«Уже началось». Европа приготовилась к неизбежному и обратилась к России

Подземные газовые хранилища в ЕС наполовину пусты. Восстановить запасы надо уже к ноябрю, но сделать это крайне сложно. Цены опять растут, назревает новый кризис глобальных поставок.

Абсолютный минимум

К зиме запасаются с 1 апреля. Сейчас ПХГ заполнены в среднем на 49,7%.


Сказались несколько факторов: холодная зима, высокие темпы отбора газа, неблагоприятная ценовая конъюнктура. Подорожание из-за войны с Ираном ослабляет финансовую заинтересованность трейдеров в хранении топлива.

И неопределенность с ближневосточными поставками СПГ сохраняется, отмечает Павел Севостьянов, доцент кафедры политического анализа и социально-психологических процессов РЭУ имени Г. В. Плеханова.

Расчет не оправдался

Именно СПГ с 2022-го замещал Европе выпавшие объемы российского трубопроводного газа. Но, по оценке Международного энергетического агентства (МЭА), производство в Катаре и ОАЭ в марте — июне сократилось почти на 80% год к году из-за повреждений инфраструктуры и проблем с судоходством через Ормузский пролив.

В первые два квартала 2026-го Старый Свет (включая Турцию) недополучил от пяти до восьми миллиардов кубометров, то есть десять-пятнадцать процентов годового СПГ-импорта.

Конфликт затягивается

По прогнозам ACER, к завершению сезона закачки, к ноябрю, в лучшем случае запасы достигнут уровня в 75%, близкого к историческому минимуму. Но это под вопросом: потребуется существенно нарастить импорт СПГ — как минимум на 13% по сравнению с прошлым годом. А ближневосточный конфликт затягивается.

После очередного обострения ситуации в регионе трейдеры ждут скачка цен.

Даже при восстановлении поставок из Катара на стопроцентную мощность там выйдут не скоро. Европе остается соблюдать режим жесткой экономии, указывает Евгений Сумароков, доцент кафедры международного бизнеса Финансового университета при правительстве России.

И риск подорожания высок. Уже сейчас газ на хабе TTF стоит 50,6 евро за мегаватт-час.

Относительно спокойный сценарий: диапазон 45-60 евро. Если судоходство в Ормузе снова надолго ограничат, а Катар не восстановит экспорт, котировки способны вернуться к 60-80 евро, прогнозирует Владимир Чернов, аналитик Freedom Global.

Конкуренция обострится

Вдобавок из-за эскалации ситуации в Персидском заливе в Катаре решили пока не наращивать производство на крупнейшем в мире заводе СПГ в Рас-Лаффане. Эмират входит в первую тройку поставщиков Евросоюза. Катарский газ покупают и азиатские страны.

Рынок сильно зависит от динамики котировок и конкуренции за поставки, особенно с Азией, указывает в своем отчете Агентство ЕС по сотрудничеству в области энергетики.

В июле азиатские закупки могут вырасти до шестимесячного максимума в 23,05 миллиона тонн, тогда как европейские ожидаются лишь на уровне 6,9 миллиона, двухлетнего минимума. Китай, Япония и Южная Корея активно забирают американские партии, которые в другой ситуации ушли бы в Европу. Поэтому покупателям из ЕС придется предлагать более высокую цену, чтобы перенаправлять танкеры к себе, подчеркивает Чернов.

Однако большинство азиатских газовых контрактов привязаны к нефти (с лагом в три-шесть месяцев), которая сильно дорожает в периоды геополитической нестабильности. В Европе же ориентируются на спотовые цены хаба TTF. В итоге азиаты всегда платят больше и выигрывают конкуренцию.

Зимовать с полупустыми ПХГ европейцам совсем не хочется. При теплой погоде и стабильном импорте, конечно, есть шанс растянуть имеющиеся запасы. Но рисков слишком много: холода, аварии на норвежских месторождениях, новые блокировки Ормуза. Последствия не заставят ждать: взлет цен, удар по промышленным предприятиям, дефицит электроэнергии.

В последний вагон

И Европа опять хватается за российский газ. Закупить стремятся как можно больше: с 1 января вступит в силу запрет Брюсселя на импорт СПГ из России по долгосрочным контрактам.

В первом полугодии с "Ямала СПГ" выбрали практически все. По данным Kpler — 9,89 миллиона тонн, на 18% больше, чем за тот же период 2025-го. По оценкам неправительственной организации Urgewald, заплатили за это около шести миллиардов евро.

Пытаются успеть до конца года. Но о последствиях собственного самоубийственного эмбарго, похоже, совсем не задумываются.