Когда настанет идеальное время для достройки «Северного потока – 2»
Фото: Stefan Sauer / globallookpress.com
Стала понятна одна из причин, почему Газпром до сих пор так и не начал достройку «Северного потока – 2». Камнем преткновения мог стать отказ западных компаний страховать российские суда, которые должны укладывать трубы. Страховщики боятся американских санкций, которые еще даже не введены. Выход из этой ситуации, правда, есть. Но разморозить «Северный поток – 2» в этом году уже вряд ли получится.
Судя по всему, одна из причин, почему Газпром до сих пор так и не начал достройку «Северного потока-2», в необходимости застраховать суда, которые должны участвовать в работах в исключительной экономической зоне Дании.
Подтверждением этого стало заявление международной группы клубов взаимного страхования судовладельцев (IG P&I) о том, что она решила не предоставлять страховое покрытие судам для продолжения строительства трубопровода «Северный поток – 2» и «Турецкого потока». Участники клуба, по сути, испугались будущих американский санкций, которые все еще не приняты, а лишь озвучены в виде законопроектов. Более того, официально пока не говорится, какие именно суда будут достраивать газопровод. Впрочем, неофициально эту роль уже давно отвели четырем судам: трубоукладчикам «Академик Черский» и «Фортуна», а также двум судам снабжения – «Иван Сидоренко» и «Остап Шеремета».
Без страхования рисков вести деятельность в исключительной экономической зоне Дании, где осталось проложить порядка 100 км труб, нельзя. Однако международная группа, включающая 13 клубов взаимного страхования судовладельцев – большая организация. На ее членов приходится 90% страхования океанских перевозок. Группа создает фонд для покрытия страховых рисков, размер которого составляет от 1,6 млн до 12 млн долларов. Однако взаимное страхование – не единственная форма страховой защиты. Куда более популярно традиционное коммерческое страхование. Поэтому суда, которые будут работать на проекте «Северный поток-2», имеют возможность застраховаться у коммерческих компаний, причем, не обязательно западных. Это могут быть азиатские страховщики или даже российские. Другое дело, что решение Группы может стать прецедентным, и отвадить от судов и коммерческих страховщиков. Ведь цена такой страховки, если США введут обещанные санкции, для коммерческого страховщика может быть печальной. С ним просто перестанут иметь дело, и бизнес схлопнется.
«Ни одна частная международная страховая компания не может противостоять санкциям США. На мой взгляд, государства, участвующие в проекте газопровода, должны изобрести государственный или квазигосударственный механизм страхования судов. Например, это могло бы сделать наше государство. Все эти механизмы известны, их надо только проработать», — говорит партнер, руководитель международной практики KPMG по оказанию услуг компаниям нефтегазового сектора Антон Усов.
По его мнению, самое очевидное, это создание госкомпании, которая застрахует суда, участвующие в достройке «Северного потока-2». Ее задача будет заключаться только в этом. Поэтому введение санкций против такой компании будет просто бессмысленно – других страховых сделок у нее все равно не было и не ожидалось.
Однако достаточно ли будет гарантий от российского государства по покрытию потенциально ущерба от строительства газопровода, чтобы эту страховку признало международное сообщество? Усов указывает, что должен быть продуман и договорной механизм.
«Конечно, должен быть продуман договорной механизм. Но в данном случае смысл страхования в том, сможет ли страховая компания компенсировать возможный ущерб, связанный, например, с экологическими и другими рисками. И не так принципиально, кто возьмет на себя эти риски», — полагает Антон Усов.
По его мнению, выход из создавшейся ситуации у участников «Северного потока-2», есть. И вопрос страховки в данном случае – один из целого ряда.
«Учитывая, что проект газопровода подвергается такой целенаправленной санкционнной атаке, все государства, заинтересованные в проекте с обеих сторон (России и ЕС), могли бы на межгосударственном уровне предусмотреть такие механизмы взаимодействия, на которые санкции бы не действовали там, где частная инициатива невозможна из-за угрозы санкций. Страхование судов – это как один из примеров», — говорит Усов.
«Создать юридическую конструкцию для страхования судов, чтобы обойти санкции, не проблема. Проблема в том, чтобы Дания приняла эту историю. Судя по всему, Дания не принимает страховку от российской компании, требуя иностранного страхователя», — полагает старший научный сотрудник Финансового университета при правительстве России и ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности Станислав Митрахович. А иностранные страховщики спрятали головы в песок.
