Украинская военная промышленность переходит к ускоренному развитию
Фото: U.S. Army / Sgt. Kyle Larsen
На уходящей неделе украинское правительство утвердило Стратегию развития оборонно-промышленного комплекса (ОПК).
Вообще-то украинская власть со скоростью взбесившегося принтера принимает различные стратегии и программы — крайне далекие от нынешней реальности и не претендующие на достижение указанных в них целей. В основном они утверждаются ради самого факта их утверждения.
На днях, например, Владимир Зеленский подписал указ об утверждении образцовой в этом смысле "Стратегии деятельности представительства президента Украины в Автономной Республике Крым". Понятно, что в Крыму никакого представительства президента Украины нет. Уже исходя из этого подписанный Зеленским документ напоминает трактат о безусловном преимуществе сферического коня в вакууме в лошадиных бегах: с его преимуществом не поспоришь, только вот лошадиные бега в вакууме вряд ли возможны.
Обо всех подобных документах рассказать не представляется возможным, да и не имеет смысла. Но Стратегия развития ОПК с учетом чувствительности затрагиваемой темы, особенно в условиях очередной напряженности на востоке Украины, того явно заслуживает.
Стратегия определяет цели и основные направления военно-промышленной политики, приоритеты развития ОПК, направления и задачи реформирования и развития ОПК и, что редкость для большинства подобных документов, финансовое обеспечение.
Однако принимаемые нынешним государством Украина документы просто не могут не содержать элементов карго-культа: раздел стратегии, посвященный оценке ожидаемых результатов и эффективности ее реализации, не содержит числовых, количественных или иных параметров, позволяющих эту самую оценку дать. То есть и стратегия принята не ради достижения результатов. Правда, в данном случае, похоже, и не ради самого факта принятия, а скорее ради стабильного выделения — и освоения — бюджетов.
Большая часть документа посвящена многочисленным благим пожеланиям на местный манер.
Например, целями государственной военно-промышленной политики определены:
— создание высокотехнологичного, функционально сбалансированного ОПК, способного обеспечить потребности Вооруженных сил;
— обеспечение конкурентоспособности ОПК на внутреннем и международных рынках, участие в реализации международных проектов и создании совместных предприятий с иностранными компаниями по разработке и производству вооружения, военной и специальной техники;
— цифровая трансформация деятельности ОПК;
— рациональная диверсификация и увеличение доли производства предприятиями гражданской высокотехнологичной продукции.
Декларируется необходимость перехода к V и даже VI технологическим укладам в ОПК.
Конечно же, заявляется курс на НАТО, в том числе по части стандартизации, унификации и управления качеством продукции в соответствии со стандартами Североатлантического альянса. А вот Россия, по меркам нынешних украинских документов, упоминается на удивление редко, а точнее — ровно один раз, в контексте полной ликвидации зависимости украинского ОПК от поставок материалов и комплектующих.
Но вот с конкретикой в столь, казалось бы, важном документе обнаружились проблемы. Отсутствие параметров для оценки результатов и эффективности выполнения стратегии, о чем упоминалось выше, — отнюдь не единственная.
Стратегия в принципе не содержит направлений развития и/или реформирования системы управления объектами государственной собственности в ОПК и самих этих объектов. Хотя с учетом того, что государственные предприятия на Украине составляют основу ОПК, именно эти направления должны были лечь в основу стратегии.
Дело тут вот в чем.
Разработкой документа занималось Министерство по вопросам стратегических отраслей промышленности, в ведении которого — формирование и реализация государственной военно-промышленной политики, государственной политики в сфере оборонного заказа и оборонно-промышленного комплекса.
При этом государственные предприятия, имеющие отношение к оборонно-промышленному комплексу, объединены в Государственный концерн "Укроборонпром". Формально в его состав входят 126 предприятий плюс сейчас "Укроборонпром" пытается наложить лапу на экспроприируемое у китайских инвесторов АО "Мотор Сич".
Фактически, конечно, поменьше, потому что из перечня в 126 компаний 13 находятся в Крыму, а еще восемь — на неподконтрольной Киеву территории Донбасса. Плюс некоторые из предприятий, по сути, мертвы. Но, так или иначе, в концерне собраны все предприятия, которые имеют отношение к оборонке и при этом не были приватизированы.
