"Пентагон упустил главное". В США раскрыли причину провала ВСУ

«Зацикленность на помощи как на панацее и игнорирование структурных и стратегических проблем, с которыми сталкивается Украина, — короткий путь к катастрофе, которая не соответствует интересам ни Киева, ни Вашингтона», — убеждает читателей аналитического центра Defense Priorities военный эксперт Майкл ДиМино. О том, почему западное оружие не обеспечило ВСУ преимущество на поле боя, — в нашем материале.

Задержка поставок ни при чем

О том, что необходимо вступать в переговоры с Россией, на Западе говорят все чаще. В данном случае примечательно, что ДиМино не просто бывший сотрудник ЦРУ, но и экс-советник Пентагона и Объединенного комитета начальников штабов США в Европе по конфликту на Украине, то есть участвовал в разработке стратегии ВСУ в нынешнем противостоянии.


«Надежды Украины вернуть территорию военной силой не оправдываются, несмотря на поток западной помощи», — отмечает эксперт. При этом в Вашингтоне, по его словам, склонны винить себя в отсутствии результатов, а не задавать более глубокие вопросы. На самом деле причины провалов вовсе не в ограниченности или задержке поставок.

В качестве примера ДиМино приводит прошлогоднее контрнаступление ВСУ. «Украину хорошо профинансировали и вооружили современной западной техникой. Многие эксперты считали, что даже без F-16 «силы Киева могли легко сломать сухопутный мост в Крым в течение нескольких месяцев», — напоминает он.

Однако за первые две недели ВСУ потеряли почти 20 процентов военной техники, а к концу лета Россия контролировала на 500 квадратных километров больше, чем до контрнаступления.

Сейчас, по мнению эксперта, в Вашингтоне наступают на те же грабли: вместо того чтобы искать дипломатические пути урегулирования кризиса, призывают дождаться эффекта от очередных поставок вооружений. И опять ничего не изменится, уверен ДиМино.

Слишком мало и слишком старые

Киев обречен прежде всего из-за ограниченности мобилизационного потенциала, объясняет аналитик. «Помощь полезна, только если есть много обученных солдат, способных ею воспользоваться», — пишет он.

У Украины их нет: средний возраст военнослужащего ВСУ на фронте сейчас — 43 года. А чтобы был хоть какой-то шанс, Киеву нужно, как утверждал Залужный, еще полмиллиона бойцов.

Такими резервами ВСУ не располагают — и новый закон о мобилизации не поможет. По данным киевского издания «Страна.UA», Минобороны Украины планирует поставить под ружье около 100 тысяч человек — каждого четвертого мужчину 1995-1996 годов рождения. Еще 10-20 тысяч наберут в тюрьмах. До полумиллиона очень далеко.

Это не говоря уже о качестве пополнения. В мае в украинских СМИ получил огласку случай, произошедший в 125-й бригаде, которая сейчас воюет в Волчанске. Туда прислали 100 новобранцев, но зачислили только троих — остальные оказались непригодны к службе.

Россия в силу демографического превосходства, убежден ДиМино, способна куда дольше выдерживать войну на истощение.

Русские умеют адаптироваться

Но и возможности Запада ограничены.

«После десятилетий неэффективного управления, недостаточного инвестирования и узкой ориентации на «Глобальную войну с террором» и Ближний Восток оборонно-промышленная база США значительно атрофировалась», — отмечает американский эксперт.

Именно этим обусловлено кратное превосходство России в артиллерийских снарядах. Сейчас, по подсчетам западных СМИ, их выпускают около трех миллионов в год (в 2025-м ожидают четыре миллиона).

А США — 432 тысячи. Европа в прошлом году обещала миллион, план выполнили лишь наполовину.

«Западная помощь должна опережать боевые потери Киева, чтобы украинская мощь росла, а не поддерживалась на минимальном уровне, — продолжает ДиМино. — Но добиться этого непросто».

Киев постоянно ждет от Запада «оружие победы». Но ни «Джавелины», ни HIMARS, ни «Абрамсы» и другие западные танки, ни ATACMS и Storm Shadow не смогли радикально изменить ход боевых действий, а российская армия продемонстрировала такую способность адаптироваться, что каждое следующее «вундерваффе» влияет на общую ситуацию меньше, чем предыдущее.

Киев оказался неспособным адаптироваться к западной военной доктрине, считает ДиМино. И цитирует Зеленского, сообщившего, что во время наступления российских войск под Харьковом Сырский был «на ключевых полях сражений, в бригадах и на боевых позициях». «В НАТО главнокомандующий не может заниматься микроменеджментом командиров бригадного уровня», — указывает аналитик.

При этом полезность западной модели в Киеве открыто подвергается сомнению — американские СМИ полны рассказов прошедших обучение в странах НАТО украинских солдат и офицеров, которые утверждают, что это им мало помогло.

Пора сесть за стол

Все это, заключает ДиМино, делает переговоры единственным возможным спасением для Киева. «Теперь ясно, что Украина не в состоянии вернуть себе утраченное с помощью военной силы, — подчеркивает он. — Не хватает ни живой силы, ни техники для создания достаточной боевой мощи или достижения преимущества в огне, необходимого для наступления».

И судя по новостям с дипломатического фронта, с этой картиной постепенно смиряются и на Украине, и на Западе. Вероятно, этим же обусловлены не самые позитивные для Киева итоги «саммита мира» в Швейцарии — следующий раунд имеет смысл проводить только с Россией.

Меняется и позиция Зеленского, который в 2022-м собственным указом запретил переговоры с Кремлем. На выходных он заявил, что в Киеве не исключают возможности общения с Москвой — правда, лишь через посредников.

Но если Украина никогда не сможет одержать пресловутую «победу на поле боя», способен ли Запад предложить такие условия, которые были бы для России предпочтительнее, чем продолжение конфликта? Ответа на этот вопрос пока нет.