Не нужно карать Горбачева за наши неудачи

Ровно тридцать лет тому назад, 11 марта 1985 года, когда на пленуме ЦК было объявлено, что новым генеральным секретарем КПСС избран товарищ Горбачев Михаил Сергеевич, раздались традиционные бурные аплодисменты. В их звуке никто не расслышал звон колоколов, провожающих в последний путь Советский Союз.

Хотя политическая карьера Михаила Горбачева закончилась еще 25 декабря 1991 года (в тот день он сложил с себя полномочия президента СССР, а руководимую им компартию распустили на четыре месяца раньше), его хорошо помнят и в России, и в сопредельных странах. Всего шесть с половиной лет он был главой советской сверхдержавы, но за это время произошло столько событий, что и на век хватило бы.

Мифы о Михаиле


Естественно, вокруг его фигуры сложилась своя мифология. Точнее, три разнонаправленных мифологии. Две – в России и других постсоветских странах, одна – на Западе.

Западный миф самый простой. Горбачев – это человек, разрушивший железный занавес и завершивший холодную войну. За это ему – почет и уважение; Нобелевская премия и большая благодарность. Что там случилось с Советским Союзом и его гражданами, европейцев и американцев не очень интересует. В конце концов, это не их проблемы.

Отечественный «белый» миф близок к западному, но акцент делается на внутренних делах. Горбачев, «архитектор перестройки», дал нам свободу. Благодаря ему появились свободные выборы, свобода слова, свобода предпринимательства. Он разрушил коммунистическую систему – а это оправдывает любые издержки. Сторонников этого мифа немного, даже не все интеллигенты его разделяют. Но он есть, и его носители весьма активны.

У «черного» мифа сторонников гораздо больше. В массовом сознании он доминирует. Согласно этой версии, Горбачев – предатель и разрушитель. Он сознательно угробил КПСС и СССР, выполняя волю Запада. Вся его деятельность – преступление против собственного народа. Он должен быть осужден при жизни, а после смерти должен гореть в аду.

Все три мифа, как водится, имеют отношение к реальности, но лишь косвенное. Все, что Горбачеву ставят в заслугу или в вину, не входило в его намерения. Ни рушить железный занавес, ни давать свободу, ни ликвидировать советскую систему он не собирался. Бывший генсек – не ангел и не демон. А кто?

Великий неудачник

Карьера Горбачева до марта 1985 года – типичный путь успешного номенклатурного работника. От прочих советских начальников он отличался разве что стремительными темпами карьерного роста. Это, несомненно, говорит о его высокой бюрократической квалификации, хитрости и умении оказываться в нужном месте в нужное время.

Именно скорость карьерного роста привела его на высший пост в стране: похоронив за три года троих генсеков, престарелые партийные вожди просто выдвинули самого молодого. Никто не подозревал в 54-летнем ставропольчанине реформатора. Скорее наоборот – от выдвиженца Юрия Андропова ждали очередного «закручивания гаек».

Однако Горбачев решил по-другому. Он был блестящим тактиком, но никудышним стратегом. Чтобы укрепить собственные позиции и подвинуть стариков, нужны были нестандартные ходы. И новый генсек сделал ставку на обновление, провозгласив «новое мышление», перестройку и «плюрализм мнений». Тактически было сделано отлично – Михаил Сергеевич отстоял свои лидерские позиции. Только при этом не заметил, что стронул с места лавину.

Назревавшие годами противоречия прорвались – и начался распад. Горбачев лавировал, маневрировал, делал хитрые ходы, но то, что работало в спокойной ситуации, в условиях революции вело к поражению. Поражению как внешнему, так и внутреннему. В 1991 году генеральный секретарь и президент окончательно проиграл свою игру, свою партию и свою страну.

Была ли у него возможность действовать иначе и не допустить краха? Наверное. Хотя ни одна из предлагавшихся тогда альтернатив не выглядит более перспективной – ни еще более последовательная либерализация, ни «железная рука». Впрочем, если бы глава государства, обладавший почти абсолютной властью, придерживался какого-то определенного курса (неважно, какого именно), катастрофы могло не произойти.

Но случилось то, что случилось. Невольный инициатор больших перемен не смог остаться в седле, а вместе с ним рухнула и вся система. Часто говорят, что крах СССР был результатом хитрого плана США, которому – вольно или невольно – следовал Горбачев. Понятно, что Запад в течение всей холодной войны стремился нанести поражение своему главному врагу. Однако американцы (как и европейцы) сами были обескуражены событиями 1991 года. Понадобилось немало времени, чтобы они приспособились к ситуации и начали извлекать из нее пользу.

Говорят, что в историю можно войти, а можно влипнуть. У Горбачева получилось сразу и то и другое.

Уроки советского

После отставки Горбачев несколько раз оказывался в центре внимания. Например, в 1996-м он баллотировался в президенты России. Политтехнологи потом зло шутили, что Михаил Сергеевич добился ошеломительного успеха – его рейтинг за время кампании вырос вдвое: с одного процента до двух.

В последний раз о нем вспомнили в прошлом году, когда пятеро депутатов Государственной думы от трех партий («Единая Россия», КПРФ, ЛДПР) выступили с инициативой привлечения первого и последнего президента СССР к уголовной ответственности. Один из авторов запроса в Генеральную прокуратуру, депутат-единоросс Евгений Федоров, так объяснил эту инициативу: «Для оценки институтов сегодняшней власти необходим полный и достоверный юридический анализ событий 1991 года. Нужно учесть и факты сознательной ликвидации органов власти и подделки документов референдума. Это нам даст понимание нынешней позиции пятой колонны и ее технологий, которые, кстати, мало изменились. Кроме всего прочего, это даст правильную историко-политическую картину, которая позволит сделать достоверные выводы. И наконец, это даст толчок национально-освободительному движению на территории стран бывшего СССР».

Мотивация депутатов не выглядит особенно убедительной, хотя рациональное зерно в их рассуждениях есть. Они чувствуют, что истоки сегодняшнего кризиса находятся в событиях четвертьвековой давности, а потому с ними надо разбираться. Что касается технологий пятой колонны, то они действительно мало изменились. И именно поэтому давно и хорошо известны, противодействие им возможно без историко-юридических экскурсов в прошлое.

И тем не менее, чтобы понять, как мы дошли до жизни такой, надо разбираться в том, что произошло 23 года назад. Вряд ли тут помогут уголовно-процессуальные методы, скорее требуется исторический и политологический анализ. Очевидно, что постсоветская система «временных сооружений», как называл ее профессор А. М. Салмин, разваливается. И надо понять ее суть, чтобы новая не стала такой же уязвимой.

Ну а Горбачев в данном случае – символ и повод. Вряд ли кому-то в России (да и в любой другой бывшей советской республике) станет лучше, если 84-летнего старика, давно выпавшего из политической реальности, постигнут какие-либо кары. Да и какая кара может сравниться с осознанием того, что дело всей жизни закончилось полным крахом.