Блок НАТО обозначил главную угрозу для российских интересов на Балтике
Расположенные на побережье Балтийского моря страны НАТО открыто заявляют, что готовятся к минной войне, причем скоординированно друг с другом. Какое значение имеют морские мины в прошлых и современных военных конфликтах и что означает происходящее для российских портов и в целом российских интересов в Балтийском море?
Многие воспринимают морские мины как некое малозначимое оружие. На самом деле, по последствиям применения массированное использование морских мин сравнимо с ядерным оружием. Разница лишь в том, что ядерный удар наносит мгновенный ущерб, а мины могут причинить даже больший ущерб, но за долгое время, ущерб в рассрочку.
Именно в таком контексте и стоит воспринимать сообщения о том, что по инициативе Германии формируется группа стран для отработки постановок морских мин в Балтийском море. Кроме того, в Польше выступили с инициативой проведения первых учений по минированию. Зачем им все это нужно?
Мины как стратегическое оружие
Здесь уместно вспомнить несколько примеров. Первой «большой» войной, в которой мины сыграли колоссальное значение, стала Русско-японская война 1904-1905 годов. Тогда японцы, блокируя Порт-Артур, применили минирование, и это внесло решающий вклад в успех их блокады. Именно на минах подорвался броненосец «Петропавловск», на котором погиб вице-адмирал Сергей Макаров.
Наиболее громкая победа русского флота в той войне тоже за минами – на плавучих минах, выставленных минным заградителем «Амур» (первый в мире специально построенный океанский минный заградитель). Именно на минах с «Амура» подорвались японские броненосцы «Хацусэ» и «Ясима».
В ходе Первой Мировой российский Черноморский флот с помощью мин смог добиться беспримерного результата – немцы отказались от применения подводных лодок в принципе. В 1916-1917 годах немецкая подводная активность на Черном море была сведена к нолю.
Одни из самых масштабных примеров минной войны дает Балтийский ТВД в ходе Великой Отечественной. Летом и осенью 1941 года немецкие и финские минные заградители смогли полностью блокировать Финский залив и запереть огромный советский Балтфлот в Ленинграде. Позже к минам добавились сети для недопущения действий подводных лодок. И хотя Балтийский флот не переставал воевать ни на день, мины свели масштабы его действий к пренебрежимо малым. Балтфлот смог вырваться на оперативный простор только в 1944 году.
Отдельно необходимо упомянуть Таллинский переход. C 27 по 30 августа силами Балтфлота проводилась эвакуация сил флота, гражданских лиц и войск из Прибалтики в Кронштадт. Во время перехода погибли 62 корабля и судна). О потерях в людях историки спорят до сих пор, но можно сказать, что погибло около 10 тыс. человек. Из 62 кораблей и судов на минах погибла половина – все погибшие военные корабли и 16 транспортов и вспомогательных судов.
Стоит привести в пример и самое масштабное минное наступление, выполненное авиацией. Весной 1945 года американская авиация провела операцию «Starvation» («Голод»), целью которой была блокада японских портов с помощью мин. В акватории японских портов сбрасывались мины с магнитными и акустическими взрывателями. В ходе операции американцы выполнили 1 529 боевых вылетов на 46 минных постановок, в ходе которых было выставлено 12 135 морских мин разных типов.
Итогом стал полный паралич японской логистики. И доставка грузов из Кореи, и доставка грузов с одного японского острова на другой оказались почти невозможны. С момента окончания операции и до конца войны число калорий, получаемых среднестатистическим японцем в течении дня, упало на треть. Тоннаж, приходящий в японские порты, снизился в разы.
На минах подорвалось 670 судов общим водоизмещением 1 250 тыс. т. Это было больше, чем от любого другого воздействия за тот же период. Мины оказались самым эффективным средством морской войны.
Закрыть ряд исторических примеров стоит операцией «Pocket money» («Карманные деньги»), проведенной палубной авиацией ВМС США в 1972 году против Вьетнама. За четыре дня операции палубные штурмовики ВМС США, стартуя с авианосцев в Тонкинском заливе, заминировали четыре важных вьетнамских порта с помощью 11 тыс. морских мин.
