"Памятник без вести пропавшим российским миллионам": через пять лет после войны в ЮО проблемы перевесили достижения

Главным достижением большинство местных жителей - как чиновники, так и простые люди - называют возможность спокойно спать и не бояться новой войны. Но проблема восстановления республики по-прежнему стоит наиболее остро, несмотря на обильные финансовые потоки из России: с 2008 по 2013 годы включительно она направила туда 37 с лишним миллиардов рублей (правда, вице-премьер Александр Хлопонин недавно озвучил несколько другую цифру: 34 миллиарда).

Многие жители провели в этих разрушенных домах несколько лет, у части из них до сих пор нет нормальных условий для существования. Во многих районах Цхинвали проблемы с водопроводной водой, а с отоплением проблемы везде, описывают авторы статьи.

Российские власти несколько раз меняли порядок федерального финансирования Южной Осетии и схемы восстановительных работ. Сначала в этих схемах было много посредников, в том числе Минрегионразвития. Теперь все федеральные средства приходят из Минфина РФ на счет Минфина ЮО, минуя посреднические ведомства, и распределяются президентом и премьером республики. Но восстановительный процесс все равно провален, констатирует издание.


"Люди не просто недовольные, они обозленные, - рассказала журналу председатель местной неправительственной организации "Ассоциация социально-экономического и культурного развития" Дина Алборова. - Когда нас признала Россия, у людей появились ожидания, что теперь жизнь изменится, но и через пять лет эти ожидания не оправдались. Нельзя сказать, что совсем ничего не делается, но это не уровень для пятилетнего срока. Все это могло быть сделано в течение двух лет".

Алборова считает, что в Южной Осетии уже пора, по ее выражению, "ставить памятник без вести пропавшим российским миллионам". Она сетует, что ни одного виновного в провале восстановления до сих пор не наказали, хотя Генпрокуратура республики провела проверки и был отчет российской Счетной палаты. "Я думаю, мы имеем право знать имена тех людей, из-за которых находимся сегодня в таких условиях. И не просто знать их имена, а знать, что они несут заслуженное наказание", - заключила глава НПО.

В руководстве Южной Осетии общественное недовольство называют неблагодарностью: "Народ ничего не хочет видеть, хотя делается очень много". В качестве примеров приводят благоустройство Цхинвали, увеличение заработной платы бюджетникам - на 40% за год, работникам промышленных предприятий - на 48%, а также рост пенсий, которые уже приблизились к российским.

"Чиновники твердят людям о новой политической реальности, в которой они оказались, а люди хотят достойных пенсий, теплых квартир, хороших поликлиник и больниц. И в этом главная проблема сегодняшней Южной Осетии, - комментирует "Власть". - Люди устали от бытовых проблем, они хотят элементарного комфорта, и аргументы власти о том, что надо всем вместе строить государство и терпеть неудобства, уже плохо работают".

Из чиновников, курировавших финансовые потоки, лишь один попал под арест - и то, за другие хищения

В отдельном небольшом обзоре журнал перечисляет основных чиновников, которые после пятидневной войны отвечали за восстановление Южной Осетии, и дает понять, что почти все благополучно и успешно продолжили карьеру.

Первые неотложные меры после окончания боевых действий обеспечивал федеральный оперативный штаб во главе с тогдашним руководителем МЧС Сергем Шойгу. В мае 2012 года он, как известно, стал и.о. губернатора Московской области, а в ноябре возглавил российское министерство обороны.

От оперативного штаба весь контроль над восстановлением республики перешел к Минрегионразвития РФ, которое возглавлял Дмитрий Козак. Но уже в октябре 2008 года он был назначен вице-премьером и переключился на подготовку к Олимпиаде, а его преемником стал Виктор Басаргин. Тот возглавлял министерство вплоть до окончания работ в ЮО, а в 2012 году стал губернатором Пермского края.

Ход восстановительных работ курировала созданная Минрегионом межведомственная комиссия по оказанию содействия в вопросах восстановления и социально-экономического развития Южной Осетии. До начала 2011 года, когда было официально объявлено, что работа по восстановлению республики завершена, главами комиссии успели побывать трое чиновников. Один из них - замминистра регионального развития Роман Панов - впоследствии был арестован по обвинению в причастности к хищению 93 миллионов рублей, выделенных из бюджета на проведение саммита АТЭС во Владивостоке.

С югоосетинской стороны контроль осуществлял Госкомитет по реализации проектов восстановления республики. Возглавлявший его предприниматель Зураб Кабисов в мае 2012 года стал руководить местной Федерацией бокса. После ликвидации Госкомитета контроль над финансовыми потоками из России перешел к правительству во главе с Вадимом Боровцевым - земляком Романа Панова и гендиректором одной из челябинских строительных фирм. Несмотря на натянутые отношения с местными чиновниками и возбуждение уголовных дел в отношении нескольких членов команды премьера, он продержался на своем посту до апреля 2012 года. После отставки о его дальнейшей судьбе не сообщалось.

Медведев объяснил, почему "не казнил" Саакашвили Еще одну статью "Власть" посвятила судьбам "героев войны" - политических и военных руководителей тех дней, а также представителей среднего командного состава. Тогдашний президент и Верховный главнокомандующий России Дмитрий Медведев в преддверии годовщины начала войны подробно рассказал RT о событиях пятилетней давности, в том числе о роли США. Вот еще одна из цитат интервью: "Я никогда не давал как Верховный главнокомандующий установку зайти в Тбилиси, поменять там политический режим и казнить Саакашвили. Мы не воевали с Грузией. Нам нужно было обеспечить интересы Российской Федерации. Его личная судьба меня никогда не интересовала. Я всегда исходил из того, что эту судьбу определит народ Грузии. И, не могу не сказать об этом, на мой взгляд, он ее уже почти определил".

На вопрос журналистки, почему Михаила Саакашвили не привлекли к ответственности, в том числе международной, Медведев ответил: "Это связано с несовершенством международных институтов. И с избирательностью в применении соответствующих международных решений". И повторил: "Окончательный приговор поставит история, а политический приговор, как мне представляется, тем решениям, которые принимал Саакашвили, уже вынес народ Грузии. Потому что, несмотря на то, что произошло, его политическая сила потерпела крах".