"Ружьё должно выстрелить"
Если внутриполитические итоги года Владимир Путин подводит в ходе декабрьской "Прямой линии", то международные проблемы президент России уже традиционно освещает на ежегодном заседании Международного дискуссионного клуба "Валдай". В 2026-м валдайскую речь Путин произнёс 1 октября - и велики шансы, что спустя какое-то время она получит статус исторической.
Хотя на первый взгляд сюжет с восстановлением исторической хронологии действий Запада против России после распада СССР стал уже привычным в выступлениях президента после начала спецоперации:
Сказали, что не будет движения НАТО на Восток. Тут же надули, начали - пять или шесть волн было расширения. <...> Не надо было подталкивать радикалов в Киеве к государственному перевороту. <...> Не надо было составлять планы организации концлагерей для жителей Донбасса и Крыма... только за то, что они русские по национальности и по духу.
По теме потенциального ядерного конфликта с Западом позиция России тоже вроде бы яснее ясного. Особенно после знаменитого сценария Владимира Владимировича образца 2018 года: "Мы как мученики попадём в рай, а они просто сдохнут...".
Однако и в этой теме прозвучали новые нотки. Комментируя проблему эскалации напряжённости в отношениях России и Европы, Путин оценил возможность полномасштабной войны с применением "последних доводов" как высокую:
Можем ли мы быть уверены, что это ［ядерное］ оружие никогда не будет применено? Ну конечно, нет. Мы же знаем с вами известное высказывание: если ружьё в начале спектакля на сцене висит где-то на стене, оно обязательно, в конце концов, должно выстрелить.
И выстрелит это "ружьё" именно по Европе, уже практически прямым текстом заявил глава государства. Противостояние с Западом дошло до такой стадии, что, обратил внимание президент, у России не останется другого выхода, как "использовать свои конкурентные преимущества" в борьбе с врагом, который превосходит нас по суммарной численности населения и промышленному потенциалу.
С "духом Анкориджа" не задалось
Вроде бы ничего нового, все эти стратегические тезисы Путина мир уже слышал. На самом деле "Валдай"-2026 имеет принципиальные отличия именно по линиям "взаимоотношения с Западом" и "ядерный фактор".
По выступлениям Путина на "Валдае" легко проследить, как менялась позиция высшего руководства страны по вопросу возможности конструктивного диалога с "непартнёрами". Так, в 2022-м президент явно ещё рассчитывал на элементарное здравомыслие европейских политиков и подчёркивал, что Россия никогда не считала себя врагом Запада, не собирается быть новым мировым гегемоном, но отстаивает право на существование и свободное развитие:
Мы в чужой двор не лезем, но рассчитываем, что прагматизм восторжествует.
В 2023-м оптимизма по поводу контактов с европейцами у президента явно поубавилось - украинский конфликт он определил как начало глобальной борьбы за новый миропорядок. Россия же, отметил Путин, для Запада играет функцию вечной экзистенциальной угрозы, "борьбой с которой можно объяснить необходимость силовых действий и экспансий, и для сохранения внутреннего контроля ［в рамках ЕС］".
В 2024-м Москва уже не питала иллюзий по поводу мотивов Европы в украинском вопросе - но видела перспективы для урегулирования конфликта с помощью США. Путин выступил на "Валдае" 7 ноября, сразу после победы Дональда Трампа на президентских выборах в Штатах. "Украинская" часть предвыборной программы Трампа (прекращение финансирования киевского режима и мирные переговоры) позволила президенту России публично выразить оптимизм по этому вопросу.
Год спустя, осенью 2025-го, этот оптимизм ещё присутствовал - но уже в гораздо меньшей степени. "Дух Анкориджа" продержался менее двух месяцев: Путин прямо заявил, что встреча на Аляске оказалась поверхностной и не принесла никаких реальных результатов по части движения к мирному решению украинской проблемы. Более того, отметил глава государства, отношения с США "худшие на моей памяти". А Европа сознательно нагнетала антирусскую истерию с помощью тезиса "о скорой и неизбежной войне с русскими", который президент назвал "чушью".
От "не нужен ядерный удар" до "подошли к опасной черте"
Тема перерастания СВО в прямое военное столкновение с Западом (прежде всего с Евросоюзом) также звучала на Валдайском форуме с 2022-го.