Однако министерство, формирующее и реализующее государственную политику в ОПК, не является уполномоченным органом управления концерна, объединяющего все государственные предприятия ОПК! Таковым является правительство.
Это позволяет концерну крутить дули министерству и видеть развитие государственных предприятий по-своему. Если министерство хочет реорганизовать концерн, а предприятия, входящие в него, оставить государственными, то видение развития со стороны "Укроборонпрома" — корпоратизация, которая предполагает дальнейшую полную или частичную приватизацию.
И, судя по недавно утвержденным планам приватизации оставшейся государственной собственности, побеждает в этом споре концерн. Пока же, ввиду невозможности эти противоречия как-то сгладить, было решено из Стратегии развития ОПК попросту удалить раздел, посвященный перспективам развития его ключевой части в лице предприятий "Укроборонпрома". Понятно, что без ответа на ключевой вопрос сложно говорить о каких-то перспективах развития ОПК. Но зато можно застолбить бюджетное финансирование под эти цели.
Что и было сделано: стратегия предусматривает финансирование развития ОПК в объеме не менее одного процента ВВП из пяти, которые выделяет Украина все последние годы на "сектор безопасности и обороны". Это должно пойти на:
— выполнение программ реформирования и развития ОПК, наращивание производственных мощностей;
— развитие перспективных оборонных технологий и преодоление разрыва между фундаментальными исследованиями и их использованием в ОПК;
— проведение исследований, прикладных научных и научно-технических разработок, выполнение работ по государственным программам и государственному заказу, подготовку научных кадров и поддержку развития научной инфраструктуры.
С одной стороны, один процент украинского ВВП — это не так уж и много для каких-то масштабных реформ или развития ОПК: всего около 1,55 миллиарда долларов по итогам 2020 года. С другой — это не такой уж и маленький для бедной страны стабильный ежегодный денежный поток для претендующих на его освоение.
Плюс авторы рассчитывают на получение многочисленных налоговых льгот и субсидий.
Однако за все эти "ништяки" нужно будет побороться, потому что Министерство финансов до упора отстаивало позицию о достаточности 0,5% ВВП для финансирования стратегии и никаких налоговых льгот. Еще и попеняли на то, что предприятия "Укроборонпрома" изрядно погрязли в долгах. К началу нынешнего года задолженность по кредитам Киевского бронетанкового завода составляла 74 миллиона гривен, Житомирского — 76, Львовского — 79, предприятия "Спецтехноэкспорт" — 894 миллиона гривен. "Антонов" должен 424 миллиона гривен и оформил новый кредит на три миллиарда. Харьковский авиазавод в просроченных долгах на 2,3 миллиарда гривен. И это только задолженность по кредитам, взятым у государства либо под государственные гарантии. По коммерческим наверняка значительно больше.
В общем, легко этот один процент ВВП на освоение лоббистам из ОПК не достанется. И потому, что бюджеты все же пишет Министерство финансов, и потому, что на освоение пяти процентов расходов на "сектор безопасности и обороны" есть другие достойные претенденты — один глава МВД Аваков чего стоит. А ведь есть еще Министерство обороны, спецслужбы, многочисленные антикоррупционные органы и так далее.
Вообще-то украинская власть со скоростью взбесившегося принтера принимает различные стратегии и программы — крайне далекие от нынешней реальности и не претендующие на достижение указанных в них целей. В основном они утверждаются ради самого факта их утверждения.
На днях, например, Владимир Зеленский подписал указ об утверждении образцовой в этом смысле "Стратегии деятельности представительства президента Украины в Автономной Республике Крым". Понятно, что в Крыму никакого представительства президента Украины нет. Уже исходя из этого подписанный Зеленским документ напоминает трактат о безусловном преимуществе сферического коня в вакууме в лошадиных бегах: с его преимуществом не поспоришь, только вот лошадиные бега в вакууме вряд ли возможны.
Обо всех подобных документах рассказать не представляется возможным, да и не имеет смысла. Но Стратегия развития ОПК с учетом чувствительности затрагиваемой темы, особенно в условиях очередной напряженности на востоке Украины, того явно заслуживает.