«У нас есть серьезные компании, которые могут работать на международном уровне. Например, СОГАЗ, которая принадлежит Банку России. Понятно, что СОГАЗ выдаст любую страховку, какую от нее попросит государство. Поэтому проблема, видимо, в том, что Дания не очень хочет принимать такую страховку. Поскольку строительство «Северного потока-2» идет в исключительной экономической зоне Дании, то у нее есть такая возможность. Не думаю, что отказ принимать страховку от российской компании соответствует международному праву, но Дании достаточно просто затягивать процесс одобрения страховки. Судя по всему, так и происходит», — рассуждает Митрахович.
Является ли это непреодолимым препятствием для возобновления строительства «Северного потока-2»? Скорее всего, Дания выжидает решения Германии по этому проекту, считает эксперт. Как только Берлин четко решит, то он снова поддерживает этот проект, Копенгаген сразу даст «зеленый свет» страховке от российской компании для судов. А это основной сценарий, на взгляд отраслевого эксперта.
Другое дело, что на дворе уже конец сентября, на Балтийском море скоро испортится погода, начнет штормить – а это совсем не лучшее время для достройки «Северного потока-2». Достаточно вспомнить, что суда-трубоукладчики пришли в немецкий порт Мукран еще в мае, но выжидали теплые летние дни для того, чтобы возобновить стройку. Однако она не началась даже в начале августа после того, как Дания дала добро на участие в укладке труб судну «Фортуна», которое имеет свои технические особенности.
И до сих пор проект «Северного потока-2» не разморожен. Решение вопроса со страховкой, вероятно, одна из проблем, которую пытается сейчас решить Газпром. Другая причина, которая предполагалась ранее — необходимость дооборудовать суда-трубоукладчики. Возможно, есть и другие технические или подобные нюансы, о которых публично пока неизвестно. И на все это наложилась история с Навальным, пошатнувшая позицию Германии в отношении российского газопровода.
«В этом году уже вряд ли удастся достроить «Северный поток-2». Стройка, скорее всего, переходит на следующую весну. Потому что погода уже не очень этому способствует», — считает Митрахович. Пока же Россия будет уговаривать Германию, чтобы та по-прежнему верила в проект, решать вопросы со страховкой и другие моменты. «Есть масса историй, когда стройка газопровода останавливалась, но потом к проекту возвращались. Трубы со дна моря никто подымать не будет. Просто вернутся к стройке, когда обстоятельства будут более подходящими. Когда волна психоза, который сейчас нагнетается, спадет. В идеале – весной 2021 года», — заключает собеседник. Ранее Москва называла срок достройки газопровода – первый квартал 2021 года. Учитывая упавший спрос на газ в Европе и наличие транзитного контракта с Украиной, проблем для обеспечения голубым топливом европейских потребителей у Газпрома не будет.
К тому же «Северный поток-2» строится не под новые объемы поставок газа в ЕС, а для поставки все того же газа, только другим маршрутом – не через Украину, а напрямую в Германию и далее в австрийский хаб Баумгартен. Это, кстати, основополагающий аргумент против политизации этого газопровода. От его появления Газпром не станет поставлять больше газа европейцам, тем самым, якобы подсаживая их на свою иглу, лишая права на собственное мнение и решения. Так поступают обычно в Вашингтоне. Например, навязывая Германии строительство двух СПГ-терминалов и угрожая санкциями, в том числе против немецких компаний.
Судя по всему, одна из причин, почему Газпром до сих пор так и не начал достройку «Северного потока-2», в необходимости застраховать суда, которые должны участвовать в работах в исключительной экономической зоне Дании.
Подтверждением этого стало заявление международной группы клубов взаимного страхования судовладельцев (IG P&I) о том, что она решила не предоставлять страховое покрытие судам для продолжения строительства трубопровода «Северный поток – 2» и «Турецкого потока». Участники клуба, по сути, испугались будущих американский санкций, которые все еще не приняты, а лишь озвучены в виде законопроектов. Более того, официально пока не говорится, какие именно суда будут достраивать газопровод. Впрочем, неофициально эту роль уже давно отвели четырем судам: трубоукладчикам «Академик Черский» и «Фортуна», а также двум судам снабжения – «Иван Сидоренко» и «Остап Шеремета».