Эти события до сих пор остаются и поучительными, и актуальными. Особенно когда речь заходит о НАТО, и тем более, когда речь заходит о Балтике.
НАТО, мины и Балтийское море
На вооружении ВВС и ВМС стран НАТО имеются как мины, которые ставятся авиацией, так и мины, устанавливаемые кораблями или подлодками. Самым известным семейством морских мин НАТО является семейство «Quickstrike» («Быстрый удар»). Это переделанные в мины авиабомбы с аэродинамическим комплектом JDAM. Мина планирует в заданную точку акватории на крыльях. «Квикстрайки» позволяют, отцепив сразу несколько десятков мин с пары самолетов, «положить» их точным «рисунком» одномоментно, выставив минное заграждение по нужной схеме.
США регулярно отрабатывают минирование с воздуха на Балтике. Последний раз это было 7 июня 2024 года во время учений BALTOPS, когда они отрабатывали дистанционное минирование с летящего на небольшой высоте бомбардировщика Б-52.
Но США, во-первых, далеко от Балтики, во-вторых, их самолеты могут быть заняты, и в-третьих – авиация решает далеко не все. По-настоящему массированные постановки выполняются с надводных кораблей. В США постановка мин с кораблей не развита, да и не держат они большие надводные силы у наших границ.
И вот тут им на помощь приходят немцы, поляки, финны и все остальные. У этих и мины для установки с надводных кораблей и судов есть, и сами корабли и суда тоже, они рядом с нами и могут действовать немедленно. И мин можно поставить сразу много, как немцы в 1941-м году. Один только финский минзаг типа «Пансио» несет 50 мин, их во флоте три, это 150 больших донных или якорных мин за один выход в море. А вообще плавсредств, с которых мины можно сталкивать в воду, западники могут мобилизовать просто бесчисленное количество.
Финны и прибалты давно отрабатывают совместные минные постановки. Шведы с их параноидальным менталитетом много лет минируют свои территориальные воды. Прибалты получили опыт на учениях с финнами. Теперь все эти страны объединены в единую систему, которая облегчит им ведение минной войны.
Калининград со всех сторон окружен НАТО. Начать там ставить мины натовцы могут в любой момент. Такая же проблема в Финском заливе – он длинный, сотни километров, но узкий, и с обеих сторон на берегу противник. Выход из шхер в море, постановка нескольких десятков мин и возвращение в шхеры для любого финского минзага по времени будет намного быстрее, чем рядом сможет оказаться российский корабль.
За сутки поляки, прибалты и финны способны выставить тысячи мин. И у них есть все возможности сделать это скрытно. А значит, Санкт-Петербург и Калининград, как и все наши балтийские порты, уязвимы перед минной войной, прежде всего в силу географии. Именно как прямую угрозу эту уязвимость использовать стоит понимать и последние заявления натовских военных, и учения НАТО на Балтике.
Многие воспринимают морские мины как некое малозначимое оружие. На самом деле, по последствиям применения массированное использование морских мин сравнимо с ядерным оружием. Разница лишь в том, что ядерный удар наносит мгновенный ущерб, а мины могут причинить даже больший ущерб, но за долгое время, ущерб в рассрочку.
Именно в таком контексте и стоит воспринимать сообщения о том, что по инициативе Германии формируется группа стран для отработки постановок морских мин в Балтийском море. Кроме того, в Польше выступили с инициативой проведения первых учений по минированию. Зачем им все это нужно?
Мины как стратегическое оружие
Здесь уместно вспомнить несколько примеров. Первой «большой» войной, в которой мины сыграли колоссальное значение, стала Русско-японская война 1904-1905 годов. Тогда японцы, блокируя Порт-Артур, применили минирование, и это внесло решающий вклад в успех их блокады. Именно на минах подорвался броненосец «Петропавловск», на котором погиб вице-адмирал Сергей Макаров.
