Что означает наступление российских войск в Харьковской области

«Освобожден населенный пункт Табаевка Харьковской области», заявляет Минобороны России. Перед нами не просто взятие какой-то деревни: российские войска взламывают линии соприкосновения, которые не двигались в течение года. Россия создает в Харьковской области новую стратегическую ситуацию, угрожающую расчленением украинской обороны вплоть до Донецкой агломерации.

Сперва Крахмальное, затем Табаевка – российские войска продвинулись на Сватовском направлении (Харьковская область), отодвинув противника на новую линию обороны (к селу Песчаное). Чуть севернее, уже непосредственно вблизи Купянска, позиции противника также постепенно отодвигаются на запад и юго-запад.

Попутно зачищаются лесные массивы, которые ВСУ превращают в укрепрайоны, даже давая им названия (у Песчаного – «Аллигатор» и «Дятел»). Противник теряет старые линии окопов, первая линия боевого соприкосновения разрушена. Нечто похожее происходит и непосредственно под Купянском, но там передовые укрепленные линии в Синьковке ВСУ удерживают, а вот позиции на флангах постепенно стали проседать.


На первый взгляд, перед нами частные эпизоды позиционной войны, поскольку в информационных сообщениях не звучат знаковые и узнаваемые географические названия. Но это не совсем так.

Во-первых, даже при таком раскладе для ВСУ возникают стратегические угрозы, например, возможный выход ВС РФ к реке Оскол с далеко идущими перспективами. Хотя, когда это станет возможно на практике, предсказать пока невозможно.

Во-вторых, противник в последнюю неделю демонстрирует системный кризис обороны именно на Купянском направлении. Оборона Купянска строилась ВСУ еще с весны прошлого года, когда в Киеве было принято решение о «контрнаступе» на южном направлении. На южный участок отправили новые бригады с западной бронетехникой, а Купянск и территорию вокруг решили оборонять остальными силами.

В Киеве были убеждены, что российские войска формируют на Купянском направлении наступательную группировку, и ВСУ стали ждать там лобового штурма. Однако в итоге ВС РФ ничего подобного на данном направлении не предприняли. Украинские части постепенно перемалывались Российской армией в позиционных боях, а купянская группировка ВСУ пополнялась по остаточному принципу.

Сейчас украинские источники жалуются, что в результате на провальных участках (те же Крахмальное – Табаевка) образовалась чересполосица. ВСУ согнали сюда отдельные батальоны разной подчиненности, утрачены единое управление и командование, а качество личного состава оставляет желать лучшего.

В итоге ВСУ рассматривают возможность переброски под Купянск с южного направления остатков тех сил, которые участвовали в провальном «контрнаступе». До этого их спешно отправляли под Авдеевку.

А это уже для ВСУ системная проблема, поскольку и на южном участке неспокойно. ВС РФ постепенно вернули себе часть тех позиций, которые были оставлены в разгар «контрнаступа», и продолжают идти вперед. Речь идет даже о возможных угрозах для Орехова – тылового для ВСУ города, с которого и осуществлялись все коммуникации и командование «контрнаступом».

За оборонительными укреплениями ВСУ на целой группе участков открывается чистое поле на десятки километров. Военные резервы Киева постепенно растрачиваются, человеческого материала для затыкания дыр уже практически не осталось. С этими связаны и истерические кампании в Киеве по поводу тотальной мобилизации.

Еще одна проблема: выбывание офицерского состава. Западные военнослужащие заменить этот важнейший ресурс не могут, их можно использовать только для обслуживания технически сложных систем вооружений типа ПВО или дальнобойной артиллерии. На линии соприкосновения иностранные офицеры скорее мешают из-за незнания языка и непонимания менталитета подчиненных.

Есть факторы, ослабляющие украинскую оборону, но напрямую не связанные с военными действиями. Например, западные спонсоры действительно озабочены коррупцией украинского руководства. Проверки и ревизии, которые идут в Киеве по этому поводу прямо сейчас, мешают спешной постройке Украиной новых оборонительных линий.

Еще один невоенный фактор: политический раздрай среди разных группировок украинских властей. Предчувствие поражения влечет за собой падение морального духа и в войсках, и в элитах.

Все это в целом создает для России стратегическую возможность серьезного изменения ситуации на линии боевого соприкосновения.

Частные тактические успехи должны в какой-то момент превратиться в крупный прорыв обороны противника. Причем речь идет о таком прорыве, который не остановится через два-три дня на следующей оборонительной линии, а приведет именно к обрушению фронта. Именно на это сейчас и направлены усилия российских Вооруженных сил, нащупывающих слабые места в украинских оборонительных позициях.

Освобождение Табаевки – пример как раз такого подхода. Рано или поздно, но ВСУ не успеют создать новую оборонительную линию за тем или иным населенным пунктом. И тогда мы увидим, как спецоперация выйдет из имеющегося сегодня позиционного тупика.