Варшава охладела к Киеву
Большинство поляков высказались против предоставления Украине военной помощи.
Подавляющее большинство поляков – 75%, высказались против предоставления Украине военной помощи. Исследование по данному вопросу, как сообщает портал Украина.ру, проводилось польским Институтом публичных дел совместно с германским Фондом Бертельсмана.
Только четверть участников опроса (25%) проголосовали за то, чтобы Польша вооружала Украину. По мнению 56% респондентов, разумней было бы ограничиться экономической поддержкой. Кроме того, как выяснилось, 51% поляков неодобрительно оценивает действия своего правительства в отношении украинского конфликта.
На фоне болезненной русофобии со стороны официальной Варшавы подобные цифры выглядят почти неправдоподобно. Они не подтверждают антироссийский тренд, взятый на вооружение польской политической элитой после «майданного» переворота в Киеве.
Общественное мнение вряд ли, наверное, продемонстрировало бы такое единодушное миролюбие, если бы простые поляки, действительно, считали Россию в конфликте с Украиной «агрессором».
Или все дело в инстинкте самосохранения?
— Здесь нет однозначного ответа, — считает директор фонда «Российско-польский центр диалога и согласия» Юрий Бондаренко. – Но, на мой взгляд, результаты этого опроса лишний раз убеждают в том, что русофобия, насаждаемая политическим классом Польши, не срабатывает. Потому что политический класс относительно событий на Украине занимает консолидированную, ярко выраженную антироссийскую позицию. А общественное мнение её не разделяет. И это противоречие становится все более и более заметным.
В частности, вновь избранный президент Польши Анджей Дуда даже был вынужден отказаться от встречи с Петром Порошенко. Это была бы, возможно, его первая встреча в качестве избранного лидера с главой иностранного государства. Но именно по той причине, что Порошенко сделал из боевиков ОУН-УПА героев, Дуда отказался контактировать с ним, идя как раз в векторе общественных настроений.
А поляки, как мы видим, категорически против безоговорочного сотрудничества с нынешней Украиной. Тем более, в военной области. И эти настроения только усиливаются. Наложить на них цензуру при наличии интернета невозможно.
— Но до нас доходит только официальная риторика, а она весьма агрессивна…
— Поляки – и очень многие – действительно, выступают против поддержки Украины. Но, к сожалению, они не имеют доступа к центральным средствам массовой информации. А эти СМИ транслируют официальную точку зрения.
Но здравомыслие все-таки присутствует в польском обществе. Люди прекрасно понимают, что, несмотря на все заверения о могуществе НАТО и силе атлантической солидарности, в случае каких-то, не дай Бог, серьезных событий, Польша, безусловно, может пострадать. Поэтому инстинкт самосохранения, конечно, срабатывает.
Но польский политический класс руководствуется интересами американской внешней политики. Даже не европейской…
— Все же Польша ближе исторически к нам, чем к Штатам. У нас даже общее социалистическое прошлое…
— Дело не столько в социалистическом прошлом, сколько в признании поляками великой роли русской культуры.
Кстати, на бытовом уровне никакой русофобии в Польше нет. Это лишний раз подтверждает приграничное движение — туризм между Калининградской областью и близлежащими польскими воеводствами активно развивается.
Это достаточно выгодный обмен для польской стороны, поскольку позволяет сохранять тысячи рабочих мест. И расширять, опять же, взаимовыгодную торговлю. Пожалуй, это одна из немногих совместных сфер, которую официальная Варшава не торопится торпедировать критикой. На фоне отмены взаимных годов культуры, и многих других мероприятий, которые должны были состояться и не состоялись, обмен, условно говоря, между Гданьском и Калининградом успешно развивается.
Я уверен, что невозможность скрывать преступления киевского режима (так или иначе, а правда о событиях на Украине доходит до Польши), приведет к еще большему разрыву между общественным мнением и настроениями политического класса. И, в конечном счете, уже перед осенними парламентскими выборами в Сейм политики будут вынуждены учитывать настроение народа.
По мнению историка и публициста Владислава Шведа, определяющую роль в польском обществе играет историческая память:
— Историческая память в Польше – это непосредственный политический персонаж, который во многом определяет позиции не только руководства, но и всего населения. Русофобия, как мне кажется, тоже часть этой памяти. И, соответственно, поэтому сегодня враги России там делаются друзьями.
Но в Польше немало и разумных людей. Поэтому не все так, как кажется на первый взгляд.
Когда, например, мы видим толпу молодчиков (может, даже в несколько тысяч человек), которая что-то громит под русофобские лозунги, надо понимать, что эти хулиганы не определяют Польшу.
Ельцина во время августовского путча 1991 года поддержало тридцать тысяч москвичей. Но тридцать тысяч от девяти миллионов – это мизерный процент.
То же самое и там. Поэтому я бы не хотел абсолютизировать данные вещи. Но, как я понимаю, неслучайно ведь Комаровского не переизбрали. На одной русофобии далеко не уедешь. Заниматься надо реальной политикой, которая может давать реальный результат для Польши.
А Варшаве выгоднее все же иметь хорошие отношения с Россией. Это с теми же яблоками стало ясно, не говоря уже о других вещах. Почему же нам не торговать?