Наиболее громкая победа русского флота в той войне тоже за минами – на плавучих минах, выставленных минным заградителем «Амур» (первый в мире специально построенный океанский минный заградитель). Именно на минах с «Амура» подорвались японские броненосцы «Хацусэ» и «Ясима».
В ходе Первой Мировой российский Черноморский флот с помощью мин смог добиться беспримерного результата – немцы отказались от применения подводных лодок в принципе. В 1916-1917 годах немецкая подводная активность на Черном море была сведена к нолю.
Одни из самых масштабных примеров минной войны дает Балтийский ТВД в ходе Великой Отечественной. Летом и осенью 1941 года немецкие и финские минные заградители смогли полностью блокировать Финский залив и запереть огромный советский Балтфлот в Ленинграде. Позже к минам добавились сети для недопущения действий подводных лодок. И хотя Балтийский флот не переставал воевать ни на день, мины свели масштабы его действий к пренебрежимо малым. Балтфлот смог вырваться на оперативный простор только в 1944 году.
Отдельно необходимо упомянуть Таллинский переход. C 27 по 30 августа силами Балтфлота проводилась эвакуация сил флота, гражданских лиц и войск из Прибалтики в Кронштадт. Во время перехода погибли 62 корабля и судна). О потерях в людях историки спорят до сих пор, но можно сказать, что погибло около 10 тыс. человек. Из 62 кораблей и судов на минах погибла половина – все погибшие военные корабли и 16 транспортов и вспомогательных судов.
Стоит привести в пример и самое масштабное минное наступление, выполненное авиацией. Весной 1945 года американская авиация провела операцию «Starvation» («Голод»), целью которой была блокада японских портов с помощью мин. В акватории японских портов сбрасывались мины с магнитными и акустическими взрывателями. В ходе операции американцы выполнили 1 529 боевых вылетов на 46 минных постановок, в ходе которых было выставлено 12 135 морских мин разных типов.
Итогом стал полный паралич японской логистики. И доставка грузов из Кореи, и доставка грузов с одного японского острова на другой оказались почти невозможны. С момента окончания операции и до конца войны число калорий, получаемых среднестатистическим японцем в течении дня, упало на треть. Тоннаж, приходящий в японские порты, снизился в разы.
На минах подорвалось 670 судов общим водоизмещением 1 250 тыс. т. Это было больше, чем от любого другого воздействия за тот же период. Мины оказались самым эффективным средством морской войны.
Закрыть ряд исторических примеров стоит операцией «Pocket money» («Карманные деньги»), проведенной палубной авиацией ВМС США в 1972 году против Вьетнама. За четыре дня операции палубные штурмовики ВМС США, стартуя с авианосцев в Тонкинском заливе, заминировали четыре важных вьетнамских порта с помощью 11 тыс. морских мин.
Эти события до сих пор остаются и поучительными, и актуальными. Особенно когда речь заходит о НАТО, и тем более, когда речь заходит о Балтике.
НАТО, мины и Балтийское море
На вооружении ВВС и ВМС стран НАТО имеются как мины, которые ставятся авиацией, так и мины, устанавливаемые кораблями или подлодками. Самым известным семейством морских мин НАТО является семейство «Quickstrike» («Быстрый удар»). Это переделанные в мины авиабомбы с аэродинамическим комплектом JDAM. Мина планирует в заданную точку акватории на крыльях. «Квикстрайки» позволяют, отцепив сразу несколько десятков мин с пары самолетов, «положить» их точным «рисунком» одномоментно, выставив минное заграждение по нужной схеме.
США регулярно отрабатывают минирование с воздуха на Балтике. Последний раз это было 7 июня 2024 года во время учений BALTOPS, когда они отрабатывали дистанционное минирование с летящего на небольшой высоте бомбардировщика Б-52.
Но США, во-первых, далеко от Балтики, во-вторых, их самолеты могут быть заняты, и в-третьих – авиация решает далеко не все. По-настоящему массированные постановки выполняются с надводных кораблей. В США постановка мин с кораблей не развита, да и не держат они большие надводные силы у наших границ.
