"У российского бизнесмена больше шансов оказаться в системе исправительных колоний, когда-то называвшейся ГУЛАГом, чем у обычного взломщика", - пишет корреспондент The New York Times Эндрю Крамер. "Более 110 тысяч человек отбывают срок в тюрьмах за то, что в России называется "экономическими преступлениями", из примерно трех миллионов предпринимателей и представителей малого и среднего бизнеса", - сообщает издание.
Но, учитывая ослабление темпов роста российской экономики, президент Путин разработал план, чтобы изменить положение к лучшему: объявить амнистию для некоторых из находящихся в заключении бизнесменов, поясняет Крамер.
Пользующиеся дурной славой российские исправительные колонии сегодня кажутся такими же, как в 1960-е годы, когда Александр Солженицын написал "Архипелаг ГУЛАГ", пишет издание. Но сейчас, по крайней мере, один из десяти узников - "беловоротничковый" преступник.
Среди них оказался и Руслан Телков. Он "вложил практически все до единого рубля, чтобы открыть бизнес по оптовой продаже драпировочных материалов, который вряд ли бы потерпел неудачу в России: торговлю тканями с леопардовым принтом", говорится в статье.
Полиция нагрянула без предупреждения на его склады и вывезла все рулоны ткани, передав их его конкуренту. Потом Телков был арестован и провел год в следственном изоляторе, сообщает издание.
"А преступление? Полиция заявила, что его подозревают в нарушении авторских прав на леопардовый дизайн", - пишет Крамер. "Сначала это было смешно. Я спросил: "А кому принадлежит авторское право, леопарду?" - вспоминает Телков.
Последующее расследование бизнес-омбудсмена Бориса Титова подтвердило, что полиция вступила в сговор с его конкурентом, чтобы захватить товар и продать его, передает газета.
"Хотя его бизнес рухнул, Телкову, по его словам, удалось применить свои навыки для решения мелких проблем тюремной жизни. Он стал неформальным лидером в камере, которую он делил с киллером, боевиком и несколькими наркоманами", - рассказывает автор статьи.
"В типичные коррупционные схемы, которые применяются от Китая до Мексики, обычно бывают вовлечены полицейские, пожарные инспектора и представители других регулирующих государственных органов, вымогающие взятки за то, чтобы позволить бизнесу существовать дальше", - отмечает Эндрю Крамер.
Но в России полиция получает выгоду от арестов, поясняет издание. Сотрудники полиции наживаются, вымогая взятки у соперника за устранение конкурента, требуя деньги с семьи, чтобы его отпустили, или продавая захваченный товар.
"Закон об амнистии применим к 27 видам преступлений, в том числе к получению кредита обманным путем и мошенничеству в предпринимательской деятельности, а также к тем, кто был осужден только один раз или признал себя виновным, пока его дело ожидало решения, или согласился оплатить ущерб", - говорится в статье.
"Закон об амнистии, тем не менее, исключает освобождение Михаила Ходорковского, который был осужден дважды по политически окрашенным обвинениям", - утверждает Эндрю Крамер.
