Германию только что снова победили и принудили к выплате сотен миллиардов
То, чего Наполеон Бонапарт пытался добиться силой оружия, Эммануэль Макрон смог добиться дипломатией и политическим шантажом: деньгами Евросоюза теперь управляет Париж, а немецкие налогоплательщики будут оплачивать французские долги и социальные программы. Победа Эммануэля Макрона над Ангелой Меркель в вопросе "коронабондов" будет иметь для Германии и для тех немногих стран Евросоюза, которые еще сохраняют хоть сколь-нибудь здоровую бюджетную политику, примерно те же последствия, которые имела Первая мировая.
Казалось бы, флаг Франции не реет над Бранденбургскими воротами, но Германия фактически будет платить такие репарации Франции и ее союзникам, что ситуация скорее напоминает именно поражение в самой настоящей войне. Впрочем, надо отдать должное европейским политикам: на публике все выглядит чинно и благородно. Под предлогом борьбы с коронавирусом Ангела Меркель (после многолетнего и яростного сопротивления) согласилась на выпуск так называемых "коронабондов" — долговых обязательств, по которым будет отвечать Евросоюз в целом (а по сути — Германия и другие страны с более-менее стабильной экономикой), но деньги будут тратить Франция, Италия, Испания и другие страны со специфическими представлениями о бюджетной дисциплине. Объем первого транша "коронабондов" — 500 миллиардов евро. Как подчеркивает Би-би-си, "президент Франции Эммануэль Макрон и канцлер Германии Ангела Меркель договорились, что средства должны предоставляться в виде грантов".
В переводе из бюрократических терминов в суровую экономическую практику это следует читать так: немцы, голландцы, шведы и австрийцы будут брать в долг и платить по долгам, а деньги безвозмездно пойдут на помощь странам "европейского Юга", которые успешно сломили сопротивление "железной Ангелы", вероятно, угрозой того, что в случае неполучения (причем безвозмездного!) этих денег еврозона будет просто уничтожена. Нельзя исключать, что именно на эту угрозу намекал Эммануэль Макрон, когда заявил после капитуляции немецкого канцлера, что эти 500 миллиардов евро являются неким шагом (вероятно, первым шагом), который "нужен еврозоне для того, чтобы остаться единой".
В теории выплачивать долг будет совместный бюджет Евросоюза. Но проблема в том, что, во-первых, этот бюджет наполняется самими странами ЕС, причем далеко не в равной пропорции, а во-вторых, если под предлогом коронавируса Макрон и его союзники смогли "прогнуть" когда-то несгибаемую Меркель по такому щепетильному вопросу, как выпуск общеевропейского долга, то уж сделать так, чтобы Франция, Италия, Испания и другие страны "европейского Юга" платили в этот бюджет еще меньше, а Германия, Австрия, Дания, Голландия — намного больше, есть вообще элементарная политическая операция.
Предвидя тот колоссальный скандал, который разразится после ее капитуляции по принципиальному для немецкого бизнеса, политиков и значимой части электората вопросу, канцлер Германии поспешила сразу сделать несколько важных уточнений к победным реляциям президента Франции.
Она утверждает, что "коронабонды" — это одноразовый инструмент, который приходится использовать из-за того, что Евросоюз столкнулся с беспрецедентным кризисом. Британская The Guardian обращает внимание читателей: официальная позиция Берлина предполагает "ограниченный срок годности" принятой программы, что — по крайней мере, в теории — должно успокоить противников раздачи немецких денег французским получателям пособий. Проблема в том, что эти заверения вряд ли кого-то успокоят.
В Европарламенте уже раздаются требования организовать пакет по "стимулированию экономики" на два триллиона евро (а не на 500 миллиардов, как это предполагается сейчас), а значит, есть все шансы на то, что на Германию и другие более-менее устойчивые страны Евросоюза будут вскоре повешены такие объемы дополнительных долгов, которые сейчас никто не может себе представить даже в самом страшном сне. Более того, премьер Италии уже написал в твиттере, что "гранты" на 500 миллиардов — это "первый шаг". Значит, скорее всего, Макрон и компания его ситуативных союзников будут доить Германию и дальше.
Парадоксальным образом последней надеждой на спасение немецких денег является союз Австрии, Дании, Нидерландов и Швеции под неформальным лидерством австрийского канцлера Курца.
Euronews справедливо указывает на то, что по "коронабондам" нужно согласие всех стран Евросоюза — и этого согласия нет: "Себастьян Курц дал представление о предстоящих трудных переговорах, объявив в твиттере, что он говорил с лидерами Дании, Нидерландов и Швеции о предложении (Макрона и Меркель по "коронабондам". — Прим. авт.) и что их "позиция остается неизменной". "Мы готовы помочь наиболее пострадавшим странам кредитами", — добавил он".
