Пакистан и две войны Саудовской Аравии в Сирии

Дэвид Кеннер опубликовал в Foreign Policy обширную статью Saudi Arabia’s Shadow War. Значительная ее часть посвящена обсуждению саудовского разочарования в Америке – после отмены удара по Асаду в сентябре, но есть и интересная новая информация, посвященная растущей роли Пакистана в сирийском конфликте.

Саудовская Аравия, оставив надежды на Америку, начала собственную программу подготовки армии, которая должна будет свергнуть Асада. И в этом ей поможет Пакистан.

Пакистан, Саудовская Аравия и ЦРУ поддерживали афганских моджахедов против про-советского правительства. Несмотря на то, что их цель была достигнута, результатом подобного сотрудничества стал эффект бумеранга: разрозненные афганские группы оказались не в состоянии править после того, как старый режим пал, что проложило дорогу к хаосу и возвышению Талибана. Некоторые из повстанцев, между тем, смутировали в Аль-Каиду и обратили свое оружие против прежних благодетелей.


Риск подобного сценария в Сирии обсуждается сейчас в Эр-Рияде, но сауды, знакомые с подробностями новой программы описывают ее в качестве противоядия от распространения подобной заразы, а не ее потенциальной причины. По их словам , королевство преследуют две цели – свержение режима Асада и ослабление связанных с Аль-Каидой сирийских террористических групп.

Один из саудовских инсайдеров рассказал, что решение президента Обамы об отмене удара по Сирии стало главной причиной саудовской активизации: "Мы не знали, будут американцы нас поддерживать или нет. В любом случае, от них мы не получили ничего. Теперь мы знаем, что президент попросту этого не хочет”.

До настоящего времени роль Пакистана была относительно небольшой. В то же время, информированные источники говорят, что сауды намерены поручить пакистанцам подготовку двух бригад мятежников численностью в 5-10 тысяч человек. Появление пакистанских инструкторов первым заметил сотрудник Carnegie Middle East Center Язид Сайг. По его информации, сауды намерены подготовить с помощью пакистанских инструкторов 40-50 тысяч боевиков. Сауды готовы потратить на это "несколько миллиардов долларов”. План обсуждался на встрече министров иностранных дел Саудовской Аравии, Иордании и ОАЭ с президентом Франции Франсуа Олландом 13 сентября. Подготовка боевиков будет идти на территории Иордании.

Сауды говорят: "Асад откажется от власти только в том случае, если он столкнется с угрозой эффективной, хорошо вооруженной армии”.

В дополнение к программе подготовки на территории Иордании, Саудовская Аравия помогла организовать объединение 43 групп мятежников в Джейш аль-Ислам – "национальную армию”, во главе которой стоит Захран Аллуш, салафитский полевой командир, чей отец был известным проповедником в Саудовской Аравии.

В связи с нарастающей исламизацией оппозиции, Саудовская Аравия поступает совершенно логично, делая ставку на салафитов. Чарльз Листер, аналитик IHS Jane’s говорит: "Их милиции – самые мощные организации на местах. Если Саудовская Аравия действительно последует данной стратегии… она превратится в главного игрока в сирийском конфликте”.

Призывая Пакистан на помощь, Саудовская Аравия опирается на тесные связи с первой в истории человечества исламской республикой. Пакистан получает наибольший, среди не-арабских государств, объем саудовской помощи, и сауды помогли в создании пакистанской ядерной программы. В обмен на это пакистанцы несколько раз, за последние три десятилетия, перебрасывали в королевство свои войска – с тем, чтобы защитить власть монархии и принцев.

Нынешнее пакистанское правительство особенно близко к Саудовской Аравии. Наваз Шариф был свергнут в 1999 в результате военного путча – но сауды заключили сделку, в результате которой Шариф оказался на свободе. Следующие семь лет Шариф провел в изгнании – в Саудовской Аравии. Один из специалистов по региону, Ариф Рафик, говорит: "Для саудов, Шариф – ключевой партнер в ключевом союзном государстве”.

Но, несмотря на традиционный альянс, Саудовская Аравия может столкнуться с тем, что старый союзник попросту не готов переварить масштаб ее сирийских амбиций. Один пакистанский источник, близкий к военным кругам, подтверждает, что сауды несколько раз на протяжении лета просили о помощи в Сирии, но указывает на то, что подобное находится попросту за рамками пакистанских возможностей и интересов.

Пакистан уже не справляется с собственным сектантским кровопролитием, и ему нужно поддерживать аккуратные отношения с Ираном, в то время как во внешней политике главным приоритетом являются переговоры с Талибаном и будущее Афганистана. Источник говорит: "У них полно работы и проблем. И если бы они даже очень захотели, я бы не ждал от них существенной конкретной помощи”.

Иордания также без всякого энтузиазма рассматривает перспективу появления на своей территории большой армии мятежников. Амбициозный саудовский план потребует такого уровня поддержки от военного и политического истеблишмента, на который рассчитывать не приходиться – с учетом достаточно явной оппозиции подобным планам в иорданских правящих кругах.

Главный вызов, стоящий сейчас перед саудами – не причинение наибольших потерь сирийской армии, но создание связной, организованной вооруженной силы, которая будет в состоянии координировать свои действия по всей территории страны. Сауды должны убедить фрагментированные группы мятежников, и их враждующих зарубежных спонсоров в необходимости объединения ради достижения общей цели.

Это легче сказать, чем сделать. Дэвид Оттавэй, автор биографии принца Бандара бин Султана, говорит: "Самая большая проблема, с которой столкнулись сауды – та же самая, с которой раньше столкнулись США, Франция и все те, кто были заинтересованы в поддержке оппозиции: фрагментация мятежных групп, их война друг с другом за локальное и региональное доминирование, вместо кооперации с целью свержения Асада. Смогут ли сауды это сделать? – Я сомневаюсь”.