Что Россия будет строить вместо «Мистралей»?

Итак, затянувшаяся эпопея с «Мистралями», похоже, входит в заключительную фазу. Российские власти считают «свершившимся фактом» отказ от поставки французских вертолётоносцев типа «Мистраль», которые Париж отказался передавать Москве из-за конфликта на Украине. Об этом во вторник, 26 мая, заявил журналистам заместитель председателя коллегии Военно-промышленной комиссии Олег Бочкарев.

«То, что Россия их («Мистрали») не берет, факт свершился, и сейчас только одна дискуссия — о сумме денег, которые должны быть возвращены в РФ», — цитирует Бочкарёва ИА REGNUM.

Кстати, что касается компенсации за французские вертолётоносцы, то почему-то мало кто упоминает, что часть корпусов этих кораблей построена в России. И тут возникает вопрос, будет ли оплачен труд наших судостроителей?


14 мая газета «Коммерсант» со ссылкой на источники в сфере военно-технического сотрудничества сообщила, что Франция передала российской стороне свои предложения по расторжению контракта. Предложения подразумевали возврат России около 785 миллионов евро, которые она сможет получить только после выдачи российским правительством письменного разрешения на продажу кораблей любой третьей стороне без всяких оговорок.

В Москве, по данным «Коммерсанта», с таким подходом не согласны, так как «расходы и убытки» России в связи с разрываемым контрактом оцениваются в 1,163 миллиарда евро. Кроме того, никаких разрешений на реэкспорт, до того как деньги будут возвращены, Россия выдавать не намерена.

Британская газета The Times на днях узнала, что отказ от поставок «Мистралей» России обойдется Парижу в $1,5 млрд. Примерно такую же цифру называют и французские СМИ.

Что касается строительства собственных вертолётоносцев, Бочкарев заявил, что Россия не станет копировать «Мистрали», а построит десантные корабли другого класса. «У нас такие корабли запланированы, они у нас в проекте, но мы их строили по другому классу, у нас другая идеология высадки десанта. Цели скопировать «Мистраль» нет», — сказал он.

С самого начала, когда Франция поставила под вопрос передачу «Мистралей» в связи с украинскими событиями, российская сторона, не нагнетая истерии, заявила, что нашу страну устроит любой вариант: или французы передадут корабли согласно контракту, или вернут авансовые платежи и заплатят неустойку. В самой Франции отказ от поставки этих кораблей России вызвал сокрушительную критику в адрес действующего президента республики Франсуа Олланда. Оппозиционные политики считают, что этим отказом Франция нанесла непоправимый ущерб репутации страны и своему ВПК.

С одной стороны, многие российские эксперты утверждают, что нашей стране «Мистрали» изначально были не нужны. С другой, заявление Бочкарёва свидетельствует, что всё-таки без десантных вертолётоносцев нам не обойтись.

В военной экспертной среде есть предположение, что это будут десантные корабли с вертолетными площадками. Тем более что часть пути мы уже прошли – построили вертолёты «Аллигатор», способные приземляться на палубу. «Осталось» построить корабль. Для чего нужны будут эти корабли, и сильно ли они будут отличаться от «Мистралей»?

- С самого начала всей этой истории я не понимал, зачем нам нужны «Мистрали», - говорит начальник Главного штаба ВМФ России в 1998-2005 годах, адмирал Виктор Кравченко. – Куда мы собираемся высаживать огромное количество десанта? В условиях Чёрного моря, в условиях Балтики нам такие мастодонты ни к чему.

Что касается относительно небольших десантных кораблей, проекта 775, что строили в Польше, они в своё время доказали свою эффективность и необходимо было просто модифицировать их. В начале 80-х годов прошлого века были заложены десантные корабли проекта 778, но их так и не достроили – после распада СССР они были разрезаны на стапелях.

У нас есть свои наработки по проектированию десантных кораблей среднего класса. Примерно такие как польские, что дослуживают сейчас свой срок, водоизмещением около 4,5 тысячи тонн, но на современной элементной базе.

Что касается французских вертолётоносцев, сейчас главная проблема – получить адекватную компенсацию. От того, что мы не получим «Мистрали», мы ничего не потеряем – заберём деньги, и на них будем строить новые десантные корабли.

— Чем могут принципиально отличаться наши вертолётоносцы от французских?

- Концепция наших изначально отличалась от французской. Российские предназначались для высадки десанта на хорошо укреплённое в военном плане побережье. А «Мистрали» - средство переброски. Разные задачи предполагают и разное вооружение. Были у нас и два корабля – «Москва» и «Ленинград», которые создавались главным образом для борьбы с подводными лодками.

Сегодня, кстати, в Калининграде достраивается большой десантный корабль «Иван Грен», который был заложен ещё в 2004 году.

- Десантные суда мы строили задолго до того, как началась вся эта нелепая история с «Мистралями», - говорит член Комитета Госдумы РФ по обороне Вячеслав Тетёкин. – Франция является бывшей колониальной державой. Это откладывает отпечаток и на её нынешнюю политику. Она, так или иначе, вмешивается в войны в Африке и других регионах мира. Она до сих пор сохранила военные базы в Кот-д Ивуаре. Поэтому для Франции и сейчас важно иметь огромные десантные корабли, которые могли бы перевозить большое количество солдат и боевой техники. Характерно, что «Мистрали» не имеют серьёзного вооружения, поскольку корабли африканских государств вряд ли рискнут нападать на французский флот. Нам же на случай войны в Чёрном море или на Балтике рассчитывать на вооружённых «туземцев» не приходится.

В СССР, а потом и в России, после Второй мировой войны не проводилось крупных десантных операций. Поэтому такие громады как «Мистрали» нам никогда не были нужны.

Десантные суда среднего класса мы всегда умели строить, и сейчас достраивается «Иван Грен». Может быть, если бы не вся эта история с «Мистралями», он уже был бы принят на вооружение.

Россия строит и куда более сложные военные корабли. Так что с этими вертолётоносцами проблем возникнуть не должно. Сегодня мы просто возвращаемся к естественному состоянию, когда будем строить десантные суда, приспособленные к нашим национальным интересам.