Безопасность Персидского залива: США снова не поспевают за Россией

В Оманском заливе и северной части Индийского океана (Аравийское море) начались военно-морские маневры России, Ирана и Китая "Пояс морской безопасности". Они продлятся до понедельника. Цель — отработка мер по борьбе с терроризмом и морским пиратством, а также обеспечение региональной безопасности.
С учетом геополитических раскладов и недавних событий в этой части земного шара совместные учения трех стран вызывают жгучий интерес профессионального и экспертного сообщества.
Все дело в стратегическом значении для глобальной экономики (да и политики) Ормузского пролива, который соединяет Персидский и Оманский заливы и обеспечивает доставку трети добываемого на планете природного газа и четверти нефти на мировой рынок. Северное побережье узкого пролива принадлежит Тегерану, что в свете особенностей отношений США с Исламской Республикой Иран (ИРИ) время от времени ставит под угрозу бесперебойность транспортировки углеводородов с Ближнего Востока.
Весь уходящий год ситуация тут неуклонно накалялась. Произошла целая череда инцидентов в Оманском заливе и Ормузском проливе.
С одной стороны, по сообщениям СМИ, неизвестные напали на два нефтяных танкера — Front Altair и Kokuka Courageous. Ответственность Вашингтон и Лондон возложили на Тегеран, не подкрепив, впрочем, доказательствами свои обвинения. Стоит напомнить, что вину за сентябрьскую атаку беспилотников на саудовскую нефтяную инфраструктуру Запад также повесил на Иран.
С другой стороны, Соединенное Королевство (в лице его заморской территории Гибралтар) схлестнулось с ИРИ, задержав иранский танкер Grace 1 по подозрению в поставках нефти в Сирию в обход санкций ЕС. Правда, британцам пришлось пойти на попятную, поскольку исламская республика ответила симметрично, и проблема разрешилась взаимным освобождением судов.
Как бы то ни было, ситуация вокруг Персидского залива на самом деле держит в напряжении множество стран, чье благополучие зависит от стабильности нефтегазовых поставок оттуда.
Играя на данном обстоятельстве, США уже много месяцев активно продвигают идею военно-морской коалиции для защиты судоходства в регионе — правда, особыми успехами в ее реализации похвастать пока не могут. Причина проста: антииранская повестка американских устремлений слишком очевидна, а желающих поддержать ее все меньше.
В безопасном судоходстве в регионе кровно заинтересованы действительно все (ну — или почти все) стороны: и страны Ближнего Востока, и Европа, и Китай, и Россия, и сам Иран. Вот только очень мало кого устраивает американское намерение зажать в тиски Тегеран. Даже континентальная часть Европы, хотя и избегает прямой конфронтации с Вашингтоном, уклоняется от его предложений.
Зато впечатляюще быстро договорились между собой те, кого категорически не устраивает штатовский подход и кто не боится открыто заявить об этом. Россия еще в июле представила собственную концепцию коллективной безопасности в зоне Персидского залива, а осенью со своими идеями выступил Иран.
Ну а пока на международных саммитах продолжают обсуждать возможный формат будущего сотрудничества и американцы пытаются додавить союзников и партнеров до нужного им варианта, Москва, Пекин и Тегеран перешли к практической работе. Стартовавшие российско-ирано-китайские учения, собственно, и служат тому наглядным подтверждением. Причем все происходит в весьма специфической сфере, где частенько срабатывает принцип "кто первым встал, того и тапки".
Шансы Вашингтона все-таки убедить европейские столицы пойти на прямую военную конфронтацию с Тегераном (пусть и исключительно на море) в новых обстоятельствах стремительно падают. Даже гипотетическая перспектива быть вовлеченным в противостояние, помимо иранцев, еще со второй и третьей армиями мира отпугнет очень многих, тем более что Россия за последние годы продемонстрировала впечатляющие умения работать на ближневосточном театре военных — и, что не менее важно, политических — действий.
В результате прямо сейчас коалиция Россия — Китай — Иран начинает не на словах, а на деле задавать формат безопасности в важнейшей части Мирового океана. А США в своем стремлении удержать доминирование упускают инициативу в очередном очень значимом для себя вопросе и будут вынуждены следовать за навязываемой конкурентами повесткой.