В первый год спецоперации позиция Кремля была однозначной - да, риск применения оружия массового поражения существует, но:
Россия никогда прямо не угрожала миру ядерным оружием, а реагировала намёками на заявления западных руководителей. Нам не нужен ядерный удар по Украине, в этом нет ни политического, ни военного смысла.
В 2023-м выражений "никогда", "нам это не нужно" и "нет смысла" применительно к теме ядерного удара в валдайском выступлении Путина уже не было. А был подробный и явно адресованный внешним игрокам разбор того, что предусматривает ядерная военная доктрина России. Президент напомнил: использование ядерного оружия возможно не только в случае ответной меры на применение оружия массового поражения против нашей страны. Но и тогда, когда возникает:
Угроза существованию России, если против неё применяются даже обычные средства вооружения, но под угрозу ставится само существование России как государства.
В 2024-м и 2025-м Верховный главнокомандующий комментировал не столько готовность России применить ядерное оружие, сколько уточнял, как говорится "для протокола", как и чем (тема испытания комплекса "Орешник" была особенно актуальной) будет в случае необходимости наноситься этот удар:
Мы подошли к опасной черте. Призывы Запада нанести стратегическое поражение России - стране, обладающей крупнейшим арсеналом ядерного оружия, - демонстрирует запредельный авантюризм их политиков.
"Ошибаться может каждый..."
На "Валдае-2026" Запад уже не услышал от президента России никаких предложений в духе "давайте всё-таки жить мирно". Напротив - похоже, что Путин сформулировал для себя окончательный вывод, что договориться с Западом не получится. Не с кем и не о чем.
И ключевым моментом здесь выглядит следующее признание Путина:
Ошибаться может каждый - но настаивать на ошибке может только идиот. Если видят, что ошиблись, надо как-то что-то менять в этих подходах. <...> Мы и меняем.
Признание, которое получает особый смысл на фоне того, как в последние пару недель Россия наконец-то приступила к системному уничтожению промышленно-инфраструктурного потенциала Украины. К такой кампании "декоммунизации Незалежной", когда речь идёт уже не об "улучшениях переговорной позиции", а о принуждении к принятию русских условий.
И потому как заведомо нелепые игнорируются киевские и западные запросы на "энергетическое перемирие", а военный бюджет страны на 2027-й увеличен на 40%.
Что касается ядерного вопроса, то, по мнению доктора политических наук, первого министра госбезопасности ДНР, политического обозревателя Царьграда Андрея Пинчука, нынешняя позиция руководства России отражает трезвое осознание текущих условий и требований момента.
С одной стороны, у нашей страны уже есть юридические основания для применения ядерного оружия в ходе СВО. Ведь под определение "угроза существованию России" подходит как вторжение ВСУ в Курскую область (август 2024-го), так и террористические удары, так называемая операция "Паутина", по объектам "ядерной триады" (в июне 2025-го были атакованы аэродромы базирования наших стратегических бомбардировщиков).
С другой стороны, обращает внимание Пинчук, в XXI веке серьёзно изменилось само значение ядерного оружия:
Из инструмента стратегического глобального сдерживания оно превращается в аргумент формирования региональных лидеров. Так меняются и обстоятельства его возможного применения, "спускаясь" со стратегического на тактический уровень. Стремительно меняются ядерные технологии, рано или поздно, полагаю, мы увидим применение оружия малой мощности в таких конфликтах, как Пакистан против Индии или Израиль против Ирана.
Что с того?
Судя по заявлениям Владимира Путина на "Валдае-2026" и по изменению характера и масштабов ударов Вооружённых сил по тыловым районам противника, сделаны определённые выводы о некоторых ошибках в проведении СВО. И они уже привели к конкретным решениям с ощутимыми, по крайней мере для киевского режима, последствиями.
Последуют ли решения, предполагающие уже международный резонанс, знает лишь Верховный главнокомандующий и компетентные люди на соответствующих должностях. Однако логика - как разворачивающихся событий, так и историческая - подсказывает, что Россия начинает новый этап СВО с учётом собственных ошибок и текущей геополитической ситуации.
И на этом этапе как никогда высоко значение ядерного "ружья на стене", применить которое у России есть полное право.