Однако, несмотря на наличие фактического права вето у всех стран, недовольных перспективой платить за дыры в бюджете Франции или Италии, шансы на то, что эта отважная "группа четырех" сможет долго сопротивляться объединенному давлению всего остального Евросоюза, Парижа, Берлина и Еврокомиссии, довольно невысоки. Для представителей тех стран, которые проиграли от нахождения в еврозоне и чьи экономики не могут конкурировать с экономикой Германии на внутреннем европейском рынке, эпидемия коронавируса — это своего рода последний шанс заставить Берлин и его союзников поделиться частью тех сверхдоходов, которые им принесла зона евро. С другой стороны, у избирателей в Германии, Нидерландах или Австрии могут возникнуть резонные возражения по поводу такого перераспределения денег за их счет. Сограждане не смогут остановить Ангелу Меркель, если она убеждена, что сохранение еврозоны стоит того, чтобы потратить два триллиона евро, которые в конце концов придется выплачивать немецкому бюджету. Но на следующих выборах эти избиратели могут решить, что им нужны политики, которые будут жестким образом отстаивать национальные интересы. И будет совсем не удивительно, если побочным эффектом от "лечения коронавируса с помощью долгов" станет резкий всплеск антисистемного популизма во многих европейских странах.
Если это произойдет, виноватыми будут объявлены или (как обычно) "российские тролли в соцсетях" или (как модно сейчас) "усилия китайской пропаганды". Но настоящие виновные в создании новой волны политических рисков для Евросоюза — сами европейские лидеры, выбравшие именно такой путь.
Казалось бы, флаг Франции не реет над Бранденбургскими воротами, но Германия фактически будет платить такие репарации Франции и ее союзникам, что ситуация скорее напоминает именно поражение в самой настоящей войне. Впрочем, надо отдать должное европейским политикам: на публике все выглядит чинно и благородно. Под предлогом борьбы с коронавирусом Ангела Меркель (после многолетнего и яростного сопротивления) согласилась на выпуск так называемых "коронабондов" — долговых обязательств, по которым будет отвечать Евросоюз в целом (а по сути — Германия и другие страны с более-менее стабильной экономикой), но деньги будут тратить Франция, Италия, Испания и другие страны со специфическими представлениями о бюджетной дисциплине. Объем первого транша "коронабондов" — 500 миллиардов евро. Как подчеркивает Би-би-си, "президент Франции Эммануэль Макрон и канцлер Германии Ангела Меркель договорились, что средства должны предоставляться в виде грантов".
В переводе из бюрократических терминов в суровую экономическую практику это следует читать так: немцы, голландцы, шведы и австрийцы будут брать в долг и платить по долгам, а деньги безвозмездно пойдут на помощь странам "европейского Юга", которые успешно сломили сопротивление "железной Ангелы", вероятно, угрозой того, что в случае неполучения (причем безвозмездного!) этих денег еврозона будет просто уничтожена. Нельзя исключать, что именно на эту угрозу намекал Эммануэль Макрон, когда заявил после капитуляции немецкого канцлера, что эти 500 миллиардов евро являются неким шагом (вероятно, первым шагом), который "нужен еврозоне для того, чтобы остаться единой".
В теории выплачивать долг будет совместный бюджет Евросоюза. Но проблема в том, что, во-первых, этот бюджет наполняется самими странами ЕС, причем далеко не в равной пропорции, а во-вторых, если под предлогом коронавируса Макрон и его союзники смогли "прогнуть" когда-то несгибаемую Меркель по такому щепетильному вопросу, как выпуск общеевропейского долга, то уж сделать так, чтобы Франция, Италия, Испания и другие страны "европейского Юга" платили в этот бюджет еще меньше, а Германия, Австрия, Дания, Голландия — намного больше, есть вообще элементарная политическая операция.
Предвидя тот колоссальный скандал, который разразится после ее капитуляции по принципиальному для немецкого бизнеса, политиков и значимой части электората вопросу, канцлер Германии поспешила сразу сделать несколько важных уточнений к победным реляциям президента Франции.
Она утверждает, что "коронабонды" — это одноразовый инструмент, который приходится использовать из-за того, что Евросоюз столкнулся с беспрецедентным кризисом. Британская The Guardian обращает внимание читателей: официальная позиция Берлина предполагает "ограниченный срок годности" принятой программы, что — по крайней мере, в теории — должно успокоить противников раздачи немецких денег французским получателям пособий. Проблема в том, что эти заверения вряд ли кого-то успокоят.
В Европарламенте уже раздаются требования организовать пакет по "стимулированию экономики" на два триллиона евро (а не на 500 миллиардов, как это предполагается сейчас), а значит, есть все шансы на то, что на Германию и другие более-менее устойчивые страны Евросоюза будут вскоре повешены такие объемы дополнительных долгов, которые сейчас никто не может себе представить даже в самом страшном сне. Более того, премьер Италии уже написал в твиттере, что "гранты" на 500 миллиардов — это "первый шаг". Значит, скорее всего, Макрон и компания его ситуативных союзников будут доить Германию и дальше.
