Варшава охладела к Киеву

Большинство поляков высказались против предоставления Украине военной помощи.

Подавляющее большинство поляков – 75%, высказались против предоставления Украине военной помощи. Исследование по данному вопросу, как сообщает портал Украина.ру, проводилось польским Институтом публичных дел совместно с германским Фондом Бертельсмана.

Только четверть участников опроса (25%) проголосовали за то, чтобы Польша вооружала Украину. По мнению 56% респондентов, разумней было бы ограничиться экономической поддержкой. Кроме того, как выяснилось, 51% поляков неодобрительно оценивает действия своего правительства в отношении украинского конфликта.


На фоне болезненной русофобии со стороны официальной Варшавы подобные цифры выглядят почти неправдоподобно. Они не подтверждают антироссийский тренд, взятый на вооружение польской политической элитой после «майданного» переворота в Киеве.

Общественное мнение вряд ли, наверное, продемонстрировало бы такое единодушное миролюбие, если бы простые поляки, действительно, считали Россию в конфликте с Украиной «агрессором».

Или все дело в инстинкте самосохранения?

— Здесь нет однозначного ответа, — считает директор фонда «Российско-польский центр диалога и согласия» Юрий Бондаренко. – Но, на мой взгляд, результаты этого опроса лишний раз убеждают в том, что русофобия, насаждаемая политическим классом Польши, не срабатывает. Потому что политический класс относительно событий на Украине занимает консолидированную, ярко выраженную антироссийскую позицию. А общественное мнение её не разделяет. И это противоречие становится все более и более заметным.

В частности, вновь избранный президент Польши Анджей Дуда даже был вынужден отказаться от встречи с Петром Порошенко. Это была бы, возможно, его первая встреча в качестве избранного лидера с главой иностранного государства. Но именно по той причине, что Порошенко сделал из боевиков ОУН-УПА героев, Дуда отказался контактировать с ним, идя как раз в векторе общественных настроений.

А поляки, как мы видим, категорически против безоговорочного сотрудничества с нынешней Украиной. Тем более, в военной области. И эти настроения только усиливаются. Наложить на них цензуру при наличии интернета невозможно.

— Но до нас доходит только официальная риторика, а она весьма агрессивна…

— Поляки – и очень многие – действительно, выступают против поддержки Украины. Но, к сожалению, они не имеют доступа к центральным средствам массовой информации. А эти СМИ транслируют официальную точку зрения.

Но здравомыслие все-таки присутствует в польском обществе. Люди прекрасно понимают, что, несмотря на все заверения о могуществе НАТО и силе атлантической солидарности, в случае каких-то, не дай Бог, серьезных событий, Польша, безусловно, может пострадать. Поэтому инстинкт самосохранения, конечно, срабатывает.

Но польский политический класс руководствуется интересами американской внешней политики. Даже не европейской…

— Все же Польша ближе исторически к нам, чем к Штатам. У нас даже общее социалистическое прошлое…

— Дело не столько в социалистическом прошлом, сколько в признании поляками великой роли русской культуры.

Кстати, на бытовом уровне никакой русофобии в Польше нет. Это лишний раз подтверждает приграничное движение — туризм между Калининградской областью и близлежащими польскими воеводствами активно развивается.

Это достаточно выгодный обмен для польской стороны, поскольку позволяет сохранять тысячи рабочих мест. И расширять, опять же, взаимовыгодную торговлю. Пожалуй, это одна из немногих совместных сфер, которую официальная Варшава не торопится торпедировать критикой. На фоне отмены взаимных годов культуры, и многих других мероприятий, которые должны были состояться и не состоялись, обмен, условно говоря, между Гданьском и Калининградом успешно развивается.

Я уверен, что невозможность скрывать преступления киевского режима (так или иначе, а правда о событиях на Украине доходит до Польши), приведет к еще большему разрыву между общественным мнением и настроениями политического класса. И, в конечном счете, уже перед осенними парламентскими выборами в Сейм политики будут вынуждены учитывать настроение народа.

По мнению историка и публициста Владислава Шведа, определяющую роль в польском обществе играет историческая память:

— Историческая память в Польше – это непосредственный политический персонаж, который во многом определяет позиции не только руководства, но и всего населения. Русофобия, как мне кажется, тоже часть этой памяти. И, соответственно, поэтому сегодня враги России там делаются друзьями.

Но в Польше немало и разумных людей. Поэтому не все так, как кажется на первый взгляд.

Когда, например, мы видим толпу молодчиков (может, даже в несколько тысяч человек), которая что-то громит под русофобские лозунги, надо понимать, что эти хулиганы не определяют Польшу.

Ельцина во время августовского путча 1991 года поддержало тридцать тысяч москвичей. Но тридцать тысяч от девяти миллионов – это мизерный процент.

То же самое и там. Поэтому я бы не хотел абсолютизировать данные вещи. Но, как я понимаю, неслучайно ведь Комаровского не переизбрали. На одной русофобии далеко не уедешь. Заниматься надо реальной политикой, которая может давать реальный результат для Польши.

А Варшаве выгоднее все же иметь хорошие отношения с Россией. Это с теми же яблоками стало ясно, не говоря уже о других вещах. Почему же нам не торговать?

Я понимаю, что Польша к нам имеет большой счет. Но, кстати, не меньший счет имеет и Россия к полякам. Этот счет, я бы сказал, даже более солидный.

— Почему тогда из этой памяти выпала Волынская резня?

— Нет, поляки не забывают Волынскую резню. Это невозможно забыть. Невозможно забыть детей, которых прибивали штыками к столам, обматывали колючей проволокой и оставляли умирать. В памяти это навсегда останется.

Еще можно согласиться с тем, что пришло новое поколение украинцев, которое пытается загладить это все. Но новое поколение что объявило? Садисты, которые убивали детей, – они герои…

И Комаровский, который все это принял, поступил – давайте будем говорить откровенно – как предатель польского народа.

Вопрос не в том: надо или не надо было помочь Украине. Он, как президент, не должен был предавать национальные интересы Польши, которые требуют, чтобы память польских жертв Волынской трагедии не была забыта. И не просто забыта. Не была извращена.

А так получается, Киев еще и указывает: «Что вы, поляки, недовольны? Они герои были. Они отомстили». Кому? Этим маленьким деткам, их матерям, старикам? Понятно, когда идет бой, когда идет битва, тогда другое дело – жертвы неизбежны. Но в данном случае это была расправа над мирным населением. Такое забывать нельзя.

Я думаю, эта позиция Комаровского в «украинском вопросе» – не просто примиренческая, а предательская по отношению к Польше – как раз и сыграла решающую роль в его проигрыше на президентских выборах.