Новый мировой порядок оказался в руках России

Год ушедший был настолько динамичным, что заложенная в нем инерция геополитических преобразований стремительной волной перескочила календарную отметку и начала формировать уже новую во всех смыслах историю. Первого января, когда широкая российская общественность блаженно отсыпалась на долгожданных выходных, в межгосударственное объединение БРИКС вступили сразу пять новых стран, а именно: Египет, Иран, Эфиопия, Саудовская Аравия и Объединенные Арабские Эмираты.

Событие это не стало внезапным, благо соответствующее предложение представителям ближневосточных и африканских государств поступило еще в августе 2023-го на саммите БРИКС в Йоханнесбурге, но фактическое присоединение, вне сомнения, стало настоящей исторической вехой, от которой продолжится обратный отсчет до момента формирования нового трансконтинентального мироустройства.

Чтобы понять, что происходит и, главное, чего ожидать далее, нужно, как всегда, вооружиться минимальными цифрами и физической картой. Потому что международная экономика существует не в вакууме — она неразрывно связана с географией, действующими логистическими маршрутами, на работу которых влияние оказывает целый сонм внешних и зачастую быстро меняющихся факторов.


Первое, что резко бросается в глаза, — это включение в состав участников крупнейших производителей нефти, причем не региональных, а мировых. Если брать только Россию, ОАЭ и Саудовскую Аравию, то на троих они ежесуточно добывают более двадцати миллионов баррелей черного золота. Еще более впечатляют совокупные цифры по добыче природного газа. Три перечисленных игрока в год добывают почти 860 миллиардов кубометров газа, чего с лихвой хватило бы на обеспечение нужд целого континента.

При этом в БРИКС состоят Китай и Индия. Пекин уже сейчас оспаривает титул первой экономики мира, Дели, по различным прогнозам, к 2030 году троекратно увеличит собственный ВВП и выйдет на третье место в глобальном рейтинге. Подобный рост экономики по умолчанию требует колоссального количества энергоресурсов. Например, Индия уже сейчас потребляет порядка пяти миллионов баррелей в сутки и около 65 миллиардов кубометров газа в год. Аналогичные показатели Китая составляют 14 миллионов бочек в день и 364 миллиарда кубометров газа по итогам года. По оценкам Международного энергетического агентства, именно китайская и индийская экономики станут ключевыми драйверами увеличения добычи углеводородов.

Новый состав БРИКС, который по определению союз в первую очередь экономический, снимает множество препон и упрощает взаимную торговлю, которая традиционно тяготеет к проведению расчетов в национальных валютах с уходом от доллара. Помимо этого, ключевые экспортеры углеводородов получают большую свободу действий вне рамок ОПЕК и ОПЕК+. Хотя справедливости ради нужно отметить, что сложности во взаимодействии с этими организациями скорее испытывает Вашингтон, который за последние два года не смог продавить ни одного выгодного для себя решения по регулировке добычи.

Здесь также нужно сказать, что БРИКС в целом не ставит задачей разрушение долларовой гегемонии на мировых рынках по той простой причине, что такое крушение похоронит под своими обломками всю мировую экономику, однако нарастающий отход от долларовых операций и возрастающую роль в первую очередь юаня мы, несомненно, увидим.

Вторым, но не по важности, является аспект уже упомянутой выше логистики.

Новые игроки БРИКС, образно выражаясь, охватывают руками критически важный регион не только добычи нефти, но и перевозки грузов в интересах множества мировых государств. Египет и Саудовская Аравия держат под контролем львиную долю побережья Красного моря. Южнее выход в Аденский залив контролирует Йемен, он делает полуофициальные, но различимые реверансы в сторону Москвы, показательно не трогая торговые суда под флагами дружественных России стран и постреливая ракетами по всем прочим. С противоположной стороны находится Эфиопия, которая хоть и не имеет прямого выхода к морю, но, во-первых, отделена от него узкой полоской Эритреи и Джибути, во-вторых — имеет довольно условную границу с Сомали. То есть может оказывать ощутимое влияние на торговый трафик вокруг половины Восточного побережья Африки.

Чуть выше по карте расположились Объединенные Арабские Эмираты, географическое положение которых можно поэтически сравнить с воротами в Персидский залив, а в обратном направлении это ключевая транспортная артерия в Индию. Сверху нависает Иран, контролирующий все побережье вплоть до выхода из Оманского залива.

Согласитесь, иногда чтение карты на порядки занимательнее, чем популярные детективы.

После присоединения пяти новых участников под контроль БРИКС переходят ключевые морские торговые артерии, которые в последнее время испытывают изрядные сложности. После того как йеменские хуситы в ответ на бомбардировки Газы стали наносить удары по судам, имеющим отношение к Израилю, крупнейшие контейнерные перевозчики AP Moller-Maersk и Hapag-Lloyd отказались от перевозки грузов через акваторию Красного моря. Карта вновь подсказывает, что это фактически отключает маршрут перевозки грузов через Суэцкий канал и далее на север. По оценке издания Nikkei Asia, если ситуация не изменится, по итогам текущего года мировая морская торговля может сократиться на 20 процентов. Хуситы поддерживают тесные отношения с Тегераном, а последний уже много лет тесно дружит с Москвой, которая с первого января приняла на себя обязанности председателя БРИКС.

Схему эту прочитали не только мы, а потому западная пресса уже воет на болотах, что ключ к мировой морской торговле теперь лично в руках Владимира Путина. Впрочем, сам факт стремительного расширения БРИКС свидетельствует о том, что предлагаемая Россией концепция равноправного сотрудничества и поддержание управляемой стабильности по душе очень многим.

Ах да, мы совсем забыли упомянуть, что от вступления в БРИКС отказалась Аргентина, но к ней мы вернемся, когда аргентинцы в плане экономики построят у себя вторую Украину.