Я понимаю, что Польша к нам имеет большой счет. Но, кстати, не меньший счет имеет и Россия к полякам. Этот счет, я бы сказал, даже более солидный.
— Почему тогда из этой памяти выпала Волынская резня?
— Нет, поляки не забывают Волынскую резню. Это невозможно забыть. Невозможно забыть детей, которых прибивали штыками к столам, обматывали колючей проволокой и оставляли умирать. В памяти это навсегда останется.
Еще можно согласиться с тем, что пришло новое поколение украинцев, которое пытается загладить это все. Но новое поколение что объявило? Садисты, которые убивали детей, – они герои…
И Комаровский, который все это принял, поступил – давайте будем говорить откровенно – как предатель польского народа.
Вопрос не в том: надо или не надо было помочь Украине. Он, как президент, не должен был предавать национальные интересы Польши, которые требуют, чтобы память польских жертв Волынской трагедии не была забыта. И не просто забыта. Не была извращена.
А так получается, Киев еще и указывает: «Что вы, поляки, недовольны? Они герои были. Они отомстили». Кому? Этим маленьким деткам, их матерям, старикам? Понятно, когда идет бой, когда идет битва, тогда другое дело – жертвы неизбежны. Но в данном случае это была расправа над мирным населением. Такое забывать нельзя.
Я думаю, эта позиция Комаровского в «украинском вопросе» – не просто примиренческая, а предательская по отношению к Польше – как раз и сыграла решающую роль в его проигрыше на президентских выборах.
Подавляющее большинство поляков – 75%, высказались против предоставления Украине военной помощи. Исследование по данному вопросу, как сообщает портал Украина.ру, проводилось польским Институтом публичных дел совместно с германским Фондом Бертельсмана.
Только четверть участников опроса (25%) проголосовали за то, чтобы Польша вооружала Украину. По мнению 56% респондентов, разумней было бы ограничиться экономической поддержкой. Кроме того, как выяснилось, 51% поляков неодобрительно оценивает действия своего правительства в отношении украинского конфликта.
На фоне болезненной русофобии со стороны официальной Варшавы подобные цифры выглядят почти неправдоподобно. Они не подтверждают антироссийский тренд, взятый на вооружение польской политической элитой после «майданного» переворота в Киеве.
Общественное мнение вряд ли, наверное, продемонстрировало бы такое единодушное миролюбие, если бы простые поляки, действительно, считали Россию в конфликте с Украиной «агрессором».
Или все дело в инстинкте самосохранения?
— Здесь нет однозначного ответа, — считает директор фонда «Российско-польский центр диалога и согласия» Юрий Бондаренко. – Но, на мой взгляд, результаты этого опроса лишний раз убеждают в том, что русофобия, насаждаемая политическим классом Польши, не срабатывает. Потому что политический класс относительно событий на Украине занимает консолидированную, ярко выраженную антироссийскую позицию. А общественное мнение её не разделяет. И это противоречие становится все более и более заметным.
В частности, вновь избранный президент Польши Анджей Дуда даже был вынужден отказаться от встречи с Петром Порошенко. Это была бы, возможно, его первая встреча в качестве избранного лидера с главой иностранного государства. Но именно по той причине, что Порошенко сделал из боевиков ОУН-УПА героев, Дуда отказался контактировать с ним, идя как раз в векторе общественных настроений.
А поляки, как мы видим, категорически против безоговорочного сотрудничества с нынешней Украиной. Тем более, в военной области. И эти настроения только усиливаются. Наложить на них цензуру при наличии интернета невозможно.
— Но до нас доходит только официальная риторика, а она весьма агрессивна…
— Поляки – и очень многие – действительно, выступают против поддержки Украины. Но, к сожалению, они не имеют доступа к центральным средствам массовой информации. А эти СМИ транслируют официальную точку зрения.
Но здравомыслие все-таки присутствует в польском обществе. Люди прекрасно понимают, что, несмотря на все заверения о могуществе НАТО и силе атлантической солидарности, в случае каких-то, не дай Бог, серьезных событий, Польша, безусловно, может пострадать. Поэтому инстинкт самосохранения, конечно, срабатывает.
Но польский политический класс руководствуется интересами американской внешней политики. Даже не европейской…
— Все же Польша ближе исторически к нам, чем к Штатам. У нас даже общее социалистическое прошлое…
— Дело не столько в социалистическом прошлом, сколько в признании поляками великой роли русской культуры.
Кстати, на бытовом уровне никакой русофобии в Польше нет. Это лишний раз подтверждает приграничное движение — туризм между Калининградской областью и близлежащими польскими воеводствами активно развивается.
Это достаточно выгодный обмен для польской стороны, поскольку позволяет сохранять тысячи рабочих мест. И расширять, опять же, взаимовыгодную торговлю. Пожалуй, это одна из немногих совместных сфер, которую официальная Варшава не торопится торпедировать критикой. На фоне отмены взаимных годов культуры, и многих других мероприятий, которые должны были состояться и не состоялись, обмен, условно говоря, между Гданьском и Калининградом успешно развивается.