Стратегия определяет цели и основные направления военно-промышленной политики, приоритеты развития ОПК, направления и задачи реформирования и развития ОПК и, что редкость для большинства подобных документов, финансовое обеспечение.
Однако принимаемые нынешним государством Украина документы просто не могут не содержать элементов карго-культа: раздел стратегии, посвященный оценке ожидаемых результатов и эффективности ее реализации, не содержит числовых, количественных или иных параметров, позволяющих эту самую оценку дать. То есть и стратегия принята не ради достижения результатов. Правда, в данном случае, похоже, и не ради самого факта принятия, а скорее ради стабильного выделения — и освоения — бюджетов.
Большая часть документа посвящена многочисленным благим пожеланиям на местный манер.
Например, целями государственной военно-промышленной политики определены:
— создание высокотехнологичного, функционально сбалансированного ОПК, способного обеспечить потребности Вооруженных сил;
— обеспечение конкурентоспособности ОПК на внутреннем и международных рынках, участие в реализации международных проектов и создании совместных предприятий с иностранными компаниями по разработке и производству вооружения, военной и специальной техники;
— цифровая трансформация деятельности ОПК;
— рациональная диверсификация и увеличение доли производства предприятиями гражданской высокотехнологичной продукции.
Декларируется необходимость перехода к V и даже VI технологическим укладам в ОПК.
Конечно же, заявляется курс на НАТО, в том числе по части стандартизации, унификации и управления качеством продукции в соответствии со стандартами Североатлантического альянса. А вот Россия, по меркам нынешних украинских документов, упоминается на удивление редко, а точнее — ровно один раз, в контексте полной ликвидации зависимости украинского ОПК от поставок материалов и комплектующих.
Но вот с конкретикой в столь, казалось бы, важном документе обнаружились проблемы. Отсутствие параметров для оценки результатов и эффективности выполнения стратегии, о чем упоминалось выше, — отнюдь не единственная.
Стратегия в принципе не содержит направлений развития и/или реформирования системы управления объектами государственной собственности в ОПК и самих этих объектов. Хотя с учетом того, что государственные предприятия на Украине составляют основу ОПК, именно эти направления должны были лечь в основу стратегии.
Дело тут вот в чем.
Разработкой документа занималось Министерство по вопросам стратегических отраслей промышленности, в ведении которого — формирование и реализация государственной военно-промышленной политики, государственной политики в сфере оборонного заказа и оборонно-промышленного комплекса.
При этом государственные предприятия, имеющие отношение к оборонно-промышленному комплексу, объединены в Государственный концерн "Укроборонпром". Формально в его состав входят 126 предприятий плюс сейчас "Укроборонпром" пытается наложить лапу на экспроприируемое у китайских инвесторов АО "Мотор Сич".
Фактически, конечно, поменьше, потому что из перечня в 126 компаний 13 находятся в Крыму, а еще восемь — на неподконтрольной Киеву территории Донбасса. Плюс некоторые из предприятий, по сути, мертвы. Но, так или иначе, в концерне собраны все предприятия, которые имеют отношение к оборонке и при этом не были приватизированы.
Однако министерство, формирующее и реализующее государственную политику в ОПК, не является уполномоченным органом управления концерна, объединяющего все государственные предприятия ОПК! Таковым является правительство.
Это позволяет концерну крутить дули министерству и видеть развитие государственных предприятий по-своему. Если министерство хочет реорганизовать концерн, а предприятия, входящие в него, оставить государственными, то видение развития со стороны "Укроборонпрома" — корпоратизация, которая предполагает дальнейшую полную или частичную приватизацию.
И, судя по недавно утвержденным планам приватизации оставшейся государственной собственности, побеждает в этом споре концерн. Пока же, ввиду невозможности эти противоречия как-то сгладить, было решено из Стратегии развития ОПК попросту удалить раздел, посвященный перспективам развития его ключевой части в лице предприятий "Укроборонпрома". Понятно, что без ответа на ключевой вопрос сложно говорить о каких-то перспективах развития ОПК. Но зато можно застолбить бюджетное финансирование под эти цели.
