Путин назовет Трампу главное условие прекращения огня

В ожидании запланированного на сегодня телефонного разговора с Владимиром Путиным Дональд Трамп заявил, что за выходные проведена большая работа, многое уже сделано, шансы на заключение сделки очень велики. Оптимизм Трампа контрастирует не только с весьма сдержанными комментариями российского руководства, но и с заявлениями, звучащими из Киева и Европы. Хотя Европу к переговорам и не привлекают — глава европейской дипломатии Кая Каллас даже признала, что ЕС "ищет, но не находит возможности подключиться к переговорам", — многочисленные громкие заявления из Лондона и Парижа на тему "миротворцев" (которых там якобы готовы отправить на Украину и без согласия России), естественно, не способствуют признанию Киевом новой реальности, а именно: никаких западных гарантий безопасности не будет. Почему же тогда Трамп излучает оптимизм?

Отчасти это связано с его уверенностью в том, что он сумеет продавить Киев и Зеленский будет вынужден согласиться с тем, о чем президент США договорится с Путиным. Мнение Европы Трампа не беспокоит: он и сам умеет блефовать и прекрасно понимает, что Европа лишь делает вид, что готова повысить ставки и идти до конца, а в реальности у нее на руках слабые карты, она не способна вести самостоятельную игру на Украине. То есть на пути к сделке у Трампа есть только одна проблема: ее зовут Владимир Путин.

Президент России не намерен ни играть в поддавки, ни полагаться на честное слово Трампа, хотя и готов играть с ним по-крупному. Украина — лишь часть игры, однако часть принципиальная для России. Предложение Трампа о 30-дневном перемирии не было с ходу отвергнуто Путиным именно по этой причине — несмотря на то, что оно очевидно невыгодно России. Зато России выгодны разногласия на Западе по поводу Украины — позиция Трампа вызывает шок и трепет в Европе, не говоря уже о Киеве, что само по себе помогает нам в достижении наших целей. Безальтернативных для нас: Украина должна быть выведена из зоны влияния Запада. Готов ли к этому Трамп?


Его желание закончить конфликт очевидно: у него нет цели нанести России стратегическое поражение (то есть атлантизировать Украину, для того чтобы исключить неизбежное в будущем воссоединение ее с Россией), Украина неинтересна ему в качестве инструмента постоянного давления на Россию и сдерживания "русской экспансии" (то есть процесса восстановления Большой России). Не рассматривает он Украину и как способ держать под контролем отношения России и Европы, то есть использовать ее как "спорную территорию" и тем самым не допускать восстановления европейско-российского сотрудничества. То есть Трампу не близки большинство мотивов, определяющих отношение к Украине атлантистов (что американских, что европейских). При этом он, естественно, не собирается сдавать Украину России — он хочет использовать свои "уступки" по Украине, чтобы наладить отношения с Кремлем, прекратить конфронтацию и даже изменить конфигурацию ключевых сил на мировой арене. А заодно и переложить ответственность — не военную, а экономическую — за Украину на Европу.

Мотивы Трампа понятны, и именно поэтому Владимир Путин соглашается на серьезные переговоры с ним. Однако ведение переговоров и даже продвижение в них не означают, что Россия согласна с трамповскими условиями. Ведь то, на что Трамп уже готов пойти по Украине, не является для нас достаточным и приемлемым, оно лишь создает предпосылки для серьезных переговоров. Между Россией и США — потому что с Киевом Москва ни о чем договариваться не собирается как минимум до того момента, как все будет обговорено между нами и американцами. Просто так "войти в перемирие" даже на 30 дней — для России не вариант, потому что это не решает ничего. Остановить огонь, чтобы начать переговоры с Киевом? А что это дает, если в любом случае все будет решено на переговорах между Москвой и Вашингтоном? А их можно вести и так, и они уже идут. И на этих переговорах — как Путина с Трампом, так и между их представителями — нужно договориться, что будет после того, как смолкнут пушки. Не о контроле режима прекращения огня (это вопрос технический и глубоко вторичный), а по сути вопроса.

Когда и в какой форме будет объявлено о приостановке поставок западного оружия Украине — в совместном заявлении стран НАТО и Киева? Когда и как будет оформлен отказ Украины от вступления в НАТО и отказ НАТО от приема Украины — в том числе, возможно, и через договорные обязательства перед Россией? Когда России будет предоставлен контроль над всей территорией четырех новых субъектов Федерации? Когда и как будет сформирована новая украинская власть, способная заключать соглашения с Россией? Когда и как будут отменяться западные санкции против России, включая возвращение наших замороженных валютных резервов?

Решение этих вопросов — а ведь это еще далеко не все — невозможно отложить на потом, на после перемирия. Да, окончательное оформление их можно провести и после его начала, то есть подписаны они будут уже при тишине на линии фронта. Но детальное обсуждение и достижение принципиального согласия необходимы до, а не после начала перемирия. Иначе его просто не будет.

Так что Трампу и Путину будет о чем поговорить — и сегодня, и в ходе приближающейся личной встречи.