Участник АТО бывает кусачий от жизни новой, собачьей

Я полагаю, напоминать Порошенко о том, что он обещал тысячу гривен зарплаты в день участнику АТО, уже неудобно. Как и об обещании Коломойского, начертанного на билборде, платить 10 000 гривен за пойманного «русского террориста». Это теперь неудобная тема, хотя в среде адептов и культистов майдана Порошенко уже и сам неудобен. Ибо от вождя ждут побед, а он приносит только поражения. Его «обещалки» прочно вошли в фольклор, как символ лжи и обмана. Впрочем, явная ложь, которую каждый день озвучивает каждый сторонник хунты – это вынужденная мера. А что им говорить, если все, во что они верят – иллюзия?

Например, они верят в то, что армия у них настоящая. Это не так. Армия у них еще хуже, чем была на закате СССР и в период хаоса и распада. Армия Украины – это очень разношерстная компания, состоящая из кадровых военных, срочников, призывников и добровольцев. Есть «партизаны-территориалы». Есть именные пиар-батальоны — на зарплате у того, кто платит. Есть разные рода войск. И каждая особенность делает воинскую часть особенной. То есть подчиненной разным командирам и ведомствам. Есть и тыловая работа хунты, направленная на то, чтобы постараться обезопасить себя от «эпохи солдатских президентов», от переворота и неизбежной гибели.

Если бы действия этой пестрой толпы приносили победы то, полагаю, опасений было бы меньше. Но когда армия терпит поражения, неизбежны вопросы и мысли. За ними приходят действия. Перемирие не принесло мир. Сегодняшние бои при Широкино тому лишнее свидетельство. Война может разразиться вновь. Увы, но украинское общество не допускает даже мысли о том, что это поражение, а не передышка для решающего удара. Украинское общество желает войны до победного конца.


Но они не знают, что нужно, для того, чтобы победить. А разгадка проста. Снабжение. Именно оно стоит на втором месте после единоначалия и властной пирамиды. Конечно, для войны нужна справедливая цель. Но ее у хунты нет, и не предвидится. Единоначалия нет, как я уже это показал. Грубо, но верно. Остается снабжение. В принципе, бесперебойным снабжением данную войну выиграть пока еще можно. Почему? Потому что хунта обладает неисчерпаемыми людскими резервами, которыми она заткнет любые потери. Уже заткнула, уже показала, как именно она относится к «пушечному мясу». Людей много, и они, пока что, неплохо мотивированы ложным чувством долга перед Родиной и всемерной поддержкой тыла. Хоть эта поддержка главным образом моральная.

А что же снабжение? Его нет. Под Иловайском, Зеленопольем, при Дебальцево всегда мы слышали от попавших в беду армейцев одно и то же: у нас ничего нет, а у «сепаров» все есть. Совершенно понятно, что у ополчения есть далеко не все. Всего у ВСН гораздо меньше, чем у ВСУ. Но абсолютная правда — тот факт, что, получив повестку и придя в военкомат, гражданин Украины получает от хунты штаны, ремень и автомат. Остальное – сами. Нужно забыть обо всем опыте Советской Армии. Его нет. Читая посты участников АТО, помню ключевую и стереотипную фразу: «если бы не волонтеры, то мы бы жрали друг друга».

Таким образом, я веду вас к тому, что украинскую армию снабжают не службы, а волонтеры. Правильнее назвать их – маркитанты. Потому что волонтеры давно и прочно, попав в бизнес (это бизнес), все теснее проникают в армию, делая украинских солдат участниками своего оборота. Это уже феодализм и средние века. Тридцатилетняя война или война за Испанское наследство – вот вам ярчайший пример, образец. Как будто писано с нашего времени!

Волонтеры — чтобы понять, насколько это рентабельно, предлагаю вам обратить внимание на то, что ни одного громкого разоблачения их деятельности до сих пор не сделал ни один журналист. Говорит ли это о том, что все волонтеры честны?

Нет. Наоборот. Люди, которые занимаются перевозкой, приобретением и реализацией дармовых товаров, не могут быть честны, увы. Дармовщина – огромное искушение, и мало кто может ему противостоять. Представьте. Вы – экспедитор. У вас колонна из пяти машин. Машины забиты разнообразнейшим скарбом. От приборов ночного видения до памперсов и женских чулок. Да-да, женские чулки и колготы гораздо лучше, чем газеты, защищают половые органы мужчин от обморожения! И вы – хозяин всего этого. И вы не заплатили за это ни копейки!

Потрошение конвоев начинается на блокпостах. Совсем недавно, один из бойцов «партизанского» батальона теробороны, Киев-2, рассказал, как комбат устроил на своем блокпосту бизнес, «распатронивая» гуманитарку. А заодно торгуя заложниками. Таких примеров очень много. Главная причина бандитизма и уголовщины на фронте — отсутствие снабжения, неактивные боевые действия, очень разная мотивация тех, кто стоит на данном участке фронта. В торговле заложниками был замечен и батальон Кривбасс, а 120 мародеров фейсбучный писатель-фантаст Костя Гришин, по его собственным словам, выгнал из батальона Донбасс. А слово Айдар стало именем нарицательным, символом мародерства и бандитизма на фронте.

Механика процесса проста, как угол дома: если государство не снабжает достаточно свою армию, то солдаты, имея оружие и находясь на территории восставшего региона, населенного «террористами», неподконтрольные никому и безнаказанные, эти солдаты возьмут себе сами, что захотят. Масштабы мародерства карателей таковы, что в прессу начинают проникать заметки с фотографиями о том, как «герои АТО» едут на побывку, с набитыми золотыми цепочками и обручальными кольцами, карманами.

Брошенные беженцами дома, квартиры они считают своей законной целью и добычей. Ибо армия, если у нее нет серьезных задач и желания их выполнять, превращается в толпу мародеров и бандитов. И убийц, конечно, у них же оружие. В Дебальцево, когда ВСН выбивали оттуда ВСУ, местных, которые поднимались из погребов, чтобы позвонить, расстреливали, как корректировщиков армии ДНР.

Зная о зверствах карателей на Донбассе, я не могу сочувствовать воинам ВСУ, которые жалуются на то, что с ними давно (никогда) не рассчитываются (как обещали) за подбитый «русский» танк, к примеру.

Не знаю, как у вас, а меня передернуло, когда я узнал о том, что ВСУ настолько на хозрасчете. Закономерно, что солдаты и офицеры думают не о войне, а о деньгах. О том, сколько и кто им заплатит, что они получат после «победы», и вообще заняты мыслями и разговорами о бизнесе. Например, сидя на «передке», спорят о том, как доказать, что ты был в АТО. Ведь в военкомате вас тоже ждет список. Список для признания участником войны. Я уверен, что выдача таких бумаг тоже бизнес. Но только это бизнес тыла, а не фронта. Отрадно, что хоть что-то единит тыл и фронт…