Новый расклад

Вашингтон вычёркивает Европу из «украинской темы»: плюсы и минусы.

Мне уже доводилось говорить, что две пресс-конференции после Дня Победы - с Меркель в Москве и с Керри в Сочи - стали свидетельством изменения международного контекста вокруг конфликта на Украине. Постное лицо Меркель, которую, кажется, Путин за шиворот вытащил на совместную пресс-конференцию, соответствовала её демонстративной риторике: «сепаратисты», «аннексия Крыма» и т.д. В то же время Керри, который впервые за долгое время согласился на совместный подход к прессе с Лавровым, чуть ли не светился от удовольствия. И, заметьте, он вообще не упомянул про Крым (хотя разговор с Путиным и Лавровым был по всем проблемным вопросам), и ни разу не назвал повстанцев Донбасса сепаратистами или, тем более, террористами: исключительно «стороной конфликта».

Эти, казалось бы, незначительные детали, являются знаками изменений в международном раскладе. Сразу после встречи Керри с Путиным-Лавровым я сказал, что США решили изменить степень своего участия в урегулировании конфликта. И вот сегодня Нуланд в Киеве подтвердила мою догадку. Она так и заявила о том, что США готовы углубить своё участие в урегулировании украинского кризиса.


Что из этого следует?

Во-первых, наша сторона всегда настаивали на том, чтобы за стол переговоров садились не подставные фигуры или марионетки, а основные спонсоры госпереворота и, соответственно, гражданской войны на Украине. И это явно не Европа в лице Германии или Франции. Вспомним, что Меркель приезжала к Путину для разговора через Вашингтон. Так какой смысл разговаривать с актёрами, если можно говорить с режиссёром этой драмы, или, точнее, с автором, который может изменить сам сценарий?

Поэтому для нас в рамках работы по урегулированию конфликта и прекращению гражданской войны выход на авансцену США, конечно, выгоден. Тут прямо по Хангтингтону: в урегулировании конфликтов на цивилизационных разломах ключевую роль играют «стержневые» государства, а не участники конфликта.

Во-вторых, как изменился международный контекст? И, одновременно, почему Штаты пошли на изменение своей позиции? Исходная посылка: Россию не удалось ни поколебать санкциями, ни изолировать. Следовательно, основная стратегическая линия Штатов оказалась неэффективной. И первыми это поняли Германия и Франция. Отсюда их марш-бросок в Москву и договорённость с Путиным о «нормандском формате». Отсюда их участие в подготовке Комплекса мер 12 февраля в Минске с его экономической и, главное, политической частью. Отсюда их постепенная смена риторики в отношении Киева. И главное: Европа, похоже, осознала, что в новой «холодной войне» против России проигравшей стороной останется именно она, причём при любом исходе этой войны. А ведь на горизонте замаячила и горячая война, учитывая тот факт, что бандеровская часть украинского истеблишмента уже показала, что готова примерить на себя тогу Герострата.

В результате осознания перспективных раскладов, Европа (Германия и Франция) решила на двоих с Россией перейти к постепенному урегулированию украинского кризиса. Постепенность - условия сохранения лица. И к маю выяснилось, что у нас с европейцами и начинает получаться. Главный признак этого - формирование рабочих подгрупп Контактной группы, на что Порошенко совершенно не хотел идти, чтобы не получить от своих наци обвинения в сотрудничестве с «террористами и сепаратистами».

И вот тут-то в Вашингтоне поняли, что украинский кризис, менеджерами которого они с самого начала являлись, может выйти из-под их контроля. И последовала коррекция курса. С одной стороны, в Вашингтоне настояли на том, чтобы европейцы сохранили бескомпромиссную риторику (аннексия Крыма, сепаратисты и т.д.). А с другой - отправили Керри в Сочи, чтобы через Путина, который, по мнению Запада, является ключевой фигурой будь то в урегулировании или в эскалации конфликта на Украине, перехватить у Европы инициативу.

В конце концов, большинство международных экспертов сходятся в том - и я с ними в этом согласен, - что одним из главных мотивов запуска на Украине, в центре Европы, военного конфликта является фактическая аннексия Евросоюза со стороны США. Аннексия де-факто, конечно, а не де-юре. И разве могли при таком целеполагании допустить в Вашингтоне, чтобы Европа, опираясь на Путина, начала самостоятельную игру у себя дома? Конечно, нет.

В результате сложнейшей дипломатической игры мы можем выйти на приемлемые для себя результаты. Особенно в той части, которая касается урегулирования на Украине (а это, в свою очередь, возможно только при сущностном перерождении природы политического режима в Киеве). Правда, при этом мы рискуем потерять на ближайшее время шанс выстроить Большую Европу от Атлантики до Тихого океана. Но ничего, это не последний шанс.

А европейцев жалко - хороший был проект, перспективный.