Я уверен, что невозможность скрывать преступления киевского режима (так или иначе, а правда о событиях на Украине доходит до Польши), приведет к еще большему разрыву между общественным мнением и настроениями политического класса. И, в конечном счете, уже перед осенними парламентскими выборами в Сейм политики будут вынуждены учитывать настроение народа.
По мнению историка и публициста Владислава Шведа, определяющую роль в польском обществе играет историческая память:
— Историческая память в Польше – это непосредственный политический персонаж, который во многом определяет позиции не только руководства, но и всего населения. Русофобия, как мне кажется, тоже часть этой памяти. И, соответственно, поэтому сегодня враги России там делаются друзьями.
Но в Польше немало и разумных людей. Поэтому не все так, как кажется на первый взгляд.
Когда, например, мы видим толпу молодчиков (может, даже в несколько тысяч человек), которая что-то громит под русофобские лозунги, надо понимать, что эти хулиганы не определяют Польшу.
Ельцина во время августовского путча 1991 года поддержало тридцать тысяч москвичей. Но тридцать тысяч от девяти миллионов – это мизерный процент.
То же самое и там. Поэтому я бы не хотел абсолютизировать данные вещи. Но, как я понимаю, неслучайно ведь Комаровского не переизбрали. На одной русофобии далеко не уедешь. Заниматься надо реальной политикой, которая может давать реальный результат для Польши.
А Варшаве выгоднее все же иметь хорошие отношения с Россией. Это с теми же яблоками стало ясно, не говоря уже о других вещах. Почему же нам не торговать?
Я понимаю, что Польша к нам имеет большой счет. Но, кстати, не меньший счет имеет и Россия к полякам. Этот счет, я бы сказал, даже более солидный.
— Почему тогда из этой памяти выпала Волынская резня?
— Нет, поляки не забывают Волынскую резню. Это невозможно забыть. Невозможно забыть детей, которых прибивали штыками к столам, обматывали колючей проволокой и оставляли умирать. В памяти это навсегда останется.
Еще можно согласиться с тем, что пришло новое поколение украинцев, которое пытается загладить это все. Но новое поколение что объявило? Садисты, которые убивали детей, – они герои…
И Комаровский, который все это принял, поступил – давайте будем говорить откровенно – как предатель польского народа.
Вопрос не в том: надо или не надо было помочь Украине. Он, как президент, не должен был предавать национальные интересы Польши, которые требуют, чтобы память польских жертв Волынской трагедии не была забыта. И не просто забыта. Не была извращена.
А так получается, Киев еще и указывает: «Что вы, поляки, недовольны? Они герои были. Они отомстили». Кому? Этим маленьким деткам, их матерям, старикам? Понятно, когда идет бой, когда идет битва, тогда другое дело – жертвы неизбежны. Но в данном случае это была расправа над мирным населением. Такое забывать нельзя.
Я думаю, эта позиция Комаровского в «украинском вопросе» – не просто примиренческая, а предательская по отношению к Польше – как раз и сыграла решающую роль в его проигрыше на президентских выборах.
Читайте также:
Никакой Одессы без победы на фронте: эксперты раскрыли расклад переговоров
Фронт ускоряется: 526 км² за январь, пятикратный рост темпов. Переговоры в Абу-Даби проходят на фоне наших успехов. Харьковское направление, битва за Донбасс, подходы к Запорожью и стратегическая Одесса — всё это меняет расклад. Военные эксперты: Москва может ждать, Киев — нет. Подробности внутри.
Новые БПЛА БМ-35 с использованием Starlink нанесли удары по самолетам и радарам на миргородском аэродроме — детали (Видео)
БПЛА БМ-35 с использованием Starlink нанесли удары по самолетам и радарам на миргородском аэродроме.
«Уничтожить русских в Чёрном море». Сакс раскрыл истинные цели войны
Запад открыто ставит цель — вытеснить Россию из Чёрного моря. Одесса стала главным узлом этой борьбы: отсюда идут атаки дронами и разведка НАТО. Переговоры бесполезны, нейтралитет Украины отвергнут. Почему город важнее Киева, как его взять и почему ключ к победе — у Генштаба и Герасимова. Анализ военных экспертов и реальная стратегия.
Зеленскому отмерено ровно полгода. Смерть польского генерала как зловещее предупреждение
В Абу-Даби идут решающие консультации Россия–США–Украина. Трамп и Путин хотят мира и огромных контрактов, Лондон и Брюссель — затяжной войны. Зеленский жмёт на тормоза, но Дмитрий Медведев уже намекнул: «Аннушка разлила масло». Смерть польского генерала Сикорского в 1943-м как зеркало судьбы нынешнего киевского лидера. До 4 июля 2026-го осталось меньше полугода.
Россия «захватила» Прибалтику за 48 часов — Европа в шоке от своих же учений
Европа в панике: военные учения НАТО показали, что без США Россия захватывает Прибалтику всего за пару дней. Литва пала, Германия не решилась, Польша замерла. WSJ раскрывает: Альянс блефует, а реальная война закончится крахом Европы за недели. Подробности шокирующих выводов — в нашем материале.