, и сразу после голосования по ограничению газовой директивы в бундестаге польский антимонопольный регулятор UOKiK оштрафовал французскую Engie почти на 40 миллионов евро.
«Мы наложили на Engie Energy штраф в размере 172 миллионов злотых за постоянный и необоснованный отказ в отправке запрошенных нами документов. Дело касается разбирательств в отношении предприятий, ответственных за строительство газопровода «Северный поток — 2», — сообщает регулятор в твиттере.
Москва понимает, что Берлин не хочет идти на открытую конфронтацию с Брюсселем, поэтому в «Газпроме» придумали запасной вариант, позволяющий всем сохранить лицо, но добиться цели.
По данным издания Handelsblatt, российский газовый холдинг создал компанию, которая станет оператором участка «Северного потока — 2» длиной 12 морских миль, проходящего по территориальным водам Германии, то есть подпадающим под газовую директиву ЕС (остальная трасса проложена в международных водах, где требования ЕС не действуют).
В результате директива об обязательном разделении функций поставщика газа и оператора трубопровода будет выполнена и «Северный поток — 2» заработает на полную мощность.
Читайте также:
Дешёвые «Герани» против миллионов: как Россия выиграла битву рубля и доллара в небе Украины
Запад больше не отдаёт ракеты Patriot — они нужны самим. Один дрон за 50 тысяч долларов вынуждает тратить миллионы и раскрывает позиции. Почему экономика воздушной войны сложилась не в пользу НАТО и что это меняет прямо сейчас.
Путин целится в Одессу: удары по порту и энергосистеме меняют игру, а Трамп может остаться доволен
Массированные удары по Одессе и блокаде порта — не подготовка к штурму. Путин считает риски слишком высокими. Зато есть другой план: контроль через миротворцев, демилитаризация и торговля под присмотром. Почему этот сценарий устраивает Трампа и пугает Киев.
ATACMS из турецких запасов уже почти у Киева: 70 ракет и 12 MLRS меняют расклад в Чёрном море
Госдеп США уже уведомил Конгресс: Турция передаст Киеву 70 старых ATACMS, 12 пусковых M270 и десятки тысяч кассетных боеприпасов. Анкара делает вид, что ничего не знает. Эксперты объясняют, зачем Эрдогану этот ход и как он связан с зерном, портами Одессы и ролью «посредника».
Одесса под ударами, 6500 фур на Варшавке: почему польский коридор Украины стал следующей целью
После массированного удара по Одессе черноморские порты фактически закрыты, экспорт зерна рушится, а на границе с Польшей скопилось 6500 грузовиков. Сухопутный коридор теперь выглядит так же уязвимо, как крымская трасса летом. Почему Россия может повторить сценарий Новороссии уже в августе и что это изменит для Киева.
Почему удары по штабам ВСУ стали точными как никогда: роль подполья или «Русский Starlink»
Точность российских ракет и дронов по командным пунктам ВСУ выросла кратно. В Дергачах уничтожили командира полка прямо на совещании, на острове у Очакова накрыли базу с иностранцами. Откуда берут такие координаты и почему местных всё чаще называют главным источником — разбираем на конкретных случаях.