Источники в штабе Народной милиции ЛНР сообщили, что 18 января получено согласие полевого командира Александра Галдея с позывным «Рим» на разоружение его отряда, дислоцированного в Свердловске (ЛНР). Боевая техника отряда будет передана 4-й бригаде Народной милиции ЛНР. Переговоры о разоружении происходили непросто — сообщается, что ранее "Рим" угрожал в случае штурма его базы взорвать имеющуюся в его наличии взрывчатку. То есть, отряду угрожали штурмом.
Напомним, что 17 января глава ЛНР Игорь Плотницкий потребовал от всех военизированных формирований, которые еще не вошли в состав силовых структур Республики, сделать это.
«Каждый, кто не вступит в Народную милицию, полицию или в другие силовые структуры, не должен носить и иметь оружие, и не должен диктовать свою волю на территории Республики», - подчеркнул глава ЛНР. «В противном случае, если они это не сделают — они будут объявлены незаконными военными формированиями. В соответствии с этим они будут иметь дело с Законом, по которому они будут расформированы», - заявил Плотницкий.
Впрочем, даже официальное вхождение в состав Народной милиции не дает никаких гарантий. Так, Александр Беднов, убитый вместе с несколькими своими сослуживцами из засады операторами, действующего в интересах Плотницкого ЧВК, вместе со своим подразделением вошел в состав НМ.
Разоруженный отряд МГБ ЛНР "Одесса", который угрожали уничтожить вместе с базой и находящимися там семьями бойцов, так же полностью подчинялся властям ЛНР.
Сегодня никто в ЛНР, по крайней мере, открыто не выступает против необходимости введения единоначалия и консолидации сил, необходимой для победы над киевскими оккупантами.
Однако у многих вызывает непонимание, почему в тот самый момент, когда каратели атакуют населенные пункты республики, нужно разоружать вполне боеспособные подразделения, и задействовать для этого другие подразделения, снимая их с фронта.
И вызывает неприятие та форма, в которой это делается. Люди недоумевают, почему нужно обязательно разгонять и разоружать сложившиеся и доказавшие в бою свою верность подразделения? Ведь их сплоченность и слаженность, основанная не на формальной дисциплине, а на взаимном доверии и уважении, проверенной в огне — главный залог их боеспособности.
Но возникает ощущение, что одна из целей "разоружения" является именно разрушение этих братских уз, связавших бойцов ополчения. А также превращение их из сознательных и свободных борцов за человеческое достоинства в винтики системы. Так, во всяком случае, считают многие луганские ополченцы.
Также они полагают, что данная инициатива направлена, прежде всего, против казаков и казачьих отрядов.
Напомним, что Игорь Плотницкий прямо заявил, что все казаки, желающие служить, а не «пахать землю», должны оставить свои отряды и вступить в создаваемые им "казачьи" подразделения.
Тут следует обратить внимание на следующее обстоятельство: донские казаки являются коренным и автохтонным населением большей части Луганской Народной Республики. В некоторых населенных пунктах их большинство.
Во времена украинского господства они являлись самым дискриминируемым национальным меньшинством на Украине. Им отказывали даже в праве на самоидентификацию, поскольку сам факт их существования разрушал важнейшие украинские пропагандистские мифы.
Не случайно, что донские казаки, живущие в Донбассе стали в первые ряды Сопротивления, и начали формирование ополченческих отрядов. Очевидно, что сегодня казаки играют важнейшую роль в обороне ЛНР и держат целые участки фронта. Именно поэтому, полагают некоторые наблюдатели, Плотницкий начал разоружение не с казачьих подразделений.
Отряды казаков обладают высочайшей сплоченностью, что не удивительно, если учесть, что в них служат родственники и соседи. Казачьи структуры обладают абсолютной легитимностью, поскольку в них полностью реализованы принципы народовластия, основанные на традиции, насчитывающей, как минимум, несколько столетий. Возможно, именно это и беспокоит нынешнее руководство ЛНР.
При этом сами казаки, видят в своих отрядах не что иное, как гарантию своего права быть казаками (чего они были лишены под Украиной, где "козаками" могли быть только "свидомые" фрики-аниматоры с Волыни и Буковины с оселедцами), жить в согласии со своей совестью и по своим традициям.
Возможно, что Игорь Плотницкий, как армейский офицер предпочитает иметь дело с безропотными солдатами, готовыми выполнить любой приказ начальства, чем со свободолюбивыми, с обостренным чувством собственного достоинства людьми, намеренными жить по чуждым и непонятным ему правилам. Однако ему или придется это принять, или подумать об уходе с поста главы казачьего, по сути дела, края.
Между тем, ничего сложного в том, чтобы договориться с казаками, нет, о чем, в частности, свидетельствует опыт Краснодарского края, где казаки являются опорой и защитой государства и важнейшим стабилизирующим фактором жизни края. А всего-то, что нужно — это проявлять к ним уважение, не пытаться сломать через коленку, дать им внутреннюю автономию (хотя бы в рамках своих поселений и общин) и возможность самоуправления. Ведь административная традиция казачества гораздо старше, чем государственный опыт ЛНР, Украины и даже Российской Федерации.
В России сумели сделать казаков одной из основ государственности и порядка. Этому же надо научиться и руководству ЛНР.