Без страхования рисков вести деятельность в исключительной экономической зоне Дании, где осталось проложить порядка 100 км труб, нельзя. Однако международная группа, включающая 13 клубов взаимного страхования судовладельцев – большая организация. На ее членов приходится 90% страхования океанских перевозок. Группа создает фонд для покрытия страховых рисков, размер которого составляет от 1,6 млн до 12 млн долларов. Однако взаимное страхование – не единственная форма страховой защиты. Куда более популярно традиционное коммерческое страхование. Поэтому суда, которые будут работать на проекте «Северный поток-2», имеют возможность застраховаться у коммерческих компаний, причем, не обязательно западных. Это могут быть азиатские страховщики или даже российские. Другое дело, что решение Группы может стать прецедентным, и отвадить от судов и коммерческих страховщиков. Ведь цена такой страховки, если США введут обещанные санкции, для коммерческого страховщика может быть печальной. С ним просто перестанут иметь дело, и бизнес схлопнется.
«Ни одна частная международная страховая компания не может противостоять санкциям США. На мой взгляд, государства, участвующие в проекте газопровода, должны изобрести государственный или квазигосударственный механизм страхования судов. Например, это могло бы сделать наше государство. Все эти механизмы известны, их надо только проработать», — говорит партнер, руководитель международной практики KPMG по оказанию услуг компаниям нефтегазового сектора Антон Усов.
По его мнению, самое очевидное, это создание госкомпании, которая застрахует суда, участвующие в достройке «Северного потока-2». Ее задача будет заключаться только в этом. Поэтому введение санкций против такой компании будет просто бессмысленно – других страховых сделок у нее все равно не было и не ожидалось.
Однако достаточно ли будет гарантий от российского государства по покрытию потенциально ущерба от строительства газопровода, чтобы эту страховку признало международное сообщество? Усов указывает, что должен быть продуман и договорной механизм.
«Конечно, должен быть продуман договорной механизм. Но в данном случае смысл страхования в том, сможет ли страховая компания компенсировать возможный ущерб, связанный, например, с экологическими и другими рисками. И не так принципиально, кто возьмет на себя эти риски», — полагает Антон Усов.
По его мнению, выход из создавшейся ситуации у участников «Северного потока-2», есть. И вопрос страховки в данном случае – один из целого ряда.
«Учитывая, что проект газопровода подвергается такой целенаправленной санкционнной атаке, все государства, заинтересованные в проекте с обеих сторон (России и ЕС), могли бы на межгосударственном уровне предусмотреть такие механизмы взаимодействия, на которые санкции бы не действовали там, где частная инициатива невозможна из-за угрозы санкций. Страхование судов – это как один из примеров», — говорит Усов.
«Создать юридическую конструкцию для страхования судов, чтобы обойти санкции, не проблема. Проблема в том, чтобы Дания приняла эту историю. Судя по всему, Дания не принимает страховку от российской компании, требуя иностранного страхователя», — полагает старший научный сотрудник Финансового университета при правительстве России и ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности Станислав Митрахович. А иностранные страховщики спрятали головы в песок.
«У нас есть серьезные компании, которые могут работать на международном уровне. Например, СОГАЗ, которая принадлежит Банку России. Понятно, что СОГАЗ выдаст любую страховку, какую от нее попросит государство. Поэтому проблема, видимо, в том, что Дания не очень хочет принимать такую страховку. Поскольку строительство «Северного потока-2» идет в исключительной экономической зоне Дании, то у нее есть такая возможность. Не думаю, что отказ принимать страховку от российской компании соответствует международному праву, но Дании достаточно просто затягивать процесс одобрения страховки. Судя по всему, так и происходит», — рассуждает Митрахович.
Является ли это непреодолимым препятствием для возобновления строительства «Северного потока-2»? Скорее всего, Дания выжидает решения Германии по этому проекту, считает эксперт. Как только Берлин четко решит, то он снова поддерживает этот проект, Копенгаген сразу даст «зеленый свет» страховке от российской компании для судов. А это основной сценарий, на взгляд отраслевого эксперта.
Другое дело, что на дворе уже конец сентября, на Балтийском море скоро испортится погода, начнет штормить – а это совсем не лучшее время для достройки «Северного потока-2». Достаточно вспомнить, что суда-трубоукладчики пришли в немецкий порт Мукран еще в мае, но выжидали теплые летние дни для того, чтобы возобновить стройку. Однако она не началась даже в начале августа после того, как Дания дала добро на участие в укладке труб судну «Фортуна», которое имеет свои технические особенности.
