Век санкций не видать

Что на самом деле угрожает экономическому суверенитету России?

Глава МИД РФ Сергей Лавров заявил, что санкции – это проблема Запада, но не России. «Мы санкции не вводили. Мы не начинали эту санкционную спираль, которая раскручивается. Мы неоднократно говорили, что нам тут намекали не латвийские коллеги, а некоторые другие, давайте, мол, согласуем критерии, вы эти критерии выполните, тогда мы будем санкции снимать. Мы ничего не будем обсуждать», — сказал Лавров по итогам переговоров со своим латвийским коллегой Эдгаром Ринкевичем.

По словам главного российского дипломата, «это абсолютно нелегитимные и контрпродуктивные меры, от них страдают все, в том числе и мы».


Но при этом Лавров выразил уверенность, что «мы точно совершенно из этой ситуации выйдем, даже, я думаю, с плюсом».

Неделей ранее Джордж Сорос предрёк России неминуемый дефолт из-за санкций и падения цен на нефть.

Чей прогноз реалистичней? И насколько верна озвученная Лавровым тактика, по игнорированию на внешнеполитическом уровне западных санкций?

- Надо понимать, что у России не так много рычагов воздействия на Запад, - говорит депутат Госдумы РФ Вячеслав Тетёкин. – В экономической сфере взаимозависимость существует только в сфере энергоресурсов. Предположить, что мы откажемся продавать Европе нефть и газ, сейчас может только писатель-фантаст. Хотя, конечно, нынешние экономические отношения между Россией и Европой ущербны. И, по большому счёту, Запад сам себя накажет, если откажется от них. Мы продаём им по дешёвке природные ресурсы, а они втридорога сбывают нам высокотехнологическую продукцию. В этом смысле самой лучшим ответом на санкции было восстановление нашей обрабатывающей промышленности: станкостроения, электроники и т.д.

Вот когда на Западе бизнесмены поймут, что они всерьёз теряют российский рынок сбыта, они тут же с удвоенной силой начнут давить на своих политиков. Российский рынок является очень ёмким и платёжеспособным. Сама угроза потерять его, вынудит Запад отменить многие санкции.

С другой стороны, верить в то, что в нынешней ситуации в обмен на какие-то наши непринципиальные уступки будут отменены санкции, также нельзя. Это типичный приём, который применяет Запад. Получив одну уступку, они тут же говорят: хорошо, но мало. И вот эта песня может длиться бесконечно.

— То есть ждать, что санкции будут отменены в 2015 году, нельзя. Какими последствиями это может грозить для нашей экономики?

- Я думаю, что Сергей Лавров в принципе прав, говоря, что это дело Запада: сами ввели санкции, сами пусть и отменяют. Уговаривать их не стоит.

Я по-прежнему считаю, что для России вообще опасны не столько санкции, сколько либеральная экономическая группа в российском правительстве. Политика Центробанка, Минэкономразвития, Министерства промышленности и торговли приносит очень серьёзный вред. Если Путин хочет, чтобы Россия выстояла перед давлением западного мира, надо сначала навести порядок у себя дома.

Посмотрите, повышение Центробанком ключевой ставки до 17 процентов уже привело к тому, что и коммерческие банки задрали ставки, и большинство промышленных предприятий России не может получить кредитов. В так называемых цивилизованных странах, на которые у нас любят ссылаться, в трудные для отечественного производства времена резко понижают ключевую ставку, чтобы производители могли брать дешёвые кредиты. У нас же пошли по диаметрально противоположному пути, под видом борьбы с финансовыми спекуляциями поставили на грань выживания всю ещё уцелевшую обрабатывающую промышленность. О каком же импортозамещении можно тогда говорить? По большому счёту у нас в несколько смягчённом варианте в экономике проводится в жизнь пресловутая политика господина Гайдара. Пока это не изменится, ожидать, что Россия сможет достойно защититься от западных санкций, не приходится.

- Во-первых, хочу заметить, что санкции сами по себе оказывают реальное негативное воздействие на нашу экономику, - говорит эксперт Института современного развития Никита Масленников. – И с точки зрения ускорения инфляции, и с точки зрения дополнительного торможения инвестиций. А это в свою очередь понижает рейтинг страны. Реальная оценка ущерба – вопрос пока открытый. Экономист Игорь Николаев с коллегами пришли к выводу, что в прошлом году общий объём экономических потерь России из-за санкций составил 1,2 процента ВВП. Это можно оспаривать, но определённая логика в этих подсчётах есть.

К тому же и Центробанк однозначно говорит о том, что роль санкций в том, что инфляция у нас по итогам 2014 года составила больше 11 процентов (в 2013 году она составляла лишь 6,5 процентов) высока.

То, что в 2015 году санкций не отменят, серьёзные аналитики даже не обсуждают между собой. Так же, как и то, что цены на нефть не поднимутся до планки, в расчете на которую верстался бюджет.

Исходя из этого, надо выстраивать и антикризисную стратегию, и стратегию перехода на новую модель экономического развития. Последнее надо делать абсолютно безотлагательно.

В этом смысле нельзя не признать, что именно санкции заставляют нас всерьёз обращаться к проблеме импортозамещения. Но я бы предостерёг тут от шапкозакидательских настроений. Надо трезво оценивать свои возможности.

В первую очередь нам по силам обеспечить продовольственную безопасность страны. Мало того, при правильной перезагрузке аграрной политики мы могли бы стать одним из ведущих импортёров продовольствия в мире.

Что касается сложных производств, в современном мире качество конечной продукции почти всегда определяется уровнем интеграции в мировое производство. Зачастую станки, самолёты и т.д. имеют очень много составляющих, произведённых в разных странах. И тут нам надо определиться, что мы можем сделать лучше других. Таким образом, импортозамещение может привести не к отдалению от мировой экономики, а к ещё большему погружению в неё.

Иначе говоря, санкции нас сегодня заставляют решать проблемы, которые не решались годами.

— Что же всё-таки может стать поводом для отмены санкций?

- Надо осознать, что закончилась эпоха, которая началась с Косово и закончилась Крымом. Необходимо начать работу по подготовке крупной международной конференции, на которой будут разработаны новые гарантии международной безопасности. Можно даже назвать её новой разрядкой по аналогии с тем, что было в 70-е годы прошлого века. Принятый тогда Хельсинский акт работал несколько десятилетий. С точки зрения сохранения государственных границ – точно. Выводы должны сделать и мы, и Запад. Отчасти я соглашусь с Лавровым, что отмена санкций, это не столько наше дело, сколько тех, кто их принимал.

Однако идти в добровольную самоизоляцию мы не имеем права, необходимо искать внешнеполитические ходы, которые позволяли бы нам, сохраняя суверенитет, оставаться в глобальном экономическом хозяйстве.

— Насколько реален прогноз Сороса о «неминуемом» дефолте в России?

- С одной стороны у нас внешний долг очень невелик – около 13 процентов ВВП. Поэтому смешно говорить, что мы можем попасть в суверенный дефолт. Но с другой стороны, сегодня те же западные эксперты не понимают, чего ждать от нашей экономики, какая будет принята стратегия её развития в изменившихся условиях. Именно поэтому мировые аналитические агентства понижаю наш рейтинг.