Наказывать Россию за агрессивность бесполезно

В Вашингтоне сейчас много говорят о стратегии сдерживания, которая должна обуздать вновь ставшую агрессивной Россию и наказать ее за тот вызов, который она, захватив Крым, бросила порядку, сложившемуся в Европе после холодной войны. Сторонники этой стратегии утверждают, что именно подобные методы помогли подорвать мощь Советского Союза и заставили Иран сесть за стол переговоров.

Они предпочитают не замечать, что успеха в одном случае удалось добиться только через 40 лет, а в другом — через дюжину лет (Акт о нераспространении в Иране был принят в 2000 году). Сдерживание — долгосрочная стратегия. Ей требуются сроки, как минимум, не уступающие тому времени, в течение которого Владимира Путин будет оставаться у власти. Более того, в данном случае она бесполезна, а также не соответствует интересам США.

Россию невозможно изолировать экономически. Она занимает шестое место в мире по величине экономики и входит в число ведущих экспортеров углеводородов. Она обеспечивает ЕС треть его нефти и газа. В пятницу Белый дом пообещал дополнительные западные санкции, однако крупные развивающиеся экономики не собираются загонять Россию в изоляцию. Ни одна из них не поддержала последнюю резолюцию Генеральной ассамблеи ООН, осуждавшую Россию за аннексию Крыма.


Кроме того, США не хватит политической мощи и авторитета, чтобы убедить или заставить другие страны, включая союзников по НАТО, последовать их примеру и прервать связи с Россией. Американцы истощены после десятилетия неудачных войн. Европейцы заняты внутренними проблемами и тоже не готовы идти на жертвы ради того, чтобы сдерживать Россию. Тем более, никто не готов на это из-за Украины.

Что еще важнее, сдерживание не соответствует интересам Америки. В однополярном или биполярном мире, попытки изолировать Россию были бы возможны и временами могли бы иметь смысл. Однако сейчас, каким бы предосудительным ни казалось Америке поведение России, по некоторым вопросам Вашингтон вынужден сотрудничать с Москвой. В настоящее время такими вопросами остаются противодействие терроризму и нераспространение ядерного оружия, а в будущем к ним присоединится вопрос отношений с Китаем.

В украинском кризисе у Америки есть две задачи: во-первых, ей нужно стабилизировать ситуацию на Украине и удержать Россию от новых территориальных захватов. Во-вторых, она должна защитить принципы, на которых держится современный европейский порядок.

Чтобы осуществить эти задачи, Вашингтон должен одновременно оказывать Москве точечное противодействие и предлагать ей тщательно рассчитанные компромиссы.

Американская стратегия должна дать ответ на российскую агрессию. Необходимо укрепить доверие к 5-й статье устава НАТО, посвященной коллективной обороне. Это нужно, чтобы успокоить испуганных союзников и чтобы обуздать Россию. Нам требуется поддержать Польшу и страны Прибалтики военными учениями, воздушным патрулированием, разработкой планов на случай чрезвычайных ситуаций и так далее. В дальнейшем странам НАТО следует восстановить свой военный потенциал, который в последнее время заметно уменьшился.

Но при этом одним противодействием ограничиваться нельзя. Санкции, конечно, демонстрируют возмущение Америки, но они не помогают сдерживать Россию и не помогут решить проблемы Украины. Между тем эта страна расколота, а ее государство движется к банкротству. После того, как в Киеве произошла революция, государственная власть на Украине ослабла и на передний план вышли глубокие политические разногласия между регионами. Неспособность властей провести полноценную операцию против восстания на востоке страны наглядно демонстрирует, насколько ненадежны украинские вооруженные силы и спецслужбы. Кроме того Украина балансирует на грани финансового коллапса. Даже без российского вмешательства Киеву было бы непросто заново отстроить украинское государство, добиться национального консенсуса и восстановить экономику.

Без сотрудничества с Москвой сделать это будет невозможно. Россия поставляет Украину большую часть потребляемых страной нефти и газа. На ее долю приходится треть украинской торговли. Она — в отличие от Европы — служит рынком для украинских товаров. Исторические связи, личные контакты и национальная идентичность обеспечивают России серьезное влияние на украинскую внутреннюю политику. Более того, Москва готова тратить на реализацию своих планов, связанных с Украиной, намного больше, чем США и Европа, потому что она считает эту страну жизненно важной для своей безопасности. Западные страны так к Украине не относятся. Если мы хотим, чтобы у Украины было будущее, российским интересам необходимо в той или иной степени идти навстречу.

Примерный характер компромисса уже понятен: внеблоковый статус для Украины, децентрализация ее политических институтов, некий официальный статус для русского языка и экономический пакет, обеспечиваемый американскими, европейскими и российскими ресурсами. Сейчас Киев предлагает конституционную реформу, отвечающую этим российским запросам. Осталось только обсудить детали.

Именно на этом следует сфокусироваться США вместо того, чтобы искать новые способы сдерживать Россию. Лишь активное участие Америки, сочетающееся с оказанием Киеву моральной и материальной поддержки, способно обеспечить справедливое урегулирование путем переговоров.

Украина, которая получится в итоге, будет не той ориентированной на Запад страной, которой Вашингтон хотел бы ее видеть. Москва будет обладать значительным влиянием на нее. Борьба вокруг геополитической ориентации Украины не закончится, однако она должна отступить на второй план по сравнению с политическим соперничеством внутри Украины. Это было бы далеко не худшим исходом.