Можно задаться вопросом, почему у Москвы, Пекина и Тегерана получилось договориться, а у американцев с европейцами — нет.
Думается, разгадку стоит искать в слове "договариваться".
Для России, КНР и ИРИ главная цель — действительно обеспечение стабильности и безопасности судоходства в районе Персидского залива. Ради этого три страны отложили в сторону все прочие детали (хотя за иранцами и китайцами вполне обоснованно закрепилась репутация крайне сложных переговорщиков) — и уже добились конкретного результата.
Для Штатов же основным является иное. Это даже не столько антииранская повестка, сколько подтверждение статуса безоговорочного лидера "свободного мира": все должно быть так, как они хотят, а партнеры и союзники обязаны брать под козырек и выполнять их распоряжения.
У Европы уже в достаточной степени укрепились собственные амбиции и интересы, ради продвижения которых ЕС готов тянуть одеяло на себя — чем и занимается. В результате вместо решения проблемы по существу который месяц идет перетягивание каната, борьба амбиций и честолюбий.
В общем, пока Россия, Китай и Иран начинают на практике воплощать рамки будущего режима безопасного судоходства для Персидского залива, Пентагон обещает следить за учениями — что логично, поскольку ничего иного ему просто не остается.
С учетом геополитических раскладов и недавних событий в этой части земного шара совместные учения трех стран вызывают жгучий интерес профессионального и экспертного сообщества.
Все дело в стратегическом значении для глобальной экономики (да и политики) Ормузского пролива, который соединяет Персидский и Оманский заливы и обеспечивает доставку трети добываемого на планете природного газа и четверти нефти на мировой рынок. Северное побережье узкого пролива принадлежит Тегерану, что в свете особенностей отношений США с Исламской Республикой Иран (ИРИ) время от времени ставит под угрозу бесперебойность транспортировки углеводородов с Ближнего Востока.
Весь уходящий год ситуация тут неуклонно накалялась. Произошла целая череда инцидентов в Оманском заливе и Ормузском проливе.
С одной стороны, по сообщениям СМИ, неизвестные напали на два нефтяных танкера — Front Altair и Kokuka Courageous. Ответственность Вашингтон и Лондон возложили на Тегеран, не подкрепив, впрочем, доказательствами свои обвинения. Стоит напомнить, что вину за сентябрьскую атаку беспилотников на саудовскую нефтяную инфраструктуру Запад также повесил на Иран.
С другой стороны, Соединенное Королевство (в лице его заморской территории Гибралтар) схлестнулось с ИРИ, задержав иранский танкер Grace 1 по подозрению в поставках нефти в Сирию в обход санкций ЕС. Правда, британцам пришлось пойти на попятную, поскольку исламская республика ответила симметрично, и проблема разрешилась взаимным освобождением судов.
Как бы то ни было, ситуация вокруг Персидского залива на самом деле держит в напряжении множество стран, чье благополучие зависит от стабильности нефтегазовых поставок оттуда.
Играя на данном обстоятельстве, США уже много месяцев активно продвигают идею военно-морской коалиции для защиты судоходства в регионе — правда, особыми успехами в ее реализации похвастать пока не могут. Причина проста: антииранская повестка американских устремлений слишком очевидна, а желающих поддержать ее все меньше.
В безопасном судоходстве в регионе кровно заинтересованы действительно все (ну — или почти все) стороны: и страны Ближнего Востока, и Европа, и Китай, и Россия, и сам Иран. Вот только очень мало кого устраивает американское намерение зажать в тиски Тегеран. Даже континентальная часть Европы, хотя и избегает прямой конфронтации с Вашингтоном, уклоняется от его предложений.
Зато впечатляюще быстро договорились между собой те, кого категорически не устраивает штатовский подход и кто не боится открыто заявить об этом. Россия еще в июле представила собственную концепцию коллективной безопасности в зоне Персидского залива, а осенью со своими идеями выступил Иран.
