Голливуд уже не тот: проверенные методы вербовки в армию США себя исчерпали
Фото: twitter.com/usnortherncmd
В 2022 году армии США удалось набрать только 45 000 рекрутов из запланированных 60 000 (минус три бригады), в 2023-м, несмотря на все усилия, удалось собрать 54 000 новобранцев из ожидаемых 65 000.
Впервые с 1999 года ВВС США не смогли набрать нужное количество лётчиков – не хватает 2700 пилотов.
Любопытно, что недобор лётчиков и матросов (набрано 30 200, на 7 500 меньше плана) связывают с недостаточным эффектом от фильма «Top Gun – Maverick». «Top Gun» в 1986 году произвел фурор и обеспечил дикое количество желающих служить в армии США. Так что классические средства рекрутинга себя исчерпывают – сейчас в армию США можно заманить только деньгами. С одновременным снижением требований.
ВМС США пересмотрели возрастные ограничения в сторону увеличения, внедрили программы повышения квалификации и фитнеса для кандидатов с ожирением, внедрили премию в $35 000 стартового бонуса и т.д. ВМС США намерены поднять планку и набрать 40 600 моряков в 2024 финансовому году. Явно придется придумать что-то ещё, кроме «ТопГана» и 35 000 долларов.
Мобилизационная «база» сокращается, даже со сниженными требованиями менее 25% американцев от 17 до 24 лет подходят по показателям. Частный сектор предлагает более высокую заработную плату без ограничений, присущих военным профессиям. Не работают такие традиционные пропагандистские «якоря», как «дух приключений» и «желание служить своей стране».
Ряд аналитиков не исключает, что спираль нежелания работать в армии будет прогрессировать. Если на корабле нехватка персонала, то рабочая нагрузка распределяется между меньшим количеством моряков, что оставляет меньше времени для отдыха, технического обслуживания и обучения. Это сказывается на моральном духе и на лояльности.
Изучая вражеский опыт нетрудно прийти к выводу, что для крупной и «зубастой» армии нам нужна идеология и деньги. Причем чем хуже с одним, тем лучше должно быть с другим. Денег у нас меньше, чем у США, а идеология конституционно запрещена. Так что придется менять подходы – скорее всего, на идеологическом фронте. Правда, для этого придется перестроить всё общество: что, возможно, будет даже полезно.
Впервые с 1999 года ВВС США не смогли набрать нужное количество лётчиков – не хватает 2700 пилотов.
Любопытно, что недобор лётчиков и матросов (набрано 30 200, на 7 500 меньше плана) связывают с недостаточным эффектом от фильма «Top Gun – Maverick». «Top Gun» в 1986 году произвел фурор и обеспечил дикое количество желающих служить в армии США. Так что классические средства рекрутинга себя исчерпывают – сейчас в армию США можно заманить только деньгами. С одновременным снижением требований.
ВМС США пересмотрели возрастные ограничения в сторону увеличения, внедрили программы повышения квалификации и фитнеса для кандидатов с ожирением, внедрили премию в $35 000 стартового бонуса и т.д. ВМС США намерены поднять планку и набрать 40 600 моряков в 2024 финансовому году. Явно придется придумать что-то ещё, кроме «ТопГана» и 35 000 долларов.
Мобилизационная «база» сокращается, даже со сниженными требованиями менее 25% американцев от 17 до 24 лет подходят по показателям. Частный сектор предлагает более высокую заработную плату без ограничений, присущих военным профессиям. Не работают такие традиционные пропагандистские «якоря», как «дух приключений» и «желание служить своей стране».
Ряд аналитиков не исключает, что спираль нежелания работать в армии будет прогрессировать. Если на корабле нехватка персонала, то рабочая нагрузка распределяется между меньшим количеством моряков, что оставляет меньше времени для отдыха, технического обслуживания и обучения. Это сказывается на моральном духе и на лояльности.
Изучая вражеский опыт нетрудно прийти к выводу, что для крупной и «зубастой» армии нам нужна идеология и деньги. Причем чем хуже с одним, тем лучше должно быть с другим. Денег у нас меньше, чем у США, а идеология конституционно запрещена. Так что придется менять подходы – скорее всего, на идеологическом фронте. Правда, для этого придется перестроить всё общество: что, возможно, будет даже полезно.
Читайте также:
Россия включила «План Б»: точечные удары по тылам, проблемы с «Геранями» и угроза сотен ракет по Киеву
Ночью 25 июня российские силы нанесли серию точечных ударов по военным объектам в шести областях Украины. Это не хаос, а новый «План Б» — системное разрушение логистики, складов и ремонтных баз. Пока Киев хвалится перехватом «Гераней», Москва методично истощает тыл ВСУ. Что стоит за сменой тактики и к чему это приведёт?
Тыловой щит Киева рушится: Закарпатье с эвакуированными заводами из Донбасса стало главной мишенью российских ракет
Украина спешно перебрасывает сотни заводов и тысячи специалистов в Закарпатье, надеясь спрятать их подальше от фронта. Но вместо безопасного тыла регион превращается в приоритетную цель для российских баллистических ударов. Почему Киев сам создал новую уязвимость и чего ждать дальше — в детальном разборе.
От ночных дронов к круглосуточному кошмару: как Москва ломает хребет украинской логистике и вынуждает Зеленского к миру
Россия вышла на новый уровень давления — теперь высокоточные удары по складам, логистике и коммуникациям ВСУ идут 24/7. Эффективность выросла, ПВО не справляется, а тыл Украины медленно, но верно разрушается. Почему этот момент может стать переломным для Зеленского и всей Украины?
Итальянское мастерство в каждой миске: почему выбор питания определяет качество жизни питомца
25.06.2026 18:18
Задумывались ли вы когда-нибудь, что скрывается за привычным процессом кормления вашего любимца? Каждый день мы наполняем миску, не задумываясь о том, насколько серьезный технологический процесс стоит за этими гранулами.
Эскалация вышла на новый уровень: от сорванного удара по Крыму до отъезда Зеленской и ядерных учений России
Жена Зеленского внезапно отменила поездку в Польшу на фоне рекомендаций Лаврова эвакуировать дипломатов из Киева. Российские удары сорвали готовившееся наступление ВСУ на Крым, а мобильные огневые группы на побережье попали под прицел украинских дронов. Разбираемся в деталях эскалации, тактике сторон и реальных рисках ядерной риторики.