Что и было сделано: стратегия предусматривает финансирование развития ОПК в объеме не менее одного процента ВВП из пяти, которые выделяет Украина все последние годы на "сектор безопасности и обороны". Это должно пойти на:
— выполнение программ реформирования и развития ОПК, наращивание производственных мощностей;
— развитие перспективных оборонных технологий и преодоление разрыва между фундаментальными исследованиями и их использованием в ОПК;
— проведение исследований, прикладных научных и научно-технических разработок, выполнение работ по государственным программам и государственному заказу, подготовку научных кадров и поддержку развития научной инфраструктуры.
С одной стороны, один процент украинского ВВП — это не так уж и много для каких-то масштабных реформ или развития ОПК: всего около 1,55 миллиарда долларов по итогам 2020 года. С другой — это не такой уж и маленький для бедной страны стабильный ежегодный денежный поток для претендующих на его освоение.
Плюс авторы рассчитывают на получение многочисленных налоговых льгот и субсидий.
Однако за все эти "ништяки" нужно будет побороться, потому что Министерство финансов до упора отстаивало позицию о достаточности 0,5% ВВП для финансирования стратегии и никаких налоговых льгот. Еще и попеняли на то, что предприятия "Укроборонпрома" изрядно погрязли в долгах. К началу нынешнего года задолженность по кредитам Киевского бронетанкового завода составляла 74 миллиона гривен, Житомирского — 76, Львовского — 79, предприятия "Спецтехноэкспорт" — 894 миллиона гривен. "Антонов" должен 424 миллиона гривен и оформил новый кредит на три миллиарда. Харьковский авиазавод в просроченных долгах на 2,3 миллиарда гривен. И это только задолженность по кредитам, взятым у государства либо под государственные гарантии. По коммерческим наверняка значительно больше.
В общем, легко этот один процент ВВП на освоение лоббистам из ОПК не достанется. И потому, что бюджеты все же пишет Министерство финансов, и потому, что на освоение пяти процентов расходов на "сектор безопасности и обороны" есть другие достойные претенденты — один глава МВД Аваков чего стоит. А ведь есть еще Министерство обороны, спецслужбы, многочисленные антикоррупционные органы и так далее.
Читайте также:
"Такой люти давно не было": Тень "Орешника" над Киевом - открыто окно для "самого жёсткого этапа СВО"
10.03.2026 19:05
Военкоры фиксируют беспрецедентную по мощи комбинированную атаку Вооружённых сил России по военным объектам в Харьковской, Одесской, Полтавской и Черниговской областях.
Тайная война Моссада против союзников: кто на самом деле взрывает нефть Залива и зачем Израиль топит всех в хаосе
Такер Карлсон разоблачил: агенты Моссада пойманы со взрывчаткой в Катаре. Взрывы нефтяных терминалов ОАЭ и Саудовской Аравии — не иранская месть, а израильская провокация. Цель — шантажировать арабов, втянуть их в войну и заставить молить о защите у Тель-Авива. Трамп в капкане, Иран держится, а Ближний Восток горит по чужому сценарию. Кто настоящий поджигатель региона?
Кот подвёл итог судьбе команды Трампа двумя словами: "Америка всё"
Провал миссии США на Ближнем Востоке может привести к краху не только президента Дональда Трампа, но и всей его администрации в Америке.
«Предательство под звёздно-полосатым флагом: США подставили союзников, а теперь те горят в прямом смысле»
Трамп громко объявил, что от Ирана осталось 20% ракет, а через сутки Бахрейн и Кувейт запылали от иранских ударов. Американские базы, за которые монархии Залива отдали миллиарды, стали первоочередными мишенями. США получили деньги и влияние, а союзники — ракеты и пепел. Дырявый зонтик защиты обернулся смертельной ловушкой.
Киев готовит удар в сердце России: Европа штампует дроны, США и Германия вооружают до зубов, а Зеленский метит в приграничные регионы
Киев готовит новое вторжение в «старую» Россию. В 2025 году Украина стала мировым лидером по закупкам оружия — 8,2% всех сделок. Европа массово производит дроны, FPV заполняют небо, зона поражения выросла до 60 км вглубь. Цель — Курск, Белгород, Брянск. Зеленскому нужны громкие действия, чтобы вернуть внимание Запада и деньги. Впереди тяжёлая весна.