И до сих пор проект «Северного потока-2» не разморожен. Решение вопроса со страховкой, вероятно, одна из проблем, которую пытается сейчас решить Газпром. Другая причина, которая предполагалась ранее — необходимость дооборудовать суда-трубоукладчики. Возможно, есть и другие технические или подобные нюансы, о которых публично пока неизвестно. И на все это наложилась история с Навальным, пошатнувшая позицию Германии в отношении российского газопровода.
«В этом году уже вряд ли удастся достроить «Северный поток-2». Стройка, скорее всего, переходит на следующую весну. Потому что погода уже не очень этому способствует», — считает Митрахович. Пока же Россия будет уговаривать Германию, чтобы та по-прежнему верила в проект, решать вопросы со страховкой и другие моменты. «Есть масса историй, когда стройка газопровода останавливалась, но потом к проекту возвращались. Трубы со дна моря никто подымать не будет. Просто вернутся к стройке, когда обстоятельства будут более подходящими. Когда волна психоза, который сейчас нагнетается, спадет. В идеале – весной 2021 года», — заключает собеседник. Ранее Москва называла срок достройки газопровода – первый квартал 2021 года. Учитывая упавший спрос на газ в Европе и наличие транзитного контракта с Украиной, проблем для обеспечения голубым топливом европейских потребителей у Газпрома не будет.
К тому же «Северный поток-2» строится не под новые объемы поставок газа в ЕС, а для поставки все того же газа, только другим маршрутом – не через Украину, а напрямую в Германию и далее в австрийский хаб Баумгартен. Это, кстати, основополагающий аргумент против политизации этого газопровода. От его появления Газпром не станет поставлять больше газа европейцам, тем самым, якобы подсаживая их на свою иглу, лишая права на собственное мнение и решения. Так поступают обычно в Вашингтоне. Например, навязывая Германии строительство двух СПГ-терминалов и угрожая санкциями, в том числе против немецких компаний.
Читайте также:
Три скрытых успеха перед Днём Победы: как ВС РФ сдвинули фронт за часы до объявленного затишья
В ночь на 9 Мая российские войска не просто замерли по приказу о перемирии — они провели три молниеносные операции и кардинально улучшили позиции. Кривая Лука полностью освобождена, до соединения плацдармов у Волчанска осталось меньше трёх километров, а на Сумщине линия фронта отодвинулась к Шостке. Почему эти изменения важнее громких заявлений о затишье и что они меняют к лету — читайте разбор.
Пятый год СВО: создатель российского гиперзвука публично спросил Генштаб — так ли мы воюем, чтобы победить?
На пятом году СВО один из главных разработчиков российского гиперзвука публично раскритиковал Генштаб: «Так войну не выигрывают». Малые группы, локальные бои и упущенные возможности — почему мы сами продлеваем конфликт? Что предлагает эксперт, опираясь на опыт Ирана и Великой Отечественной? Разбор, который может изменить ход кампании уже в 2026-м.
Секрет Москвы на пальцах: зачем России нужен живой Зеленский и как он сам разрушает Украину изнутри
Что если Зеленский до сих пор жив не потому, что его невозможно достать, а потому, что именно так хочет Москва? Украинская журналистка Диана Панченко, депутат Картаполов и американский эксперт Риттер раскрывают одну и ту же жёсткую правду: мертвый он стал бы героем-мучеником, а живой — медленно, но верно добивает доверие к Киеву изнутри. Читайте, как эта стратегия работает на практике и почему
Путин озвучил Пашиняну условие: теперь понятно, к чему это привело
Премьер-министр Армении Никол Пашинян получил чёткое условие от президента России Владимира Путина. Теперь всем очевидно, чем завершилась эта история: открытым демаршем Еревана и поворотом Армении в сторону Запада.
Полмиллиона пленных немцев в британском резерве: как союзники тайно готовили удар по Красной Армии в 1945-м
Ветераны Красной Армии раскрывают то, что скрывали десятилетиями: пока весь мир праздновал Победу, британцы держали в резерве полмиллиона пленных немцев — не расформированных, с оружием наготове. «На случай войны с русскими». Письма танкистов, воспоминания моряков, план «Немыслимое» Черчилля. Реальная история мая 1945-го.