Трехдневный визит в Латинскую Америку — в Венесуэлу, Никарагуа и на Кубу — самое дальнее на данный момент путешествие Сергея Шойгу в качестве главы военного ведомства. Подобный вояж на фоне гражданской войны на Украине, идущей в непосредственной близости от границ России, свидетельствует о важности этих стран для отечественной военной стратегии. Каковы были цели поездки министра обороны России?
Почему эти страны?
Венесуэла, Никарагуа и Куба — традиционные партнеры России в регионе. История отношений с Венесуэлой самая короткая, однако весьма насыщенная. С 2001-го по 2013 год объем поставок российских вооружений в эту страну превысил 11 миллиардов долларов при общем военном товарообороте с Латинской Америкой в 14,5 миллиардов. Несмотря на непростую экономическую ситуацию, сотрудничество продолжается, но сегодня и Венесуэла, и Никарагуа, и Куба интересуют Москву не столько в качестве покупателя, сколько в качестве продавца.
Товар, который они могут предложить России, называется «политическое присутствие», и, судя по всему, этот товар важен настолько, что Москва готова нести соответствующие расходы, сама находясь в очень непростой политической ситуации.
Информации о каких-либо новых долгосрочных соглашениях с Венесуэлой не поступало — еще в самом начале визита было объявлено, что они и не планировались, но в ближайшие месяцы стоит ждать совместных учений ВС РФ и Венесуэлы, а также очередного дружественного визита российских военных кораблей в эту страну.
Соответствующее соглашение, однако, было подписано с Никарагуа. Теперь российские корабли смогут посещать два крупнейших порта этой страны — тихоокеанский Коринто и расположенный на восточном побережье Блуфилдс — в уведомительном порядке.
Это PR-акция или что-то более реальное?
Интерес России к региону вполне понятен как с политической, так и с экономической точки зрения. Расширение присутствия России, в первую очередь за счет практического сотрудничества со странами региона, позволит влиять на происходящие там процессы и сохранить это влияние в том числе и в случае смены власти, что вполне возможно в обозримом будущем в Венесуэле и на Кубе. Речь при этом должна идти о долгосрочных юридических соглашениях, которые не будут зависеть от личных предпочтений нового руководства.
Политическая цель — укрепление позиций России в регионе, критически важном для национальной безопасности США. Дело не в желании «насолить сопернику», а в практических мерах на случай дальнейшего ухудшения отношений Москвы и Вашингтона. Исторически считая регион своим задним двором, США могут оказаться перед необходимостью выстраивать развитую дорогостоящую систему обороны южных границ в ответ на возможное появление в водах Карибского моря и Мексиканского залива, например, российских подлодок с крылатыми ракетами на борту и боевых самолетов в воздушном пространстве региона.
С экономической точки зрения Москву может интересовать участие в грандиозном проекте строительства Никарагуанского канала, в рамках которого в конце 2014 года начались подготовительные работы. Основные исполнители контракта стоимостью в сорок миллиардов долларов — китайские компании, однако сообщалось, что Россия примет участие в создании инфраструктуры для канала. Одним из первых объектов этой инфраструктуры ряд экспертов полагает построенный в Никарагуа российскими специалистами топографический центр, укомплектованный российским же оборудованием. Кроме того, Россия может взять на себя функцию охраны строительства канала и воздушного пространства над ним. Никарагуанский канал сможет пропускать из Атлантики в Тихий океан и обратно суда вдвое большей грузоподъемности, чем Панамский.
Не стоит приуменьшать и PR-эффект от этих шагов. Активное продвижение собственных интересов, подкрепленное реальными предложениями сотрудничества, всегда способствовало улучшению имиджа, да и перспектива дополнительных заработков весьма кстати.
Стоит ли ждать возвращения на Кубу?
Летом 2014 года СМИ сообщили о достижении договоренности между РФ и Кубой о возобновлении российского присутствия в разведывательном центре Лурдес, оставленном российскими военными в 2001 году из-за нехватки средств и желания руководства страны улучшить отношения с США. Владимир Путин, в 2001 году одобривший решение об уходе из Лурдеса, в 2014-м открестился от желания туда вернуться, сообщив, что Россия обойдется и без этого.
«Мы способны решать задачи обороноспособности без этого компонента, здесь нет ничего необычного», — заявил российский лидер. Сложно сказать, были ли эти слова своего рода маскировкой, но в любом случае судьба Лурдеса прояснится уже сегодня-завтра, в ходе визита Сергея Шойгу в Гавану. А наиболее интересным с точки зрения потребностей вооруженных сил может быть подписание с Кубой такого же соглашения, как и с Никарагуа — об упрощении порядка заходов российских кораблей и, возможно, приема российских военных самолетов на «острове Свободы».
Вероятность подписания такого соглашения весьма высока. Оправдаются ли эти ожидания, узнаем в ближайшие сутки.
