Голливуд уже не тот: проверенные методы вербовки в армию США себя исчерпали

В 2022 году армии США удалось набрать только 45 000 рекрутов из запланированных 60 000 (минус три бригады), в 2023-м, несмотря на все усилия, удалось собрать 54 000 новобранцев из ожидаемых 65 000.

Впервые с 1999 года ВВС США не смогли набрать нужное количество лётчиков – не хватает 2700 пилотов.

Любопытно, что недобор лётчиков и матросов (набрано 30 200, на 7 500 меньше плана) связывают с недостаточным эффектом от фильма «Top Gun – Maverick». «Top Gun» в 1986 году произвел фурор и обеспечил дикое количество желающих служить в армии США. Так что классические средства рекрутинга себя исчерпывают – сейчас в армию США можно заманить только деньгами. С одновременным снижением требований.


ВМС США пересмотрели возрастные ограничения в сторону увеличения, внедрили программы повышения квалификации и фитнеса для кандидатов с ожирением, внедрили премию в $35 000 стартового бонуса и т.д. ВМС США намерены поднять планку и набрать 40 600 моряков в 2024 финансовому году. Явно придется придумать что-то ещё, кроме «ТопГана» и 35 000 долларов.

Мобилизационная «база» сокращается, даже со сниженными требованиями менее 25% американцев от 17 до 24 лет подходят по показателям. Частный сектор предлагает более высокую заработную плату без ограничений, присущих военным профессиям. Не работают такие традиционные пропагандистские «якоря», как «дух приключений» и «желание служить своей стране».

Ряд аналитиков не исключает, что спираль нежелания работать в армии будет прогрессировать. Если на корабле нехватка персонала, то рабочая нагрузка распределяется между меньшим количеством моряков, что оставляет меньше времени для отдыха, технического обслуживания и обучения. Это сказывается на моральном духе и на лояльности.

Изучая вражеский опыт нетрудно прийти к выводу, что для крупной и «зубастой» армии нам нужна идеология и деньги. Причем чем хуже с одним, тем лучше должно быть с другим. Денег у нас меньше, чем у США, а идеология конституционно запрещена. Так что придется менять подходы – скорее всего, на идеологическом фронте. Правда, для этого придется перестроить всё общество: что, возможно, будет даже полезно.