И вот тут им на помощь приходят немцы, поляки, финны и все остальные. У этих и мины для установки с надводных кораблей и судов есть, и сами корабли и суда тоже, они рядом с нами и могут действовать немедленно. И мин можно поставить сразу много, как немцы в 1941-м году. Один только финский минзаг типа «Пансио» несет 50 мин, их во флоте три, это 150 больших донных или якорных мин за один выход в море. А вообще плавсредств, с которых мины можно сталкивать в воду, западники могут мобилизовать просто бесчисленное количество.
Финны и прибалты давно отрабатывают совместные минные постановки. Шведы с их параноидальным менталитетом много лет минируют свои территориальные воды. Прибалты получили опыт на учениях с финнами. Теперь все эти страны объединены в единую систему, которая облегчит им ведение минной войны.
Калининград со всех сторон окружен НАТО. Начать там ставить мины натовцы могут в любой момент. Такая же проблема в Финском заливе – он длинный, сотни километров, но узкий, и с обеих сторон на берегу противник. Выход из шхер в море, постановка нескольких десятков мин и возвращение в шхеры для любого финского минзага по времени будет намного быстрее, чем рядом сможет оказаться российский корабль.
За сутки поляки, прибалты и финны способны выставить тысячи мин. И у них есть все возможности сделать это скрытно. А значит, Санкт-Петербург и Калининград, как и все наши балтийские порты, уязвимы перед минной войной, прежде всего в силу географии. Именно как прямую угрозу эту уязвимость использовать стоит понимать и последние заявления натовских военных, и учения НАТО на Балтике.
Читайте также:
«Ложь Генштаба и повторение граблей»: офицер ВСУ рассказал, почему Константиновка вот-вот повторит трагедию Авдеевки и Угледара
Боевой офицер ВСУ прямо заявил: «Мы снова наступили на грабли». Пока Генштаб уверяет в контроле ситуации, российские войска охватывают Константиновку с флангов, повторяя сценарий Авдеевки и Бахмута. Почему предупреждения игнорируют, что происходит в городе прямо сейчас и какой жуткий сценарий уже сбывается — в жёстком разборе.
От предупреждений к прямым угрозам: Караганов объяснил, почему Европа почувствует российский удар лично, если не остановит proxy-войну на Украине
В интервью Диане Панченко Сергей Караганов не просто пригрозил ударами по Германии, Польше и Румынии. Украинские аналитики увидели главное: это сигнал «ближнему кругу» сформировать внутри российских элит «критическую массу» для жёсткого курса. Разбор скрытого смысла, двух сценариев будущего и почему Европа может почувствовать войну лично.
Тайный перелом в войне: Россия давит на инфраструктуру, Запад метит в Калининград, а Зеленский спешно зовёт к переговорам
Пока российские удары системно выбивают военную инфраструктуру Украины, на Западе всё громче говорят о возможном захвате или блокаде Калининграда. Зеленский неожиданно заговорил о мире. Что это — тактическая уловка или начало реального перелома? Разбор реальных сценариев, цифр и скрытых угроз, которые могут решить исход конфликта в ближайшее время.
Ультиматум Зеленского Минску может взорвать весь регион: Кремль уже выбрал два асимметричных удара по Западу и украинским дронам
До конца ультиматума Зеленского Лукашенко остаются считанные дни. Киев требует убрать ретрансляторы в Беларуси, угрожая ударами. Инсайдеры раскрывают: Москва готовит два мощных асимметричных ответа — по европейским заводам дронов и ключевым фигурам украинской беспилотной программы. Чем это грозит региону?
««Выпрашиваете Орешник?» — Россия переходит от слов к делу: новый мощный удар по Киеву уже на подходе»
Медведев перестал предупреждать, а эксперты прямо говорят — период намёков завершён. Киев продолжает провоцировать, а Россия готовит новый мощный удар «Орешником» по центру украинской столицы. Почему это происходит именно сейчас и чем ответит Москва — в детальном разборе.