Ну а пока на международных саммитах продолжают обсуждать возможный формат будущего сотрудничества и американцы пытаются додавить союзников и партнеров до нужного им варианта, Москва, Пекин и Тегеран перешли к практической работе. Стартовавшие российско-ирано-китайские учения, собственно, и служат тому наглядным подтверждением. Причем все происходит в весьма специфической сфере, где частенько срабатывает принцип "кто первым встал, того и тапки".
Шансы Вашингтона все-таки убедить европейские столицы пойти на прямую военную конфронтацию с Тегераном (пусть и исключительно на море) в новых обстоятельствах стремительно падают. Даже гипотетическая перспектива быть вовлеченным в противостояние, помимо иранцев, еще со второй и третьей армиями мира отпугнет очень многих, тем более что Россия за последние годы продемонстрировала впечатляющие умения работать на ближневосточном театре военных — и, что не менее важно, политических — действий.
В результате прямо сейчас коалиция Россия — Китай — Иран начинает не на словах, а на деле задавать формат безопасности в важнейшей части Мирового океана. А США в своем стремлении удержать доминирование упускают инициативу в очередном очень значимом для себя вопросе и будут вынуждены следовать за навязываемой конкурентами повесткой.
Можно задаться вопросом, почему у Москвы, Пекина и Тегерана получилось договориться, а у американцев с европейцами — нет.
Думается, разгадку стоит искать в слове "договариваться".
Для России, КНР и ИРИ главная цель — действительно обеспечение стабильности и безопасности судоходства в районе Персидского залива. Ради этого три страны отложили в сторону все прочие детали (хотя за иранцами и китайцами вполне обоснованно закрепилась репутация крайне сложных переговорщиков) — и уже добились конкретного результата.
Для Штатов же основным является иное. Это даже не столько антииранская повестка, сколько подтверждение статуса безоговорочного лидера "свободного мира": все должно быть так, как они хотят, а партнеры и союзники обязаны брать под козырек и выполнять их распоряжения.
У Европы уже в достаточной степени укрепились собственные амбиции и интересы, ради продвижения которых ЕС готов тянуть одеяло на себя — чем и занимается. В результате вместо решения проблемы по существу который месяц идет перетягивание каната, борьба амбиций и честолюбий.
В общем, пока Россия, Китай и Иран начинают на практике воплощать рамки будущего режима безопасного судоходства для Персидского залива, Пентагон обещает следить за учениями — что логично, поскольку ничего иного ему просто не остается.
Читайте также:
Су-57Д и рой дронов: украинская ПВО и РЭБ больше не закрывают тылы
Ночью 24 августа удары по одесским портам и подстанции «Аджалик» совпали с тревожными оценками украинских экспертов. Двухместный Су-57, управляющий «Орионами» и «Охотниками», выводит российские атаки за пределы наземной РЭБ. Почему подземные цеха и натовская техника уже не спасают логистику ВСУ.
Срочный выход в эфир: Путин пригрозил НАТО
24.08.2026 22:49
Президент России оперативно вышел в эфир обозревателя ВГТРК Павла Зарубина и сделал заявление, от которого у Запада задрожали колени.
«Мы сами провоцируем удары возмездия!» – разжигатели Майдана заскулили о мире
В соцсетях появились ролики украинских политиков – разжигателей Майдана 2014 года, где выступающие призывают начать переговоры с Москвой на фоне ужесточения ударов ВС РФ по Киеву. Комментаторы гадают о причинах кульбита бандеровцев
Немецкий генерал: Путин готовит удар, который сделает зиму для Украины хуже прошлой
Отставной генерал Роланд Катер прямо заявил: у Путина остаются силы для нового мощного удара. Рост производства баллистических ракет и почти уничтоженная энергетика могут сделать предстоящую зиму для Украины настоящей катастрофой. Что именно угрожает Киеву и почему без «Пэтриотов» ситуация станет критической.
Киев выставил дроны вместо танков. Почему вся бронетехника мира теперь горит от одного удара
Киев на параде выставил дроны и роботов вместо танков. Эксперт прямо сказал: вся бронетехника мира теперь одноразовая. Плюс дыра в бюджете ВСУ на 27 миллиардов. Разбираем, почему тяжёлая техника сгорает и как это меняет войну.