Иран "оставил" США без 5-го флота

Разблокировка Ормузского пролива США не по силам и уже не нужна. А что на самом деле?.

Трампу нужно либо получить одобрение Конгресса на продолжение ведения боевых действий против Ирана, либо сворачивать операцию. Причем с учетом настроений среди американских парламентариев шансы на продление операции почти равны нулю. Что заставляет Трампа искать выход уже сейчас, заметил военный блогер Юрий Подоляка:



Потому готовится план Б, который всё может поменять. Занять остров Харк? Проводить десантную операцию на побережье Ормузского пролива? Двумя батальонами морпехов и подразделениями 82-й ВДД? Может кончиться очень плачевно.

США действительно сами себя загнали в весьма сложную ситуацию. Ормузский пролив – это уязвимая точка, и Иран имеет достаточно возможностей, чтобы осложнить обстановку: ракеты, мины, дроны, береговые комплексы. Но утверждать, что "США не могут его разблокировать", – это сильное преувеличение.

Американский флот никуда не делся. Более того, возможности для разблокировки пролива у США есть. Другой вопрос – цена и риски. Такое мнение высказал политолог, историк Владимир Ружанский.

– Получается, что зависимость США от этого региона преувеличена?

– С одной стороны, да, США действительно меньше других стран зависят от пролива благодаря собственной добыче нефти. Но это лишь частичная правда. Это не означает, что пролив не важен стратегически или что 5-й флот теряет смысл своего существования. Там проходит огромная доля мировой нефти – это вопрос глобальной экономики, а не только США.

– Существуют ли простые военные решения? Например, сценарии типа занять остров Харк или высадить два батальона морпехов?

– Такие сценарии слишком упрощают крайне сложную военную операцию до уровня настольной игры. В реальности операция против иранского КСИР – это асимметричная война. Иран не будет воевать в лоб. Он будет минировать, бить по военным базам, атаковать через прокси. Что, в общем, иранцы сейчас и делают.

– То есть десантная операция может провалиться?

– Да. Но не потому, что США слабы, а потому что цена конфликта высока для всех. Я бы использовал здесь другое определение: не "Иран победил", а Иран создал ситуацию, в которой контроль США над Ормузским проливом становится экономически и политически чрезмерно дорогим.

– В чем же проявляется это асимметричное противостояние?

– Иран не может победить США в классическом морском бою. Но он и не пытается. Вместо этого он использует береговые ракеты, которые дешевле кораблей, морские мины, стоящие копейки, но крайне эффективные, дроны и катера-камикадзе.

Против этого США вынуждены использовать авианосные группы, сложную логистику, дорогую ПРО и обеспечивать постоянное присутствие 5-го флота. Как говорится, из пушки по воробьям. Каждый выстрел Ирана стоит меньше, чем защита от него.

– В чем же тогда заключается главная проблема для Вашингтона?

– Главное – это цена контроля над Ормузским проливом. Ормуз – это не просто "узкое место". Это до 20% мировой нефти, критическая точка для всей Азии: Китая, Индии, Японии.

Контроль над этим проливом – это не флаг воткнуть. Это круглосуточное патрулирование, траление мин, защита танкеров и постоянный риск эскалации. Короче говоря, США могут обеспечить проход, но не бесплатно и не без риска ещё более масштабной войны.

– Может ли сверхдержава гарантировать безопасность в таком узком коридоре?

– Нет. Но может удерживать с постоянно растущей ценой. В этой модели ключевым становится не поражение противника, а изматывание его ресурсов. Каждый элемент иранской стратегии относительно дешев, но нейтрализация угроз требует от США несоразмерно больших затрат – в технологиях, логистике и постоянном военном присутствии.

– Похоже, что это легкая победа Ирана и большой позор Трампа?

– Можно и так сказать.