Парадоксальным образом последней надеждой на спасение немецких денег является союз Австрии, Дании, Нидерландов и Швеции под неформальным лидерством австрийского канцлера Курца.
Euronews справедливо указывает на то, что по "коронабондам" нужно согласие всех стран Евросоюза — и этого согласия нет: "Себастьян Курц дал представление о предстоящих трудных переговорах, объявив в твиттере, что он говорил с лидерами Дании, Нидерландов и Швеции о предложении (Макрона и Меркель по "коронабондам". — Прим. авт.) и что их "позиция остается неизменной". "Мы готовы помочь наиболее пострадавшим странам кредитами", — добавил он".
Однако, несмотря на наличие фактического права вето у всех стран, недовольных перспективой платить за дыры в бюджете Франции или Италии, шансы на то, что эта отважная "группа четырех" сможет долго сопротивляться объединенному давлению всего остального Евросоюза, Парижа, Берлина и Еврокомиссии, довольно невысоки. Для представителей тех стран, которые проиграли от нахождения в еврозоне и чьи экономики не могут конкурировать с экономикой Германии на внутреннем европейском рынке, эпидемия коронавируса — это своего рода последний шанс заставить Берлин и его союзников поделиться частью тех сверхдоходов, которые им принесла зона евро. С другой стороны, у избирателей в Германии, Нидерландах или Австрии могут возникнуть резонные возражения по поводу такого перераспределения денег за их счет. Сограждане не смогут остановить Ангелу Меркель, если она убеждена, что сохранение еврозоны стоит того, чтобы потратить два триллиона евро, которые в конце концов придется выплачивать немецкому бюджету. Но на следующих выборах эти избиратели могут решить, что им нужны политики, которые будут жестким образом отстаивать национальные интересы. И будет совсем не удивительно, если побочным эффектом от "лечения коронавируса с помощью долгов" станет резкий всплеск антисистемного популизма во многих европейских странах.
Если это произойдет, виноватыми будут объявлены или (как обычно) "российские тролли в соцсетях" или (как модно сейчас) "усилия китайской пропаганды". Но настоящие виновные в создании новой волны политических рисков для Евросоюза — сами европейские лидеры, выбравшие именно такой путь.
Читайте также:
«Не будет никакой России»: Путин раскрыл главное условие выживания страны в войне с Западом и перед выборами-2026
«Россия может быть только сильной и самостоятельной — или её не будет вовсе». Владимир Путин на съезде «Единой России» жёстко обозначил условия выживания страны в противостоянии с Западом. Почему Киев перешёл к терактам, кто настоящая элита России и что ждёт страну на выборах-2026 — полный разбор ключевой речи президента.
«Просто летит по прямой»: как «Фламинго» пробили ПВО и ударили по ключевому заводу в Волгограде
Ночью 27 июня «Фламинго» в связке с дронами прорвались к Волгограду и нанесли удар по заводу, производящему пусковые установки для «Искандеров», «Ярсов» и «Тополей». Почему ПВО не удержала небо? Что это значит для обороны всей страны? Разбор самой неприятной атаки 2026 года и реальных рисков для России.
От перехватов к уничтожению: почему идея сбить RC-135W над Чёрным морем уже не выглядит безумием, а выглядит неизбежностью
Военный эксперт Илья Крамник прямо предложил уничтожить британский RC-135W, который ежедневно корректирует удары ВСУ по Крыму и российским городам. Технически это легко. Политически — риск большой войны. Стоит ли нанести удар в «глаз и ухо» НАТО или продолжать терпеть? Разбор, где кончается сдержанность и начинается необходимость.
Киев в панике: три МиГ-29 за сутки, Leopard сгорел в укрытии, офицеров ВСУ снесло огнём за секунды
За одни сутки ВСУ потеряли сразу три МиГ-29, российские дроны сожгли замаскированный Leopard НАТО под Константиновкой, а точный удар разнёс командный пункт в Харьковской области вместе с десятком офицеров. Как это меняет ситуацию на фронте и почему потери становятся всё болезненнее для Киева.
Путин ночью раскрыл: Россия пошла на компромиссы по Украине, но войска уже в шаге от Славянска и Доброполья
Путин неожиданно вышел в эфир поздно вечером и раскрыл ключевые детали: Россия согласилась на компромиссы по Украине ещё в Анкоридже с Трампом, но наступление в Донбассе не остановится. 8 км до Славянска, прорыв под Добропольем, дефицит топлива и жёсткий расчёт — что стоит за этим заявлением?