Новый лучший друг Путина: зачем Кремлю альянс с Северной Кореей

Еще в совсем недавние времена неистовства ковида завершившим свои служебные дела в Пхеньяне сотрудникам посольства РФ в Северной Корее приходилось выбираться из этой гостеприимной державы на железнодорожной дрезине. Желавший оградить свое государство от заразы наследственный великий вождь Ким Чен Ын считал, что ему поможет это сделать режим строгой изоляции КНДР от окружающего мира.

Но политический ковид (именно так можно охарактеризовать нынешнюю конфронтацию между Россией и Западом) сделал сближение между Москвой и Пхеньяном практически неизбежным.

Принцип «враг моего врага — мой друг» был сформулирован еще тысячи лет тому назад, но даже сейчас остается одним из главных законов международных отношений. Главный враг Пхеньяна — «американский империализм». Главный враг Кремля — это сейчас тоже «американский империализм». Бинго, налицо полное совпадение интересов.


Конечно, в реальной жизни все далеко не так просто, линейно и однозначно. Политическая действительность редко когда и где комфортно укладывается в прокрустово ложе пронизанных идеологией лозунгов и простых объяснений.

Но это не меняет главного: в сегодняшних геополитических реалиях Россия и Северная Корея могут много чего выиграть от своего сближения и мало что теряют.

Вспомним еще одно идеологическое клише советских времен: Южная Корея — это «цепной пес американского империализма». Понимая, что совсем ссориться с Россией из-за Украины не в ее интересах, официальный Сеул вел сложные дипломатические игры.

Москве по неофициальным каналам сообщалось, что американцы очень сильно давят на Южную Корею в плане наращивания поддержки Киева, но сама Южная Корея в меру своих сил сопротивляется этому давлению. Публично же при этом Сеул декларировал свою полную солидарность с «украинскими друзьями».

Теперь у Южной Кореи есть все стимулы для того, чтобы, вне зависимости от того, что говорится на публике, удвоить свою осторожность. Даже косвенная вовлеченность в украинский конфликт создает для официального Сеула крайне серьезные риски в сфере его национальной безопасности.

У Москвы появляется дополнительный рычаг воздействия на этого ключевого американского союзника. Если «южнокорейские друзья» (совсем ссориться с Сеулом, я надеюсь, в Кремле не собираются) вдруг проявят себя совсем не как друзья, в российской столице могут немного развинтить вентиль в сфере своего практического военного сотрудничества с севером корейского полуострова. И на юге того же самого полуострова мгновенно считают намек.

А Южная Корея — это, между тем, экономическая сверхдержава: двенадцатая в мире по объему своего номинального ВВП. За нейтралитет (пусть не формальный, но фактический) такого государства стоит бороться. Дополнительно сигнал — мол, не надо особо дурить и особо шустрить в плане поддержки Украине — подается еще одному сверхвлиятельному соседнему государству. Речь, разумеется, идет о Японии. Только ради одного этого для Москвы имеет смысл расширить и углубить свои отношения с Северной Кореей.

Выгоды Пхеньяна от сближения с Россией не менее очевидны. Товарищ Ким тоже получает дополнительные рычаги воздействия — и на Сеул, и на Токио, и на коллективный Запад. Повышается и устойчивость его режима. Раньше у официального Пхеньяна была только одна внешняя опора — Китай. Теперь появляется и еще одна — Россия.

Конечно, в реалиях 2023 года наша страна — это очень своеобразное дополнительное «окно во внешний мир». Но в том-то и дело: «прорубать окно» куда-то товарищ Ким не собирается. Его задача — фрагментация международного санкционного режима против его страны, расширение ее экономических возможностей. Москва вполне способна и готова помочь Пхеньяну в выполнении этих задач — тем более что Северная Корея, как утверждают эксперты, может много что предложить России в смысле экспорта обычных вооружений для украинского театра военных действий.

Вот такая получается новая международная парадигма. И главное в этой новой парадигме то, чтобы у нее не снесло резьбу.

Выступая в этом августе на московской конференции по безопасности, министр обороны КНДР Кан Сун Нам заявил: «Ядерная война на Корейском полуострове стала теперь не вопросом того, будет ли она, а вопросом того, кто и когда ее начнет».

А вот этого товарищ Кан (и особенно товарищ Ким), пожалуйста, не надо. Ядерный конфликт на Дальнем Востоке рядом с территорией России Москве ни в коем случае не нужен. Москве нужна деликатная эквилибристика, балансирование на грани — без соскальзывания в эту самую грань.

Думаю, впрочем, что, несмотря на воинственную риторику своего министра обороны, товарищ Ким заинтересован ровным счетом в том же самом. Одним словом, Москва и Пхеньян заново нашли друг друга — и в ближайшее время точно друг друга не потеряют.