"Халифат" смотрит на Россию

Война против группировки "Исламское государство" в Сирии и Ираке не может стать успешной без проведения наземной операции. В этом уверены участники московского Политклуба "Росбалта", обсудившие ситуацию, сложившуюся на Ближнем Востоке. При этом, по мнению экспертов, Россия — одна из главных целей исламистов.

Не столь важно, что полагает Москва относительно того, угрожают ли ей "халифат" в Ираке и Сирии. Важно, что "они говорят, что они для нас угроза", — полагает политолог Глеб Кузнецов. Он отмечает, что сам проект "Исламского государства Ирака и Леванта" (ИГИЛ) можно назвать "модернистским", причем он объединяет как радикальный исламизм, так и радикальные же социальные требования, что является очень привлекательным отнюдь не только для населения Ирака или Сирии.

Политолог отмечает, что проект исламистов ориентирован на присоединение территорий, включая даже ту же Новороссию, которую они рассматривают не как русскую или украинскую землю, а как бывшую территорию крымского ханства, то есть мусульманского государства. Главная же проблема, судя по всему, в том, что мировое сообщество пока не осознало всего масштаба опасности. В тот же момент, "когда они это поймут, может быть уже поздно".


Созданию единого фронта против ИГИЛ мешает политика, соглашается главный редактор журнала "Арсенал Отечества" Виктор Мураховский. По его мнению, ИГИЛ имеет современную военную организацию, у нее не боевики, а подобие регулярных подразделений, общая численность которых 45-50 тыс. человек, из которых "25 тысяч — общевойсковые подразделения", ведущие боевые действия на переднем крае.

ИГИЛ, по словам военного эксперта, обладает даже собственной, достаточно эффективной системой ПВО. Хотя сейчас, по мнению главного редактора журнала "Арсенал Отечества", нет никого, кто бы рискнул поставлять вооружение армии "Исламского государства", у них, в виде военных трофеев, уже есть все, включая даже собственную авиацию, включающую, например, российские вертолеты Ми-35, совсем недавно поставленные официальному иракскому правительству в Багдаде и захваченные на днях ИГИЛ вместе с большой авиационной базой.

Что же касается противников так называемого "халифата", то, по мнению Мураховского, наступательным потенциалом не обладают ни режим Башара Асада в Сирии, ни так называемая "курдская милиция" (пешмерга), ни иракская регулярная армия, которая не выдерживает прямых боевых столкновений с войсками ИГИЛ. В то же время, две силы в регионе, которые могли бы провести эффективную наземную операцию: Иран и Турция, по политическим причинам не готовы присоединиться к военной коалиции, которая сколачивается под патронажем США. И причина не столько в самих американцах, сколько в том, что кого они уже выбрали себе в качестве союзников, то есть в суннитских монархиях, вроде Катара или Саудовской Аравии.

В связи с этим, Виктор Мураховский полагает, что к концу года ситуация на территории Ирака и Сирии только усложнится, а ИГИЛ будет успешно использовать неизбежные случаи гибели гражданских лиц в результате воздушных ударов со стороны военной коалиции, создаваемой американцами.

В свою очередь старший научный сотрудник Института востоковедения РАН профессор Владимир Сажин согласился, что в течение ближайшего года победить ИГИЛ не удастся. Однако, по его словам, в действительности Иран готов сотрудничать с антиисламисткой коалицией, потому что появление государства вроде ИГИЛ на своих границах — это ночной кошмар официального Тегерана. Также вмешательство Ирана неизбежно в случае, если под угрозой захвата исламистскими (что важнее всего — суннитскими) боевиками окажутся шиитские святыни или районы, населенные шиитами в Ираке. На границе уже сконцентрированы, на всякий случай, военные подразделения, а иранские военные консультанты уже участвовали в планировании обороны Багдада, когда казалось, что ИГИЛ сможет в ближайшее время начать штурм иракской столицы.

По словам Владимира Сажина, идеальной была бы ситуация, при которой в Багдаде начал бы действовать единый штаб или координационный центр, "который объединил бы всех противников ИГ", от израильтян и американцев, до иранцев и представителей монархий Персидского залива. Однако эксперт сам соглашается с тем, что этот план на настоящий момент — утопия. Скорее всего, война примет затяжной характер.

Впрочем, по мнению директора Центра анализа ближневосточных конфликтов Александра Шумилина, разгром ИГИЛ так или иначе неизбежен. Разумеется, эта организация, даже лишенная собственной территориальной базы и армии, будет существовать еще достаточно долго. И представлять угрозу, в том числе, и для России, особенно для мусульманских ее регионов, а также для среднеазиатских республик. Тем не менее, "структура ИГИЛ будет формально уничтожена", а "Ирак будет спасен", говорит эксперт. Угроза слишком велика и большинство государств ее уже осознают.

По словам Александра Шумилина, показательно, что врагами ИГИЛ стали практически все силы в регионе и за его пределами. Радикальные исламисты не получили поддержки даже со

стороны так называемых "умеренных" суннитов в самом Ираке. Соответственно, врагами исламистов являются и "суннитские" арабские государства. Хотя, разумеется, главными врагами являются шииты, которых радикалы фактически не признают мусульманами. Остальные враги — "неверные", и победа над ними сегодня для ИГИЛ менее важна. Хотя, как отмечает Шумилин, Россия, в качестве главной опоры режима Башара Асада, является для исламистов даже более важным врагом, чем США, о которых сторонники "халифата" вспомнили лишь после того, как американцы начали наносить воздушные удары по их позициям.

Причина этого в базовом отличии ИГИЛ от "Аль-Каиды" в Ираке, которая была одной из организационных предшественниц исламистов. Если "Аль-Каида" отличалась "глобализмом", то "Исламское государство" привязано к конкретным территориям. Противостояние внутри Сирии, равно как и война за власть в Ираке для них важнее, чем глобальная борьба с Западом. Следовательно, и Россия, как страна, поддерживающая Башара Асада, до недавнего времени была большей угрозой, чем США. Несмотря на то, как рассказал Александр Шумилин, есть масса свидетельств в пользу версии, что сирийские спецслужбы косвенно поддерживали ИГИЛ на этапе становления этой организации, рассчитывая использовать ее как противовес светской сирийской оппозиции, в частности, приписывая всей сирийской оппозиции в целом те зверства, осуществить которые способны были только исламисты.

Таким образом, большинство экспертов сомневаются, что возможна скорая победа над ИГИЛ. Россия, Иран и Турция не готовы подключиться к существующей коалиции. Режим Башара Асада коалиция сама не готова принять в число союзников. Наземную операцию также пока никто проводить не намерен. Так что шансы на скорую победу минимальны. Впрочем, с учетом того, что еще не так давно никто, кроме экспертов, ничего про ИГИЛ не знал, возможны и неожиданности. От "ассиметричных ответов" исламистов на воздушные удары со стороны коалиции, которые прогнозирует Виктор Мураховский, до быстрого разгрома ИГИЛ из-за совпадения интересов всех противников исламистов, о котором говорит Александр Шумилин. России, в любом случае, стоит рассчитывать на последнее, что она пока явно и делает, избегая, правда, прямого участия в военных действиях.