Чудо-оружие не взлетело: почему американские F-16 бессильны в небе над Украиной

Военные сводки из Киева принесли новую порцию "зрады". Причём оттуда, откуда не ждали: пилотам истребителей не хватает боеприпасов для отражения бесконечных волн российских ударных дронов. Хвалёная авиация, которую преподносили публике как спасительный щит, оказалась на голодном пайке.

На этом фоне победные реляции западных столиц о передаче Украине десятков "чудо-самолётов" выглядят чистой воды лицемерием: полученные машины заперты на земле, а те немногие, что поднимаются в небо, вынуждены работать в режиме пожарных команд с пустыми карманами.

А для нас это хороший повод подвести черту: чего добились столь желанные Зеленским "литаки".


Цена выстрела

Система украинской противовоздушной обороны трещит по швам именно из-за денег и заводских мощностей.

Много месяцев подряд западная пресса уверяла обывателя, будто американские F-16 станут несокрушимой стеной против крылатых ракет и дронов. Вот только экономику этой стены никто не объяснил, а она крайне жестока: стрелять по копеечному беспилотнику из "навороченной" ракетой AIM-120 AMRAAM за 1,5 миллиона долларов значит в первую очередь бить по бюджетам Украины и НАТО.

Западные заводы делают такие ракеты штучно, годами, для коротких операций, а не для перемалывания в топке континентального конфликта.

Быстро сообразив, что склады пустеют с пугающей скоростью, украинским лётчикам приказали перейти на дешёвый вариант – строчить по летающим целям из встроенных шестиствольных пушек M61A1 Vulcan.

Но глобально картину это не поменяло, ведь чтобы гарантированно сбить реактивный дрон, пилоту нужно выпустить длинную очередь примерно в 150 снарядов. В барабане F-16 их всего 511 штук. Вот и получается, что за один вылет украинский "орёл" в лучшем случае собьёт три "Герани".

Как пишет издание MiGFlug со ссылкой на отчёты The Wall Street Journal и Bloomberg, украинские запросы только по пушечным снарядам подскочили до 10 000 штук в сутки. Склады европейских стран НАТО к таким аппетитам оказались не готовы.

Когда Россия масштабировала налёты скоростных реактивных дронов "Герань-4", летающих со скоростью под 600 километров в час, ситуация окончательно стала критической. Попытки цеплять под крылья американские неуправляемые ракеты APKWS с лазерным наведением не стали панацеей: чтобы навести такую ракету, пилот должен удерживать лазерный луч на юркой цели посреди ночи и облаков, что само по себе та ещё задача.

Слепые охотники

Использовать современный скоростной истребитель вместо стационарного зенитного орудия – затея изначально порочная. Самолет создан для манёвров на больших высотах, для ракетных дуэлей и стремительных ударов, но точно не для роли сторожевой собаки у трансформаторной будки.

Бортовые радары F-16 проектировались под крупные металлические цели вроде советских бомбардировщиков.

Когда радар пытается разглядеть маленький композитный дрон, летящий над самыми кронами деревьев, электроника сходит с ума от помех. Поэтому пилоту приходится выискивать аппарат глазами, снижаясь на опасные высоты в 100-200 метров. На высоких скоростях любая оплошность, секундная потеря пространственной ориентации или попадание в стаю птиц гарантируют катастрофу.

Но даже если летчик подобрался к дрону вплотную и нажал на гашетку, опасность только начинается. Взрыв сорока или пятидесяти килограммов тротила прямо перед носом самолета превращает воздух в облако раскаленных осколков и тяжелого мусора. Воздухозаборник реактивного двигателя жадно засасывает всё это железо внутрь. Турбина разлетается в щепки за доли секунды, после чего тяжелая многомиллионная машина камнем падает.

Но даже это не самое страшное, ведь главный враг украинского пилота – его собственные союзники. Хрестоматийный пример — потеря первого украинского F-16 в августе 2024 года, когда погиб опытный летчик Алексей Месь с позывным "Moonfish".

В разгар отражения удара пилот сбил четыре воздушные цели, но домой так и не вернулся. Как сообщила депутат Марьяна Безуглая, лётчика сбили свои же – из комплекса Patriot. Скандал стоил кресла командующему Воздушными силами Николаю Олещуку, но системной проблемы это не решило.

