Что такое «молниеносный удар» США и чем может ответить Россия?

Минобороны России сообщило, что в ответ на планы США о разработке системы Prompt Global Strike, позволяющей нанести удар обычным вооружением по любой точке планеты в течение нескольких десятков минут, Россия может создать собственную систему глобального молниеносного удара. Впрочем, замминистра обороны Юрий Борисов подчеркнул, что все таки в первую очередь будут разрабатываться системы противодействия этим новым видам вооружения, так как основная доктрина нашей страны — оборонительная. Мы попытались разобраться, чем грозит для России американская концепция «молниеносного удара» и чем мы можем на нее ответить.

Американская концепция быстрого глобального удара подразумевает наличие двух составных частей — межконтинентальных баллистических ракет (МБР) в неядерном оснащении и гиперзвуковых летательных аппаратов. Если говорить про МБР, то тут ничего нового — это обычные межконтинентальные ракеты, оснащенные высокоточными неядерными боевыми блоками. Приоритетом здесь является оснащение неядерными блоками ракет морского базирования типа Trident.

Второй компонент — стратегические крылатые ракеты с гиперзвуковой скоростью. Сейчас ведутся испытания ряда прототипов, в частности — X-51 Waverider.


Есть еще и третий компонент — кинетическое оружие, однако оно пока относится к области научной фантастики и звездных войн. Вкратце принцип действия этих зарядов можно описать так: тяжелые тугоплавкие стержни из вольфрама длиной 5–10 метров с высокой точностью сбрасываются с орбиты. По расчетам военных, стержень длиной около 6 метров и толщиной в 30 см на скорости соударения с объектом порядка 3500 м/с дает высвобождение в точке удара энергии, эквивалентной взрыву 12 тонн тротила.

Применять Prompt Global Strike в первую очередь планируется против мобильных и стационарных пусковых установок баллистических ракет, командных пунктов и других ядерных объектов. Также под «мгновенный удар» попадают пусковые установки оперативно-тактических и зенитных ракет, которые мешают авиации поддерживать проведение наземных операций. Кроме того, он наносится по инфраструктуре террористических организаций.

США уже косвенно назвали страны и цели, против которых в перспективе «мгновенный удар» может быть применен. Это Китай, Северная Корея, Иран и международный терроризм. Россия в этих списках не значится, однако эксперты убеждены, что этот удар рассчитывается и по «нашу душу».

В целом, по мнению военного эксперта Виктора Мураховского, пока в Prompt Global Strike больше вопросов, чем ответов.

— Что касается МБР, то они сразу упираются в Договор по ограничению стратегических наступательных вооружений (СНВ), согласно которому считаются носители ядерных боеголовок и сами ядерные заряды, — напомнил эксперт. — Если такое средство будет в обычном оснащении, оно засчитывается в счет Договора СНВ. Однако вполне возможно, что они пойдут на то, чтобы полтора-два десятка ракет оснастить неядерными боеголовками. Другими средствами реализовать эту концепцию пока не представляется возможным. Ведь гиперзвук — это перспектива семи-десяти лет. Кроме того, при массовом пуске МБР, на которых не написано, какими блоками они оснащены, возможность ответного ядерного удара от России или Китая имеет очень высокую вероятность.

Сложность с гиперзвуковыми ракетами в том, что сейчас наши зенитно-ракетные системы — в частности, новейшая С-400 — могут перехватывать цели, летящие на скорости до 4500 м/с. Перехватывать ракеты со скоростями до 7800 м/с (а такие характеристики пытаются заложить в американские гиперзвуковые ракеты) пока способны только системы стратегической ПРО А-135 и перспективные А-235 и С-500.

— У нас только два пути, — отметил Мураховский. — Разрабатывать гиперзвук (и такие работы ведутся), а также переоборудовать наши МБР на обычное оснащение. Но есть ли в этом практический смысл, пока не понятно.