«Решающая битва будет здесь». Что начинается в Запорожской области

Три с лишним тысячи зарядов для HIMARS, несколько десятков истребителей и более ста тысяч штыков — по словам российских военных, самую мощную группировку ВСУ сконцентрировали в районе Орехово. Наступления тут ждут постоянно.

Закрытые позиции

Добраться до переднего края можно лишь на «Урале», «шишиге» или «буханке». Другой гражданский транспорт не пройдет. Военный — другое дело. Тем более почва уже довольно сухая.


«Здесь своеобразная земля, — говорит комбат танкового батальона с позывным Герб. — Даже после сильных ливней достаточно двух-трех дней, и солнце с ветром все высушат. Правда, есть ложбины, где до сих пор сыро. Вчера, например, три «Урала» решили сократить дорогу и застряли. Пришлось в качестве прикрытия выставлять «Рапиру», подгонять танк и вытягивать бедолаг».

Батальон Герба держит одну из линий обороны. Все замаскировано в лесополосах. Каждое утро бойцы, часть которых — мобилизованные, производят «контрольный осмотр машин и проверяют системы управления огнем».

«Расстояние до украинских позиций небольшое, а местность открытая, — объясняет капитан. — Поэтому, чтобы не раскрывать местоположение, мы выбираемся на точки потенциального боестолкновения не на танках. Пешком. Зато теперь каждый в случае наступления понимает, какую позицию должен занять».

ВСУ в последнее время действуют активно. Но бьют в основном с закрытых позиций, чтоб не выдавать геолокацию. Экипажи цели не видят, наводят по дронам.

«Мы уверены, что они скоро попрут, — замечает офицер. — Других вариантов нет. Первыми, скорее всего, пустят Т-72 и Т-80. Ведь если мы сразу начнем подбивать «Леопарды» или «Абрамсы», Западу это очень не понравится. В общем, грязную работу переложат на советскую технику».

К тому же натовская, хоть и более современная, но довольно тяжелая. Значит, не такая маневренная.

«Так или иначе, на поле боя все решат кадры, — добавляет командир. — А с этим проблем нет. Многие парни воюют уже больше года и опыта набрались достаточно».

«Попытки прорваться»

Танковые роты укрылись в восьми-десяти километрах от украинских позиций. На самом передке — пехота. Отсюда до Орехово рукой подать. Вэсэушные окопы видны невооруженным глазом.

Быстро высадив бойцов, водитель загоняет «шишигу» в лесополосу. Тут же накидывает маскировочную сеть. Очень вовремя — по рации передают, что в воздухе заметили беспилотник.

«Теперь минут двадцать придется посидеть в блиндаже, — спускаясь в свежую землянку, говорит замкомандира гвардейского полка с позывным Коловрат. — Только что неплохо отработала наша авиация. Будет ответка».

Кроме артиллерийских и снайперских дуэлей, здесь порой вспыхивают перестрелки. Причем с ближнего расстояния. Так обе стороны прощупывают оборону противника.

На днях российские военные отбили очередную атаку бронегруппы ВСУ, уничтожили несколько БТР.

«Они постоянно пытаются прорваться, — объясняет командир штурмовиков с позывным Дозор. — Сами тоже совершаем вылазки. Не всегда получается гладко, но продолжаем работать. Это позволяет оттянуть фронт и таким образом сократить количество обстрелов и наших позиций, и ближайших городов».

В его группе опытные бойцы. Некоторые после двух-трех ранений.

«Мы с напарником ведем наших, прикрывая фланги и тыл, — рассказывает снайпер с позывным Якут. — Здесь много полей, лесополосы редкие. Поэтому, когда подходящую позицию выбрать не удается, берем в руки автоматы и действуем как штурмовики».

А с той стороны, по его словам, очень много наемников, вооруженных натовскими винтовками 50-го калибра. Это оружие куда точнее. И капризнее.

«Очень тяжелые — до 50 килограммов. Передвигаться с ними труднее, а это важный фактор в нашей работе, — добавляет стрелок. — Мы, например, можем изваляться в грязи, потом взять в руки «инструмент» — и тот не заклинит».

Воздушная разведка

Несмотря на напряженную обстановку, бойцы оттачивают навыки на полигоне. Тренировочную площадку оборудовали недалеко от позиций, тщательно замаскировав.

«Шлифуем тактику движения, штурма и подрывов, оказание первой помощи, — перечисляет один из инструкторов. — Нужна постоянная практика».

Натаскивают здесь и разведчиков.

«Первые четыре месяца воевали буквально вслепую, — вспоминает разведчик-снайпер с позывным Веном. — Позиции выявляли либо по вспышкам от стрельбы, либо в бинокль. Разумеется, вэсэушники были на шаг впереди. Теперь же, с появлением дрона, стало куда легче».

Во время беседы он продолжает ловко управлять джойстиком и дрон то зависает над головами сослуживцев, то улетает далеко от позиций.

«Каждая разновидность коптера требует обучения, — уточняет боец. — Передаю знания и другим. Ведь в 80 процентах случаев оператор теряет «птичку» по собственной неопытности».

Тут готовятся к любому сценарию. Причем так, чтобы все были взаимозаменяемы. Некоторые солдаты уже проверили это в бою. Однако многим это лишь предстоит — фронт скоро придет в движение.