Брошенный фронт

Хуже всего для Украины то, что роль затычки полностью лишает авиацию ее главного предназначения. Пока украинские пилоты сжигают ресурс двигателей над Винницей или Хмельницким, гоняясь за ночными беспилотниками, линия боевого соприкосновения остается абсолютно беззащитной с воздуха, что открывает украинские головы для прицельных падений российских бомб с УМПК.

Фронтовые бомбардировщики Су-34 сбрасывают чугунные полуторатонные болванки за десятки километров от переднего края, вообще не заходя в зону действия ближней ПВО, и методично выбивают опорные пункты.

Теоретически именно истребители должны были отогнать вражеские бомбардировщики прочь. Но на практике F-16 даже носа не смеют показать в сторону фронта.

Причина проста: в прифронтовой полосе дежурят российские тяжелые перехватчики МиГ-31БМ и расчеты зенитных систем С-400. Их дальнобойные ракеты Р-37М простреливают небо на двести с лишним километров. Как признают эксперты аналитического портала The War Zone, появление легкого западного борта в зоне поражения этой связки превращает его в гарантированную мишень задолго до того, как он сам выйдет на дистанцию атаки.

В итоге украинское командование угодило в тупик: самолёты просто прикованы к тылу и ничего не могу сделать. Истребительная авиация фактически расписалась в невозможности бороться за господство в воздухе, окончательно превратившись во вспомогательный придаток деградирующей зенитной сети.

Гнилое крыло

Главная тайна, которую усердно обходят стороной чиновники в Брюсселе и Вашингтоне, звучит просто: большая часть обещанного авиакрыла стоит на приколе без движения.

Политики бодро отчитывались о передаче более сотни бортов от Дании, Нидерландов, Бельгии и Норвегии. Но в реальности, согласно данным The Wall Street Journak, из поставленных 40, а то и 50 машин боевые вылеты способны совершать от силы 15-20 единиц. Остальные застряли на бесконечном техобслуживании, даже не добравшись до границы.

Причина в том, что самолёты, переданные Украины, попросту старые, а при этом каждые 300 часов должны проходить полный углубленный техосмотр. Для мирной Америки это вполне нормально, но вот для Украины – огромная проблема.

И словно этого было мало, Пентагон наотрез отказался пускать своих гражданских специалистов и заводских инженеров Lockheed Martin на территорию Украины: Белый дом опасается, что удар российской баллистической ракеты по какому-нибудь аэродрому накроет американских граждан, втянув Вашингтон в прямую войну.

Так что ремонт скинули на бельгийскую компанию Sabena Aerospace, а там процесс обслуживания одного борта растянулся на безумные 40 недель. Больше 20 номинально украинских F-16 годами стоят в бельгийских ангарах в ожидании запчастей.

А тут ещё и фактор неприветливой русской земли. Американский истребитель – птица капризная и изнеженная, его воздухозаборник расположен всего в полуметре от земли. Любой кусок раскрошившегося бетона, камешек или мусор на полосе могут в любой момент "всосаться" в двигатель и вывести его из строя. Советские плиты украинских аэродромов для таких неженок не предназначены.

Так что местным инженерам приходится безостановочно пылесосить полосы специальными машинами перед каждым вылетом. А поскольку надежных подземных железобетонных укрытий нужного размера на базах почти нет, самолеты нет-нет а попадают под прилеты российских ракет и дронов – даже несмотря на то, что точную дислокацию импортных "птичек" стараются держать в секрете.

Чтобы сохранить хоть что-то на крыле, украинские механики разбирают одни полученные борта на винтики, чтобы взлетели другие, а значительную часть авиапарка и вовсе пришлось вывезти за пределы Украины – от греха подальше.

Конец иллюзий

На самом деле, глупо делать виноватыми в текущем кризисе ПВО самих украинских военных – проблема в концепции, которую западные советники упорно скармливали Киеву на протяжении двух лет.

Нельзя выиграть тотальную промышленную войну на истощение штучными, дорогими и сложными игрушками, требующими стерильных условий и полугодового обслуживания в тыловых странах Европы.

Идея сделать из легких сверхзвуковых машин щит против тысяч дешевых дронов отдаёт банкротством уже на этапе самого размышления о ней. На каждый уничтоженный беспилотник украинская сторона тратит драгоценные часы моторесурса старых американских моторов, дефицитные снаряды и жизни штучных пилотов, которых готовили годами на закрытых базах НАТО.

Этот костыль, подставленный под рушащееся здание ПВО, просто не работает и не может работать.