Как будет выглядеть «наступление ВСУ на юг»

Украинское руководство громогласно заявляет о подготовке масштабного контрнаступления – и прежде всего, на юге, в направлении Херсона и Мариуполя. Стоит ли верить этим сообщениям, располагает ли украинская армия необходимыми силами – и откуда у Киева такие амбиции?

В Киеве демонстративно говорят о том, что готовят некое контрнаступление с далеко идущими политическими целями. Офис президента Владимира Зеленского высказался на эту тему практически в полном составе, называя и направление ударов, и даже ориентировочные сроки.

Об этом заявляют не только штатные киевские пропагандисты типа Алексея Арестовича. На тему контрнаступления подробно высказывался и начальник военной разведки Кирилл Буданов. Вице-премьер Ирина Верещук напрямую обратилась к жителям Запорожья и Херсонской области с предложением срочно бежать оттуда, поскольку со дня на день в регионе начнутся активные боевые действия. «Цель Украины... – освобождение наших территорий и восстановление территориальной целостности и полного суверенитета на востоке и юге Украины», – заявил и глава МИД страны Дмитрий Кулеба.


Эти высказывания и обещания охотно тиражируются англоязычными СМИ. Общий мотив такой: Украина собирается вернут под свой контроль южные регионы, поскольку они крайне важны для экономики страны. Все это сопровождается рассказами, что Украина готова выставить миллион военнослужащих, обеспеченных западным оружием. И это в стране, где чтобы вручить повестку, людей хватают на пляжах, прямо на улице, а крестьян – в полях.

На информационный шум можно было бы не обращать внимания, если бы не некоторые свидетельства того, что Киев готов пойти на наступательную авантюру на южном направлении. Прежде всего, налицо ротация сил ВСУ прямо на самом опасном участке линии фронта – вокруг Славянска. Опытные (хотя и изрядно потрепанные) украинские части частично снимаются с обороны Славянска и замещаются новобранцами. В основном выводятся - и как раз именно на южное направление – бывшие номерные бригады, включая аэромобильную и десантно – штурмовую, которая полностью разбита.

Конечно, замещение их бывшей теробороной выглядит коллективным самоубийством. А западные образцы вооружения получают тыловые части, вновь формирующиеся даже не бригады, а батальонные группы без номеров. Их оперативное подчинение замыкается непосредственно на Генштаб ВСУ, что приводит к сбоям в командовании на линии фронта. Чтобы получить артиллерийскую поддержку, старым номерным бригадам приходится звонить в Киев.

Одновременно ВСУ усилили обстрелы южной зоны. Ответные удары ВС РФ по Николаеву и позициям ВСУ у Запорожья весьма эффективны, но напряженность в южном секторе нарастает особенно на фоне оперативной паузы на донецком направлении.

ВСУ все еще сохраняют способность организовать некую локальную операцию, похожую на попытку контрнаступления. Речь может идти о двух направлениях. Во-первых, попытаться срезать плацдарм войск ВС РФ на правом берегу Днепра с выходом к Херсону. На бумаге это выглядит логично, но только в том случае, если ВСУ уничтожат мосты через Днепр и нарушат снабжение группировки ВС РФ под Николаевом. В таком контексте выглядит странным удар HIMARS по Новой Каховке, поскольку там расположена дамба ГРЭС, выполняющая как раз роль основного моста через Днепр.

Во-вторых, ВСУ могут попытаться организовать локальную атаку от Запорожья на юг. Там идет постепенно накопление сил противника, которых недостаточно для того, чтобы осуществить что-то масштабное, но которые могут попытаться хотя бы временно занять несколько сел по направлению к Токмаку, сфотографироваться там на фоне флага и откатиться назад с потерями.

Аналогичный план может иметь место на участке Орехово – Гуляйполе, с опорой на Запорожье. При этом на первом направлении (Николаев – Кривой Рог – Никополь) в Киеве также рассчитывают организовать краткосрочное отжатие пары сел. Если же говорить о каких-либо других направлениях, например, в Харьковской области, это и вовсе невозможно из-за тотального преимущества ВС РФ там в артиллерии и авиации.

При этом в Киеве нет определенности в том, как именно использовать получаемое западное вооружение – с его помощью ВСУ и предполагало изначально создать огневое преимущество перед российской армией, в том числе и на юге. Часть офицеров Генштаба продолжает настаивать, что новое вооружение крайне необходимо на донбасском направлении, и действительно большой объем поставляемых гаубиц и РСЗО идет в Донбасс. Но часть поставок все-таки оказывается на южном участке в составе резервных частей. Таким образом, накопление резервов идет медленно, с большим трудом и никак не может гарантировать успех какой-либо наступательной операции.

С чисто военной точки зрения планы «южного наступления» ВСУ выглядят полной утопией, но Зеленский и его окружение больше озабочены внешним эффектом, «политической театральщиной», чем реальной ситуацией на фронтах. Открыто озвучивается, что Зеленский якобы уже отдал приказ освободить южные районы страны. То есть это акция политическая и пиаровская. А в таком контексте даже временное занятие отдельного населенного пункта будет подано как огромная победа и использовано для очередных требований к Западу дать пушки побольше и покрупнее.

Единственным новшеством в тактике ВСУ в последние пару недель стала более интенсивная интеграция с американскими цифровыми системами. Например, именно с американских спутников и с самолетов АВАКС сейчас ВСУ получают данные о воздушных целях, а в некоторых случаях, предположительно, и о наземных. Это создало у Киеве иллюзию, что таким образом можно обеспечить успех локальной операции.

Это явление, скорее, психологическое, чем военное.

Примерно так же чуть ранее украинское руководство убедило себя в том, что самое совершенное оружие на земле – беспилотник «Байрактар». Но успешное применение ударных беспилотников в Карабахе было следствием особой ситуации, сложившейся в зоне боевых действий, а вовсе не уникальных возможностей данного вида БПЛА.

Теперь же в Киеве стало складываться мнение о том, что современная война – это исключительно артиллерийская дуэль. Место «Байрактара» заняли гаубицы и РСЗО. Иногда это действительно работает, но в основном против ВСУ. Наиболее точный пример: попытка такого же локального наступления ВСУ севернее Николаева через Днепр у Давыдова Брода. Да, украинские подразделения заняли на полдня хутор, который оборонял один российский взвод. А уже вечером туда столько всего прилетело, что наступавшие бежали обратно за реку.

При таком раскладе попытки противника организовать подобное контрнаступление можно приветствовать. Их можно даже провоцировать, чтобы быстро и эффективно лишить ВСУ накапливаемых резервов.

Другой вопрос, что западные аналитики считают, что именно ВС РФ и союзники готовят новую и крупномасштабную наступательную операцию, а обещания Зеленского перейти в контрнаступление где бы то ни было просто не соответствуют реальности.